Женщина в окне - А. Дж. Финн

Мне знаком этот голос.

Я осторожно спускаюсь по лестнице, скользя ладонью по гладким перилам, в другой руке дрожит лезвие. Слышу свое дыхание. Слышу свои шаги.

– Это правильно. Только поживее, пожалуйста.

Внизу медлю у двери. Делаю глубокий вдох и, закашлявшись, брызгаю слюной. Пытаюсь сдержать кашель, хотя тот, кто вторгся в мой дом, знает, что я здесь.

– Входите же.

Я вхожу.

Кухню заливает лунный свет, посеребрив столешницы. Пустые бутылки у окна сияют. Кран сверкает, раковина ярко блестит. Поблескивает даже деревянный пол.

Он прислонился к кухонному острову – силуэт в белом свете. У его ног мерцают осколки стекла. Они разбросаны по всему полу. На столешнице выстроилась шеренга бутылок и бокалов, до краев наполненных луной.

– Извините за… – Он делает широкий жест рукой. – Беспорядок. Так не хотелось подниматься наверх.

Я ничего не говорю, но сжимаю пальцами рукоятку резака.

– Я был очень терпелив, миссис Фокс. – Алистер вздыхает, повернув голову, и я вижу его профиль, очерченный светом, – высокий лоб, нос с горбинкой. – Доктор Фокс. Как бы вы… себя ни называли. – Он с трудом ворочает языком. Понятно, что он сильно пьян. – Я был терпелив, – повторяет он. – Мирился со многими вещами. – Шмыгнув, он выбирает бокал без ножки, катает его в ладонях. – Мы все долго терпели вас, особенно я.

Теперь я вижу его более отчетливо – его куртка застегнута на молнию до воротника, и на руках темные перчатки. У меня сжимается горло.

Я по-прежнему не отвечаю. Подхожу к выключателю, протягиваю руку.

Стекло разбивается в нескольких дюймах от моей протянутой руки. Отскакиваю назад.

– Оставьте в покое долбаный выключатель! – рычит он.

Стою не двигаясь, ухватившись за дверной косяк.

– Кто-то должен был предупредить нас о такой соседке.

Он качает головой, посмеивается.

Я проглатываю комок. Его смех стихает.

– Вы дали моему сыну ключ от вашей квартиры. – Он поднимает ключ. – Возвращаю его. – Ключ со звоном падает на столешницу острова. – Даже не будь вы с приветом… я бы не хотел, чтобы мой сын путался со взрослой женщиной.

– Я вызову полицию, – шепчу я.

Он фыркает.

– Давайте. Вот ваш мобильный.

Он берет телефон со столешницы, подбрасывает и ловит, раз, другой…

Да, я оставила его в кухне. Какое-то мгновение я жду, что Алистер швырнет телефон на пол или запустит им в стену, но вместо этого он кладет его рядом с ключом.

– В полиции вас считают посмешищем, – делая шаг ко мне, говорит Рассел.

Я поднимаю резак.

– О-о! – ухмыляется он. – О-о! Что вы собираетесь делать с этим?

И делает еще шаг вперед.

На этот раз я делаю то же самое.

– Убирайтесь из моего дома! – требую я.

У меня дрожат руки. Лезвие сверкает в лунном свете, как полоска серебра.

Рассел замер, затаил дыхание.

– Кто была та женщина? – наступаю я.

И вдруг его рука тянется к моему горлу, вцепляется в него. Он толкает меня, и я сильно ударяюсь головой о стену. Вскрикиваю. Его пальцы впиваются мне в кожу.

– Ты, помешанная… – Винные пары его дыхания опаляют мне лицо, от них щиплет глаза. – Оставь в покое моего сына. Держись подальше от моей жены.

Я давлюсь, хриплю. Пытаюсь отодрать от горла пальцы Алистера, царапаю ногтями его запястье.

Другой рукой нацеливаю лезвие ему в бок. Но цель уплывает от меня, и резак падает на пол. Алистер наступает на него, сжимает мне горло. Я хриплю.

– Держись, твою мать, подальше от всех нас, – выдыхает он.

Проходит минута.

Другая.

Все плывет у меня перед глазами. По щекам текут слезы.

Я теряю сознание…

Он отпускает мою шею. Я ловлю ртом воздух, соскальзываю на пол.

Рассел возвышается надо мной. Пинком зашвыривает резак в угол.

– Помни об этом, – тяжело дыша, говорит он срывающимся голосом.