Дом восходящего солнца - Чак Хастмайр

— Я тебе верю. Ты верный, надежный парень. Но твои дела, по правде говоря, еще хуже.

Рэй нахмурился:

— Еще хуже? Винни и Тони хотят меня прикончить, и мои дела еще хуже?

— Да, — подтвердил Чарли.

Этот парень умеет нагнетать обстановку, подумал Рэй.

— Что может быть еще хуже?

— Это касается Старика.

Сердце Рэя забилось чаще. Дженни была права. Если Старик хочет его убрать, то конечно же он сделает это при помощи Чарли Кролика.

Наверное, его мысли были написаны у него на лице, потому что Чарли сказал:

— Не волнуйся, парень. Я здесь не для того, чтобы тебя шлепнуть.

— Как так? — выговорил Рэй. Страх сдавил его горло.

— Официально мы с женой отправились за покупками. Я отвез ее в один из этих огромных торговых центров на Миссисипи. Мы остановились в казино на побережье — она любит игровые автоматы. Я немного поиграл в блек-джек, выиграл четырнадцать сотен, между прочим. Меня нет в городе уже два дня. Я ни с кем не говорил. Последняя информация, которой я владею, ты работаешь на Винни и пытаешься найти парней, ограбивших «Дом».

— Спасибо, Чарли.

— Но если Карлос скажет мне что-нибудь еще, следующая наша встреча будет совсем другой.

Рэй кивнул. Музыкальный автомат заиграл «Я застрелил шерифа» Эрика Клэптона. Песня напомнила Рэю о тюрьме.

— Эта песня была большим хитом там, где я сидел, — сказал Рэй. — Парни, у которых были бумбоксы, то и дело ее заводили.

Чарли покачал головой.

— Бумбоксы в тюрьме. Мать твою. Скоро они там публичные дома открывать начнут.

Рэй прислушался к хорошо знакомым словам. В этой песне его действительно занимал один момент.

— Ты никогда не думал, а кто застрелил помощника шерифа? — спросил он, отхлебнув «Джемесон».

— А?

Рэй потыкал пальцем в воздух.

— Я про эту песню. Эрик Клэптон перепел старую композицию Боба Марли, «Я застрелил шерифа». И мне интересно, а кто же застрелил помощника шерифа.

Чарли склонил голову и тоже прислушался.

— О чем ты?

— Парень в песне, — терпеливо пояснил Рэй. — Парень в песне поет: «Я застрелил шерифа, но я не стрелял в помощника шерифа». Если это не он, то кто застрелил этого гребаного помощника?

Я застрелил шерифа, донеслось из музыкального автомата, но клянусь, я просто защищался. Однажды свобода пришла ко мне, и я уехал из города…

Чарли кивнул.

— Никто не стрелял в помощника. Я думаю, парень хочет сказать, что он застрелил шерифа и мог бы застрелить помощника шерифа, но не сделал этого.

— Нет, — возразил Рэй. Те же самые споры они вели в тюрьме. — Послушай внимательно. Помощник шерифа точно мертв. Парень говорит: «Они хотят обвинить меня в том, что я убил помощника шерифа». Значит, его кто-то шлепнул. Но не он.

— Кто «не он»?

— Парень, который поет песню.

— Эрик Клэптон?

— Нет, Эрик Клэптон просто исполнитель. Я имею в виду, парень из песни. Как бы тот парень, про кого она.

— Ну и?.. — Чарли выглядел немного озадаченным. — Он не убивал помощника шерифа, и что?

— Если он признался в убийстве шерифа, то почему бы не признаться в том, что убил и помощника тоже? Я думаю, его шлепнул сам шериф.

— Шериф? — скептически спросил Чарли. — Шериф сам убил своего помощника?

Рэй кивнул.

— Зачем?

— Ну, песню написал Боб Марли. Там упоминается трава. Явно имеется в виду марихуана. Наверное, парень приплачивал шерифу, а помощник поймал их. Вроде того.

Чарли залпом допил свой стакан.

— Чувствуется, ты много над этим думал, а?

— В тюрьме больше нечего особенно делать. Только думать.

— Знаешь, а у тебя ведь не в первый раз большие проблемы.

— Ты о том разе, когда меня арестовали?

— Нет. Уже после того.

— Что?

Вместо ответа, Чарли, в своей излюбленной манере, махнул официантке. Подождал, пока она принесет им напитки. Пока отойдет подальше. И только тогда заговорил:

— Это было после того, как тебя перевели из окружной тюрьмы в тюрьму Сент-Бернард. Было совещание. И босс тогда предложил убрать тебя по-тихому.

Рэй сглотнул.

— Когда ты говоришь босс, ты имеешь в виду.

Чарли утвердительно кивнул:

— Большого босса. — Он отхлебнул скотча и продолжил: — Он опасался, что ты пойдешь на сделку с федералами. Но на тот момент у нас никого не было в Сент-Бернард. А засылать кого-то специально было слишком сложно. Я посоветовал ему подождать немного. Посмотреть, как ты будешь себя вести. Как выяснилось, ты повел себя правильно.

— Почему? Почему ты вступился за меня? Ты ведь меня даже не знал? — Почему-то Рэю необходимо было знать ответ на этот вопрос.

Чарли глубоко вздохнул и сделал еще глоток.

— Сколько тебе? Лет сорок?

— Сорок один.

— Моему сыну сейчас было бы столько же. Красивый был парень, но упертый. Никак не возможно было его переубедить. Джин его родила с большим трудом. Врачи сказали, что у нее вообще после этого может не быть детей. Так оно и оказалось. Может, поэтому мы немного избаловали мальчишку. Я вырос в Гертауне. Тогда он был наполовину ирландским, наполовину итальянским. И для парней было только два выхода: или в копы, или в бандиты. Почти все ирландцы стали копами, ну а мы стали бандитами. Ты в какую школу ходил?

— Святого Креста.

— Колледж окончил?

Рэй покачал головой:

— Нет. Всего два года продержался.

— Мы с Джин хотели, чтобы наш мальчик окончил колледж. Хотели, чтобы у него был выбор получше, чем коп или бандит. Не хочу тебя обидеть.

Рэй улыбнулся:

— Ничего.

— Он был смышленым парнишкой. Гораздо умнее, чем его отец. И вот когда он окончил школу, я купил ему машину и отправил в колледж.

Чарли помешал в стакане пальцем и отпил еще.

— Это было двадцать лет назад. Он заканчивал последний курс в Нотр-Дам. Ехал домой на Рождество. На дороге был небольшой обледеневший участок, и он врезался в отбойник. Полицейские сказали, что машина получила минимальные повреждения. Если бы он был пристегнут, то просто встал бы и ушел. Но мой сын не ушел. Он умер.

Рэй спросил, почему Чарли вступился за него, и тот рассказал ему про своего сына. Про свою мечту, которой не суждено было осуществиться. Может быть, это и был ответ на его вопрос. Может быть, нет. Рэй не стал расспрашивать дальше.