Линия крови - Джеймс Роллинс

Переводчика у них не было, но все и так было понятно. Что она не напугана, а скорее просто в ярости. Девочка по-прежнему не выпускала из рук пистолета, палец нащупывал спусковой крючок.

А затем она вдруг отшатнулась и закашлялась. Изо рта хлынула кровь. Выронила пистолет из рук, потянулась к серебристому лезвию, торчащему из шеи.

Грей обернулся.

Сейхан уже достала и держала наготове второй армейский нож. Но он не пригодился. Девочка рухнула на колени, затем упала головой вперед и неподвижно застыла на полу.

Такер ахнул. Бросился к ней, готовый оказать помощь, но было уже поздно.

— Что ты наделала?

— То, что надо, то и сделала, — ответила Сейхан. Глаза ее холодно блестели.

Такер продолжал смотреть на нее.

— Она же… еще ребенок.

— Нет, уже нет, — еле слышно прошептала Сейхан. — Уже давно не ребенок.

Умом Грей понимал: она права. Эта девчонка наверняка бы выстрелила и убила Такера, и на шум сбежались бы враги. И еще одно он знал совершенно точно: многие «сироты войны» так ожесточаются, что вернуть их к нормальной жизни уже невозможно. И души их излечить нельзя — они становятся зверьми в детском обличье.

И все же сердце его болезненно ныло при мысли о еще одной напрасно загубленной жизни.

Сейхан двинулась по вестибюлю.

— Давайте лучше искать Аманду. Мы пришли сюда за этим.

Однако Пирс заметил, как дрожали ее пальцы, когда она пыталась убрать нож в маленькие ножны, закрепленные на запястье.

— Сейхан права, — сказал он и обернулся к Такеру. — Зови свою собаку. Надо найти след Аманды.

Такер окинул Сейхан злобным взглядом, но повиновался.

Они с Каином принялись кружить по вестибюлю, а Грей подошел к столу, за которым сидел охранник. Там он увидел множество мониторов. Судя по всему, на них поступало видеоизображение с каждого этажа. Пирс начал по очереди нажимать кнопки, оглядывая этажи и помещения, выискивая признаки того, что они обитаемы. Вот он добрался до вестибюля пятидесятого этажа — и снова никакого результата. Здание казалось вымершим. В каждом вестибюле лишь полутьма, роскошные ковры, элегантная отделка мрамором и продолжение спиральной лестницы.

Все выглядело заброшенным. Точнее, создавалось впечатление, что этими помещениями вообще никогда не пользовались.

— Ко мне, — тихо сказал Такер. — Вроде что-то нашли.

Каин активно обнюхивал одну из дверей в отсеке для лифтов.

Грей направился к ним, по пути поравнялся с Сейхан. Девушка стояла, задрав голову, и смотрела на одну из колонн аквариумов с каким-то загадочным выражением лица. Грей подошел к ней, Сейхан кивком указала на кружащих внутри медуз. Затем прочла надпись на привинченной внизу табличке.

— Это гигантский гибрид Турритопсис нутрикула.

Грей не понял, покачал головой.

— В самом конце жизни взрослая особь этой медузы вновь переходит в ювенальное состояние. И цикл этот повторяется снова и снова, до бесконечности.

Она покосилась на окровавленное тело девочки. В глазах Сейхан стояли слезы; возможно, она представила себя лежащей там же. Желала ли она такого шанса — для них обеих, — переродиться, начать жизнь заново, с чистого листа, стать снова невинной, ничем не запятнанной, вернуться в детство?

— Процесс делает этих медуз бессмертными, — прошептала она.

Он кивнул. Поистине чудесам природы нет конца.

Неудивительно, что именно этими созданиями украсили «Башню вечности».

Но у Сейхан был другой взгляд на вечную жизнь. И она его высказала:

— Это просто ужасно.

Грей не ответил, она отвернулась и пошла к лифтам. Он молча последовал за ней, позволил ей остаться наедине со своими горестями, пусть попробует справиться с ними сама. Впрочем, шел он рядом и время от времени прикасался к ее руке, которая так ловко метнула армейский нож. И думал, что она отдернет руку, но этого не случилось.

Они подошли к Такеру и Каину. Ковальски стоял рядом, слегка склонив голову набок, разглядывал прозрачную спиралеобразную лестницу башни. Грей проследил за направлением его взгляда.

И тут тоже что-то странное.

Было нечто в форме этой лестницы…

18 часов 47 минут

по восточному поясному времени

Вашингтон, округ Колумбия

Модель ДНК медленно вращалась на экране компьютера — своеобразный танец кодов, прославляющих тело человека во всей его красе. Но этого фрагмента генетического материала Пейнтеру никогда не доводилось видеть прежде ни на одном рисунке или диаграмме. В самом сердце стандартной двойной спирали находился третий виток.

— Какие будут соображения по этому поводу? — спросил Пейнтер, стараясь отвлечься от тревожных мыслей о Лизе и Кэт.

— Ну, это тройная спираль, — ответил Ренни Квин дрожащим от благоговения голосом. — Священный Грааль генетики.

Ренни выложил крупные кулаки на стол Кэт и еще пристальней всмотрелся в экран. Штатного микробиолога и генетика «Сигмы» вызвали специально, помочь Пейнтеру разобраться с целым потоком данных, поступивших с лабораторного сервера. Ренни был ирландцем по происхождению, на щеках яркий румянец, подбородок и голову украшала короткая щетина темно-рыжих волос. В колледже он был боксером и часто пускал в ход кулаки — одна из причин, по которой его уволили из рядов армейский рейнджеров.

А после этого его сразу же взяли в «Сигму». И не только потому, что там ценились парни с крепкими кулаками; нужны были люди и с незаурядными мозгами — как в случае с Ренни. И вот теперь он должен был помочь разобраться с целой горой новых данных.

Файлы из Чарльстона пересылались в полном беспорядке, какая-либо классификация отсутствовала. У Кэт, должно быть, просто не было времени рассортировать эту информацию, разложить данные хотя бы по основным файлам. Все то, что прибыло, можно было бы называть мусорной свалкой данных — еще и потому, что материала было больше, чем могла вместить ее карта флэш-памяти. Многие файлы были повреждены, другие переписались не полностью. А следовательно, понадобятся дни, если не недели, чтобы расшифровать, декодировать и постараться «починить» поврежденные файлы.

Впрочем, инженеру-компьютерщику не нужно было много времени, чтобы понять: большинство файлов содержат информацию о последних разработках в области генетики и репродукции, и все это прямо или косвенно отражалось в символе.

— Тройная спираль ДНК, — пробормотал, всматриваясь в экран, Пейнтер, одновременно растерянный и заинтригованный.

— Вообще-то… — Ренни наклонился и провел пальцем сверху вниз по двум основным спиралям, — вот эти представляют собой дезоксирибонуклеиновую кислоту, или ДНК. А третья — вот эта змея, обвившаяся вокруг древа жизни, — называется пептидо-нуклеиновой кислотой, или ПНК. — Он постучал по «змее» пальцем. — Этот виток искусственный. Он создан человеком, а не Господом Богом. То, что мы видим перед собой, есть результат кибергенетики, биологических и технологических разработок.