Я отпускаю тебя - Клер Макинтош

Световой день увеличился, и Пенфач снова вошел в привычный ритм, нарушаемый только сезонным наплывом отдыхающих. Воздух напоен запахами крема от солнца и морской соли, колокольчик над дверью деревенского магазина не умолкает. Трейлерный парк открывается на летний сезон, освеженный слоем краски; полки у Бетан доверху забиты всякой всячиной для отпуска.

Туристам нет дела до местных сенсаций, и, к моему облегчению, деревенские тоже быстро теряют охоту к пустым пересудам. К тому времени, как ночи вновь начинают удлиняться, слухи сходят на нет, затухнув в отсутствие новой информации и благодаря яростному сопротивлению Бетан и Йестина, которые считают своим прямым долгом осадить любого всезнайку.

Вскоре последняя палатка сложена, последние ведерко и лопатка проданы, последнее мороженое съедено, и все забыто. Там, где я видела осуждение и закрытые двери, теперь меня встречают с распростертыми объятиями.

Верный слову, Йестин привел коттедж в порядок. Он сменил замки, вставил новые окна, закрасил надписи на деревянной двери, и благодаря его усилиям малейшие следы того, что там произошло, исчезли. Хотя я никогда не смогу забыть той ночи, я все равно хочу здесь жить – на вершине холма, где слышен только вой ветра. Я счастлива в коттедже и не позволю Йену уничтожить еще и эту часть моей жизни.

Я снимаю с вешалки поводок. Бо нетерпеливо ждет у двери, пока я надену куртку, чтобы вывести его перед сном. Я до сих пор не могу оставлять дверь незапертой, но когда я дома, то уже не запираюсь на все обороты и засов и не вздрагиваю, если Бетан входит в кухню, не постучав.

Патрик почти всегда остается у меня, но без слов понимает, когда мне нужно побыть одной (причем улавливает это едва ли не раньше меня самой). Тогда он тихо уезжает к себе в Порт-Эллис, оставляя меня наедине с моими мыслями.

Я смотрю вниз на море, где начинается прилив. Пляж испещрен следами людей, собак и чаек, которые слетают на пляж вытащить червей из песка. Уже поздно, поэтому на каменистой тропинке я одна. У края обрыва появился новый забор и таблички, запрещающие подходить к краю. Одиночество вдруг кажется мне томительным. Вот бы Патрик сегодня приехал!

Волны накатываются на берег, покрывая песок белой пеной, которая пузырится и исчезает. Каждая волна заходит чуть дальше прежней, оставляя после себя ровный блестящий песок, и тут же новая волна спешит занять ее место. Я уже готова повернуть назад, когда мое внимание привлекают какие-то письмена на песке. Волны тут же слизывают надпись, разобрать ее становится невозможно. В этот момент закатное солнце заливает море жидким блеском, и набежавшая волна сверкает изумительными красками на фоне сырого темного песка. Тряхнув головой, я поворачиваю к коттеджу, но меня словно тянет назад, и я возвращаюсь к краю обрыва еще раз взглянуть на пляж.

Там ничего нет.

Я плотнее запахиваю куртку, сдерживая дрожь. Мне уже мерещится. На песке нет никаких надписей, тем более выведенных отчетливо и жирно. Там пусто. Я не вижу там своего имени.

Дженнифер.

Море не ждет: новая волна прокатывается по песку, и всякие следы исчезают. Чайка делает последний круг над заливом, и солнце опускается за горизонт.

И наступает тьма.