Ты боишься темноты? - Сидни Шелдон

— Что это на тебя нашло? — удивилась Келли. — Я пошутила… я только…

— Ударь меня, — настойчиво повторила Дайана. «Ситроен» был уже совсем близко.

— Что ты…

— Скорее!

Келли нерешительно шлепнула Дайану по лицу.

— Слишком слабо. Давай как следует!

Теперь между ними и «ситроеном» было только две машины.

— Ну же! — взвизгнула Дайана.

Келли, мучительно морщась, ударила Дайану в челюсть.

— Не так! Сильнее!

Третья попытка оказалась удачнее. На этот раз бриллиант обручального кольца рассек щеку Дайаны. Хлынула кровь. Келли в ужасе прикрыла рот рукой.

— Прости, Дайана, я не хотела…

Они добрались до контрольно-пропускного пункта, и Дайана нажала на тормоза. К ним сразу подошел пограничник.

— Добрый день, сеньоры.

— Добрый день.

Дайана повернула голову так, чтобы пограничник увидел стекавшую по шеке кровь.

— Сеньора, что случилось? — Пограничник с ужасом смотрел на нее.

Дайана прикусила губу.

— Это мой бывший муж. Он развлекается, избивая меня. Я развелась с ним и добилась того, что судья запретил ему подходить ко мне, но… но он никого не слушает. Постоянно меня преследует. Вот и сейчас гонится за мной. Понимаю, нет смысла просить вас о помощи. Никто не сможет его остановить.

Пограничник мрачно уставился на приближавшиеся машины.

— Которая его?

— Черный «ситроен». Видно, на этот раз мне не уйти живой.

— Неужели? — прорычал пограничник. — Поезжайте дальше, сеньоры. О нем больше можете не беспокоиться.

— О, спасибо! Спасибо вам! — воскликнула Дайана. Еще несколько минут — и они пересекли границу и углубились на территорию Франции.

— Дайана… прости… за… — Келли показала на щеку Дайаны.

— Зато мы избавились от Годзиллы, верно? — усмехнулась Дайана, но, посмотрев на Келли, осеклась. — Ты плачешь?

— Нет, вовсе нет, — шмыгнула носом Келли. — Это все чертова тушь. То, что ты сделала… было… Ничего не скажешь, ты не просто хорошенькая женщина…

Покопавшись в сумочке, она приложила ко все еще кровоточащей ране бумажную салфетку. Дайана посмотрела в зеркальце заднего обзора и сделала забавную гримаску:

— Боюсь, хорошенькой теперь меня может назвать только слепой.

Увидев черный «ситроен», пограничник выступил вперед.

— Выйдите из машины, пожалуйста.

— У меня нет времени, — отрезал Флинт. — Я спешу. Нужно…

— Выйдите из машины.

— Но почему? В чем проблема?

— Мы получили сведения, что машина под таким номером провозит наркотики. Нам приказано ее разобрать.

— Вы спятили?! — прорычал Флинт. — Говорю же, я спешу. Какие там наркотики? — Он хотел сказать еще что-то, но вдруг улыбнулся: — А, понял. — И, сунув руку в карман, протянул пограничнику стодолларовую банкноту: — Вот. Возьмите это, и забудем обо всем.

— Хосе! — позвал пограничник.

Из будки показался капитан пограничной стражи. Пограничник показал ему деньги:

— Попытка подкупа.

— Немедленно выходите из машины! — приказал капитан. — Вы арестованы за попытку дать взятку представителям закона. Нет, пока не выходите. Сначала отведите машину на стоянку.

— Но вы не можете арестовать меня! Я еду за…

— Плюс сопротивление аресту. — Капитан повернулся к подчиненному: — Вызывай подкрепление и машину. Отвезем его в тюрьму.

Флинт тяжело вздохнул и оглядел шоссе. «Пежо» исчез.

— Мне нужно позвонить, — объявил он капитану.

Келли и Дайана мчались по французской территории. По обеим сторонам дороги по-прежнему возвышались поросшие невысокими соснами горы. Судя по указателям, впереди была Памплона.

— Ты говорила, что в Париже ждет друг? — спросила Дайана.

— Да. Сэм Мидоуз. Он работал с Марком. Мне кажется, он сумеет нам помочь.

Келли вытащила из сумочки свой новый сотовый и набрала парижский номер.

— КИГ, — ответила телефонистка.

— Нельзя ли поговорить с Сэмом Мидоузом?

— Соединяю, мадам.

— Алло? — раздался голос Сэма.

— Сэм, это Келли. Я еду в Париж.

— Господи! Я тут с ума сходил от тревоги за тебя! С тобой все в порядке?

— Наверное… — нерешительно сказала Келли.

— Что за кошмар творится? Поверить не могу, — продолжал Сэм.

Я тоже…

— Сэм, мне нужно кое-что тебе сказать. Я думаю, что Марка убили.

Ответ Сэма заставил ее содрогнуться.

— Я тоже так думаю.

— Я должна знать, что случилось. Ты мне поможешь?

— Думаю, это не стоит обсуждать по телефону, — ответил он нарочито небрежным тоном.

— Я… понимаю.

— Почему бы не встретиться сегодня вечером? Поужинаем у меня.

— Согласна.

— В семь?

— Я приеду, — пообещала Келли и, спрятав телефон, пробормотала: — Что ж, значит, сегодня я скорее всего получу кое-какие ответы.

— А пока ты будешь их получать, я слетаю в Берлин и поговорю с людьми, работавшими с Францем Вербрюгге.

Келли ничего не ответила.

— Что случилось? — забеспокоилась Дайана.

— Ничего. Просто мы… мы были такой слаженной командой. Страшно подумать, что мы расстаемся. Почему бы не поехать в Париж вместе, а потом…

— Мы не расстаемся, — утешила Дайана. — Позвони мне после разговора с Сэмом. Мы можем встретиться в Берлине. Кто знает, возможно, к тому времени я получу какую-то информацию. У нас есть сотовые. Будем постоянно перезваниваться. Мне не терпится услышать, что ты узнаешь сегодня.

До Парижа они добрались без происшествий. Однако Дайана продолжала поглядывать в зеркальце заднего обзора.

— «Ситроена» не видно. Все-таки мы сумели от него оторваться. Куда тебя подвезти?

Келли посмотрела в окно. Они приближались к площади Согласия.

— Дайана, высади меня здесь, а сама поезжай в аэропорт. Там сдашь машину и вылетишь в Берлин. Я вполне могу взять такси.

— Уверена?

— Абсолютно.

— Будь поосторожнее.

— И ты тоже.

Через две минуты Келли уже сидела в такси. Скорее бы добраться до дома! Увидеть Энджел, поговорить с Филипом, а вечером потолковать по душам с Сэмом.