Сказка о смерти - Андреас Грубер

Уголовная полиция Роттердама еще не приехала, поэтому Снейдер в одиночку заглянул во все комнаты.

Никаких следов Пита.

Наконец он остановился перед открытым морозильным ящиком. Поднимающийся холодный воздух напоминал покидающую тело душу. Душу молодой красивой светловолосой женщины.

Сара ван Лёвен. Он видел ее на фотографиях. Снейдер внезапно осознал, что тоже несет ответственность за это преступление и горе, которое доставил этой семье. Он мог бы громко закричать, ударить кулаком по стене и разломать всю мебель в квартире, но он просто стоял там, сдерживая ярость.

«Успокойся и сконцентрируйся на работе! Это такое же убийство, как любое другое. Ты поймаешь преступника, и он отправится в тюрьму. Все. Конец! Ты делал это уже тысячу раз. И в этот раз сделаешь точно так же!»

Снейдер пару раз глубоко вздохнул и пришел в себя. Как убийца засунул тело женщины в этот морозильник? Он должен был вывихнуть ей плечевые суставы и сломать локти и лодыжки, чтобы свернуть ее как пакет. А напоследок он вырезал ей на груди букву. Букву А!

«A-N-D-E-R… sen!

Пит, ну и болван же ты! Зачем? Чтобы проверить, смогу ли я тебя поймать?

Конечно, смогу!

И я это сделаю!

Не следовало бросать мне этот вызов. С этого момента ты для меня такой же убийца, как любой другой. Дай мне пару дней, и я до тебя доберусь».

Снейдер убрал пистолет и хрустнул суставами пальцев. Он будет действовать так, как действовал всегда. Искать следы и пытаться проникнуть в мозг преступника. Вот так просто!

Снейдер вошел в гостиную и посмотрел на стену, где висели карты Нидерландов, Германии, Австрии, Швейцарии и Италии.

– У тебя внушительные планы, – пробормотал он.

Рядом со столом стояло мусорное ведро, в котором валялись салфетки, смятый банковский конверт и раздавленные банки из-под напитков. На столе стопой лежали многочисленные книги о различных городах, а также брошюры с туристическими маршрутами, информация об отелях и расписания поездов. Но не было конкретных указаний на Ганновер, Кёльн, Франкфурт или Штутгарт, где произошли четыре убийства – со второго по пятое. Вероятно, Пит путешествовал на общественном транспорте и спонтанно решал, где совершить очередное преступление. Денег у него с собой наверняка было достаточно.

«И куда же ты направляешься сейчас?»

До сих пор маршрут Пита вел с севера на юг. Скоро он доберется до Австрии или Швейцарии, а оттуда поедет в Италию. Значит, им нужно усилить разыскные мероприятия на границе и не допустить, чтобы все это переросло в еще большую международную проблему. Хотя она уже возникла – с учетом этого первого убийства в Роттердаме!

Вероятно, Пит добивался именно этого – вовлечь в расследование как можно больше стран. С сегодняшнего дня помимо Германии в нем участвует и Голландия. Другие скоро присоединятся. И чем больше стран-участников, тем сложнее будет координировать расследование.

Пит знал, что его отец может работать лишь тогда, когда свободен и не испытывает давления со стороны бюрократического аппарата. Это была гонка со временем, и чем больше Снейдер об этом думал, тем сильнее утверждался в мысли, что следующее убийство произойдет в другой стране.

«Австрия или Швейцария? Куда ты направляешься?»

Отрешенно Снейдер подошел к стационарному телефонному аппарату, поднял трубку и нажал на кнопку повторного набора. Спустя несколько гудков приятный женский голос ответил:

– Голландское посольство в Вене. К сожалению, в настоящий момент…

Автоответчик! Снейдер положил трубку.

Значит, Австрия.

Но Австрия была уже косвенно вовлечена в расследование, потому что третьей жертвой Пита стала молодая стюардесса в Кёльне – дочь графа Эриха фон Кесслера. И венец уже делал все возможное и невозможное, чтобы убийцу его дочери схватили.

То есть Австрия была уже в деле.

Снейдер уставился на телефонный аппарат. Тогда зачем оставлять эту подсказку? Пит, это не твой стиль. Ты слишком умен для этого. Двойная работа. Возможно, это ложный след, чтобы отвлечь Снейдера и выиграть время.

«Значит, все-таки Швейцария?

Или я просто должен так думать?»

Голова Снейдера была словно ватная.

Тут он услышал звук сирены, визжание автомобильных шин и хлопанье дверей. Это наконец-то появилась голландская уголовная полиция. Двое мужчин и одна женщина. Они выглядели так, словно работали под прикрытием в наркобизнесе. Небритые, с растрепанными волосами, в мятой гражданской одежде. Они ворвались с оружием в квартиру и, увидев перчатки Снейдера и кобуру у него на поясе, начали кричать и наставили на него свои пистолеты.

– Спокойно, ребята, – сказал он по-голландски и хотел достать из кармана свое удостоверение.

Но женщина тут же заломила ему руку за спину и выхватила удостоверение, в то время как другой полицейский прижимал дуло оружия ему к затылку. Они заставили его опуститься на колени и надели наручники.

– Меня зовут Мартен С. Снейдер. Я из немецкого БКА в Висбадене, – объяснял он, но его коллег это не интересовало.

Однако хотя бы руки ему связали не за спиной, а впереди. Они даже не вывели Снейдера на улицу к машине, а присели перед ним на корточки и начали допрашивать прямо на месте в гостиной.

Пока одна коллега обнаружила труп в морозильнике, а другой полицейский звонил по телефону, чтобы проверить личность Снейдера, третий вытащил магазин из пистолета Снейдера и бомбардировал его вопросами. И все трое уничтожали большое количество следов и отпечатков, потому что не надели ни перчаток, ни бахил.

Кучка идиотов. Ему становилось нехорошо при мысли, что с этого момента придется работать с голландской уголовной полицией. Пока интернациональное бюрократическое колесо медленно, через все уровни иерархии, придет в движение, Пит совершенно спокойно может продолжать дело Неуча.

«Какой хитрый ход, мерзавец!»

Мысленно находясь уже в будущем – на день-два впереди, – Снейдер терпеливо отвечал на вопросы, которые ему задавали абсолютно бесцельно и хаотично. Спустя целую вечность к нему подошел один из полицейских и поднес к уху телефон. Снейдер зажал трубку между щекой и плечом.

– Да? – устало произнес он.

Если повезет, это окажется руководитель Службы национальной безопасности – уголовной полиции Нидерландов – или вице-директор Европола в Гааге, которых он знал. Но Снейдер ошибся. Звонивший говорил по-немецки.

– Упрямый осел! – закричал знакомый голос в трубке. – Что ты опять устроил?

Дитрих Хесс был вне себя. В очередной раз.

– Я… – хотел было объяснить Снейдер.

– Меня это не интересует! Коллеги в Нидерландах задержали тебя, потому что ты незаконно проник в квартиру без ордера на обыск.