Когда охота началась - Блейк Пирс

Затем он поднял пистолет и направил его на отца Эприл.

«Нет, – подумала Эприл. – Я не позволю ему убить папу».

Она схватила ноутбук, подняла его над головой, а затем изо всех сил швырнула его в мужчину. Он нагнулся и ноутбук пролетел у него над головой. Затем он повернулся к ней.

– Хм, детка, – сказал он. – На этот раз ты меня не одолеешь.

Он начал поднимать пистолет в её сторону, когда Эприл нырнула за мягкое кресло. Она почувствовала ветерок от пули, которая прошла прямо над её плечом. Она ахнула. На неё уже не первый раз нападали, но ещё ни разу не стреляли. Она знала, что он не собирается убивать её – по крайней мере пока. Если бы он хотел, он бы уже была мертва.

И всё же, мысль о том, что в неё стреляют, сводила с ума.

Со своего места на полу, она видела, что отец бросился к своему портфелю. Она знала, что там он хранит собственный большой и опасный пистолет.

«Почему он не мог держать его под рукой?» – подумала она.

Так или иначе, она знала, что должна как можно дольше отвлекать нападающего от папы, чтобы тот успел взять пистолет. Она бросилась всем телом на кресло перед собой, переворачивая его. Мужчина повернулся и посмотрел на неё.

Стоя прямо перед ним и рискуя схлопотать пулю, Эприл потянулась к огромной вазе, стоящей на столике. Она схватила её и бросила в него. Он наклонился и ваза пролетела прямо над его спиной, упала на пол и разлетелась на кусочки.

Этого времени было достаточно, чтобы отец Эприл открыл портфель и достал свой пистолет. Эприл подумала, что по сравнению с оружием преступника он очень маленький и жалкий. И отец обращался с ним крайне неуверенно. Когда он попытался прицелиться, у него задрожали руки.

Но мужчина всё ещё смотрел только на Эприл. Казалось, он не замечает, что задумал её отец. Эприл должна удержать его в таком положении. Она сорвала со стены огромную картину в рамке, побежала к мужчине и замахнулась. Ей удалось выбить оружие из его рук, и оно упало на ковёр.

Он смотрел на неё, а не на её отца. Эприл обернулась, задержала дыхание, надеясь, что её отец воспользуется случаем и пристрелит этого человека.

*

Орин не спускал глаз с девчонки, наклоняясь за пистолетом. По своему прошлому нападению он помнил, что она решительная, умная и храбрая. Будет славно наконец-то её прикончить.

Но прежде, чем он успел поднять пистолет, он услышал выстрел и в стену позади него вошла пуля. Он обернулся. И впрямь: у отца девочки был свой пистолет, ничтожно маленький револьвер 22 калибра. Он целился прямо в Родеса, собираясь с мыслями, чтобы выстрелить ещё раз.

Но выглядел он более напуганным, чем Орин.

Орин на самом деле вообще не боялся.

По глазам мужчины он видел, что тот не знает, каково это – пристрелить кого-то, насмерть или только ранить. Нет, отцу девочки далеко до Орина. Он слишком робкий, слишком трусливый. Орин подумал, что в своей жизни он причинял немало эмоциональной боли людям и в этом плане может считаться бандитом, а вот чтобы причинить боль физическую, не говоря уже о том, чтобы кого-то убить, у него кишка тонка.

Орин начал весело танцевать джигу-дрыгу. Отец девочки выпустил в него пулю, затем ещё и ещё, и все они были далеки от цели. Орин даже рассмеялся: он не в меньшей безопасности, чем если бы в него никто не стрелял.

Выстрелы отца становились всё более хаотичными. Орин переживал только о том, чтобы тот случайно не пристрелил собственную дочь, испортив планы Орина на месть. Орин сосчитал пять выстрелов, а затем резко бросился на мужчину. Он выхватил у него из рук пистолет и направил его против владельца. Держа мужчину в поле зрения, он стал двигаться к тому месту, где уронил свой пистолет.

Тут он услышал позади себя девчонку, которая неожиданно стала колотить по нему своими кулачками. Удары были сильными и жёсткими. Он оттолкнул её, затем повернулся и выстрелил в её сторону, намеренно промахнувшись, но совсем чуть-чуть. Он знал, что выпустил последнюю пулю револьвера.

Девочка отступила на шаг, давая Орину возможность добраться до собственного пистолета и подобрать его. Тогда он поднял пистолет и навёл его – не на девочку, а прямо в голову её отцу. Девочка охнула и отступила на шаг, явно в ужасе за жизнь своего отца.

Держа в левой руке пустой пистолет мужчины, он сделал выпад и ударил девочку по голове прикладом. Удар был сильный, но не настолько, чтобы вырубить её. Он лишь хотел, чтобы она ослабела.

И он видел, что у него получилось. Девочка пошатнулась, но её взгляд всё ещё был направлен прямо на неё, в нём по-прежнему читался вызов. И всё же, теперь она оглушена настолько, что не может чем-то ему угрожать, по крайней мере, несколько секунд – а больше ему и не надо.

Он отбросил пустой револьвер в сторону, держа наперевес свой собственный, гораздо более внушительный полуавтоматический CZ P-09. Он быстро открутил глушитель. Шум его больше не волновал – в этом захолустье никто ничего не услышит. Шум прибавит особую пикантность боли и ужасу, который он собирался причинить.

Переводя пистолет между отцом и дочерью, он махнул Эприл и Райану на пару стульев с прямыми спинками.

– Вы двое, садитесь туда, – приказал он.

Эприл сделала угрожающее движение, но Орин направил пистолет на её отца.

– Даже не думай, – сказал он. – Садись.

Оба послушались. Свободной рукой Орин залез в карман своей куртки, чтобы достать скотч. Теперь он должен примотать их к стульям.

Но что потом?

Его месть будет неполной, если её не будет видеть Райли Пейдж. Он начал сомневаться, что она вообще едет сюда. К счастью, у него уже давно был номер её мобильного. Ему достаточно просто ей позвонить.

Но сначала, впрочем, ему нужно обездвижить своих жертв. Он не мог надолго оставлять девчонку не связанной. Всё ещё держа в одной руке пистолет, он оторвал зубами кусок ленты.

Тоном притворного гостеприимства он сказал:

– Располагайтесь поудобней, ждать придётся долго.