Триггер. Как далеко ты можешь зайти? - Павел Воронин

— Но я же, кажется, ясно выразилась…

— Извините, но вы — не мой клиент, — заявил Артем.

Тут за спиной Олеси возник Семен.

— Я же сказал: у нас с супругой разногласий нет. Ни по каким вопросам, — заявил он.

— С супругой — никаких, — сказал Артем. — У вас с собственной головой разногласия. Вы еще лет сорок можете изображать попугайчиков-неразлучников, а потом… Потом, при идеальном раскладе, вы умрете первым. А если первой умрет она… Или просто уйдет, когда вы потеряете форму, что вероятнее… Тогда вы сойдете с ума или покончите с собой. Но у вас есть альтернатива. Это я. Решение проблемы займет три часа. Надумаете — мой телефон у вас есть.

И он ушел. Олеся села составлять новый контракт мужа. Однако у нее ничего не получалось: она нервничала, то и дело ошибалась. Наконец в раздражении стукнула ладонью по столу, произнесла:

— Зачем я тебя вообще к этому идиоту потащила? Надо найти нормального психолога. Тебе помогут…

— А они есть, нормальные? — засомневался Семен. — Я-то со своей придурью шикарно живу. Тебя жалко. Ходишь за мной, как за ребенком. Я не хочу так, понимаешь? И если у нас есть хоть малейший шанс притушить эту проблему… Он обещал, что сделает все за три часа. Всего три часа, Олесь. Если получится — больше никаких психологов.

— Согласна, — сказала Олеся. — Останемся больными и счастливыми.

И спустя десять минут в приемной Артема раздался звонок. Трубку, как обычно, снял Матвей. Услышав из кабинета, как он отвечает звонившему: «Он с вами свяжется», Артем крикнул:

— Скажи, что сегодня ночью.

— Чего? — не понял Матвей.

— Это же от боксера звонили? Передай, что мы встретимся сегодня ночью. А где — от тебя зависит. Обзвони ближайшие торговые центры и постарайся договориться с тем, у кого есть зеркальный лабиринт. А боксеру скажи, чтобы захватил с собой грушу. Большую такую. Нет, лучше пусть возьмет две груши.

— А зачем лабиринт? — удивился Матвей.

— Увидишь, — сказал шеф.

…Когда внедорожник Семена въехал на пустой паркинг торгового центра, Артем с Матвеем уже ждали. Олеся вышла, не здороваясь и недобро глядя на психолога. Семен вытащил из багажника две боксерские груши в рост человека. Спросил:

— Что дальше?

— Сдайте моему помощнику телефоны, — распорядился психолог.

— Что, на дело идем? — усмехнулся Семен. — Боитесь, что нас по билингу вычислят? От вас теперь чего угодно можно ожидать.

— От вас тоже, — заметил Артем, потерев свой запудренный синяк.

Семен отдал телефон Матвею, Олеся медлила. Все смотрели на нее в ожидании. Она покачала головой, но телефон все же отдала. Тогда Артем скомандовал:

— Груши тащим к лифту.

Когда лифт подошел, Артем помог Семену втащить в него груши. Два человека плюс инвентарь заняли все пространство лифта. Для этого, собственно, эти груши и понадобились психологу — чтобы отрезать мужа от жены.

— Вы поедете на следующем, — сказал Артем Матвею и нажал кнопку нужного этажа.

Когда двери лифта открылись, Артем вышел и решительно направился куда-то в глубь этажа. Семен вытащил груши, спросил:

— А далеко нам идти?

— Уже пришли, — прозвучал ответ. — Да бросьте вы их, они не понадобятся.

— Как это? — удивился боксер, но Артем не ответил. Они вместе подошли ко входу в зеркальный лабиринт.

— И что это? — спросил Семен.

— Если верить рекламе — «удивительное и таинственное место, где можно встретиться с самим собой». Прошу.

Артем включил в лабиринте свет, открыл дверь. Однако Семен колебался.

— И как это мне поможет?

— Пока не попробуете — не узнаете.

Семен решился попробовать, вошел. Артем тут же закрыл за ним дверь, запер ее на задвижку. Затем направился к расположенному поблизости выходу из лабиринта, запер и эту дверь.

— И что дальше? — спросил Семен, оказавшись внутри. — Мне тут стоять? Или к выходу идти? Эй! Артем Александрович!

Он прошел несколько метров по лабиринту. Злость поднималась в нем, словно морской прилив.

— Слышите меня? — кричал он. — Олеся! Олеся, ты там?

В это время Олеся вместе с Матвеем вышли из лифта двумя этажами ниже. Олеся огляделась.

— Это тот этаж?

— Не знаю… он не сказал…

— Так позвоните ему!

— У него сейчас телефона нет…

Она со злостью взглянула на помощника.

— Он это специально сделал, да? Чего он добивается?

— Думаю, хочет помочь, — ответил Матвей.

— Давай я тебе расскажу, что дальше будет? Он опять Сёму выведет, и Сёма его еще раз ударит. А потом ты со своим хамоватым боссом будешь в суде деньги у нас вымогать.

Нет, с этим Матвей никак не мог согласиться.

— Я понимаю, Артем Александрович может показаться немного… странным, — сказал он. — Но он не мошенник!

Однако Олеся его уже не слушала. Она двинулась по этажу, громко зовя мужа.

А муж в это время бродил по зеркальному лабиринту. У него уже началась паника.

— Где тут выход? — кричал он. — Что за идиотизм? Кто-нибудь слышит меня? Откройте, пока я тут все не выломал к едреной фене!

Артем в это время спокойно сидел в кресле администратора лабиринта и наблюдал за клиентом. Потом выключил в лабиринте свет и взял в руки микрофон. Боксер услышал доносившийся из динамиков голос психолога:

— Открою, если вы кое-что сделаете для меня. Попробуйте вспомнить, когда все это началось.

— Я сейчас тут все разнесу! — кричал Семен. — Открыл дверь!

— Ломайте, — разрешил Артем. — Сомневаюсь, что тут есть что-то настолько дорогое, что вы не сможете потом компенсировать.

Семен вернулся к двери, попробовал ее выломать. Однако дверь оказалась крепкой, она не поддавалась.

— Когда я выйду — тебе конец, понял? — пообещал боксер. — Фингалом уже не отделаешься.

— Я учту, — обещал психолог. — Но чтобы выйти, придется кое-что рассказать. Я вам помогу. Приступы паники скорее всего начались год назад, когда у вас возникли проблемы с женой. Так почему вы расстались? И почему опять сошлись?

Вместо ответа Семен резко ударил по одному из зеркал; оно осыпалось.

— Это не поможет, — услышал он голос своего мучителя. — Поможет только откровенность.

И тогда Семен решил рассказать… да, рассказать…

— Я ее застал… — сказал он. — Я застал… Я в тот день должен был в зале работать. Но пришел — а у меня температура, озноб. Как будто почувствовал, что что-то не так. Вернулся домой, а она там с Бобой. С другом моим…