Кровник - Лев Пучков

— Правильно, никто не даст гарантию, — согласился я. — Я даю тебе слово, что отпущу вас сразу же за поворотом. Тебе придется довольствоваться этим.

— Ладно, — недовольно нахмурившись, Зелимхан кивнул и метнулся взглядом по сторонам. — Только пусть сначала мои спустятся сюда, я должен посмотреть на них, поговорить…

— Дать им команду упасть на землю, — прервал я его. — И тогда твои снайперы за пять секунд превратят мой кузов в решето… Я ж тебе говорю — не дур куй! Я все предусмотрел, Зелимхан. И уйду отсюда при любом раскладе, ни хрена у тебя не выйдет. Лучше слушайся меня, и тогда все будет тип-топ. Давай-давай, командуй!

Испепелив меня взглядом, Ахсалтаков катанул желваки и прорычал в «мотороллу»:

— Второй — Первому.

— На приеме Второй, — звонко ответил молодой голос.

— Пусть они идут сюда — с оружием, — приказал Зелимхан. — И побыстрее!

— Понял тебя, понял, — несколько растерянно ответил молодой и переспросил:

— Одни идут?

— Я что, неясно сказал? — раздраженно зарычал Зелимхан. — Конечно, одни!

— Понял, понял, — заверил молодой. — Сейчас… Спустя десять секунд от расположенного по центру «Урала» отделились две фигуры и направились к нам. Когда они подошли поближе, я обнаружил, что мои бойцы шатаются и весьма нетвердо держатся на ногах.

— Вы что, уроды, отоварили их? — злобно поинтересовался я, подходя к Зелимхану вплотную и тыкая стволом в его живот. — Я тебя за это, сука, прямо сейчас расстреляю, сын шакала! — И очень натурально изобразил зверский оскал.

— Но, но, не дури, парень, — пробормотал Зелимхан, опасливо отстраняясь подальше. — Это они еще от клофелина не отошли. Мы еле-еле их разбудили.

— Ну-ну, посмотрим, — буркнул я. — Дай Бог, чтобы это было именно так…

Бойцы театральной походкой приблизились к машине. Говорить они практически не могли, только мычали и удивленно качали головами. Ощупав их, я обнаружил, что внешне все в норме — яйца и языки на месте, ребра целы.

— Ну то-то же, — удовлетворенно констатировал я и поднял вверх два пальца — грешен, люблю эффектные жесты.

Из кузова сноровисто выпрыгнули два бойца, забросили в машину возвращенцев и скорой иноходью припустили к вражеским «Уралам».

— Куда это они? — удивился Зелимхан. — Ты чего творишь, парень?

— А ну, дай-ка своим команду, чтобы не дергались, — приказал я, вторично наставив ствол в живот Зелимхана. — А то вдруг кто-нибудь из твоих нервный — стрельнет еще ненароком.

Вновь испепелив меня взглядом, Ахсалтаков запросил по станции:

— Второй, Третий, Четвертый — я Первый. Циркуляр.

— На приеме Второй, Третий, Четвертый, — вразнобой ответили три абонента.

— Что они собираются делать? — настойчиво спросил Зелимхан.

— Ничего особенного, — я беспечно пожал плечами. — Произведут осмотр твоей техники, чтобы не было каких-нибудь непредвиденных пакостей. Ты что, испугался?

— Я испугался?! — Ахсалтаков презрительно дернул щекой и скомандовал в радиостанцию:

— Второй, Третий, Четвертый — не трогайте этих. Пусть делают, что надо.

— Второй понял, Третий понял, Четвертый понял, — по очереди ответили абоненты.

— Ну вот и славненько, — похвалил я Зелимхана. — Сейчас они там соорудят все как надо, и поедем.

— Что соорудят? — переспросил Ахсалтаков и вытер лоб. Ну! Я только сейчас заметил, что на лбу «духовского» командира выступила солидная испарина. Значит, нервничает страшный Зелимхан! Переживает… Вспотел, бедолага. И стало мне от этого как-то спокойнее на душе — вовсе и не монстр этот парень. Обычный человек в возрасте, который печется о своих близких, а паче близких — о своем престиже.

— Да ты не переживай, мужик, — успокоил я Ахсалтакова. — Все будет нормально. Сейчас они погасят твои моторы, и мы спокойненько поедем…

— Погасят? — не понял Зелимхан. — Как погасят?

— Ага, погасят, — ласково подтвердил я. — Зачем нам такой солидный эскорт? Мы уж как-нибудь сами. В одно рыло…

— Ты вообще что-нибудь соображаешь, сопляк? — Ахсалтаков сузил глаза, голос его упал до шепота. — Если хоть одна пуля срикошетит от движка и заденет кого-то из моих бойцов… Перестрелка же начнется! Останови их!

— И не подумаю, — возразил я. — Кто тебе сказал, что они собираются стрелять? Они оба водители. Чтобы машина вышла из строя, стрелять не обязательно. Можно и так что-нибудь там вырвать с корнем — всего-то делов.

— Все просчитал, да? — ненавидяще глядя на меня, прошипел Зелимхан. — Все предусмотрел!

— Работа такая, — я скромно покачал автоматом. — Без расчетов — никуда. Помимо этого, я предусмотрел еще пару десятков пакостей с твоей стороны, так что расслабься, мужик, и доверься мне. Все будет тип-топ.

— Молодец, — потухшим голосом констатировал Зелимхан и устало привалился к борту плечом.

Мои водилы уже вовсю орудовали в моторах духовских «Уралов», забравшись на бамперы и открыв капоты. Спустя пять минут они вернулись обратно, притащив с собой целый пук проводов разного калибра. Никто из «духов» их произволу не препятствовал.

— Деятели, — презрительно вымолвил Зелимхан. — Достаточно было провода прерывателей вытащить — зачем всю проводку пообрывали?

— Мало ли? — мудро ответил я. Хотя и сам не взял в толк, отчего это мои водилы раскурочили всю проводку в «Уралах». — В кулацком хозяйстве все пригодится. Хорошая у тебя дисциплина, командир, — похвалил я Ахсалтакова и скомандовал:

— Ну, полезай в кузов. Пора отправляться.

Пару секунд поколебавшись, Зелимхан залез в кузов, где его тут же развернули лицом к заднему борту и наставили в спину сразу четыре ствола. Раритет все же, знатный волчара.

Забравшись в кабину, я дал водиле команду газануть покруче, очень скоро мы отъехали за поворот, потеряв «духов» из виду.

— Давай дальше, — поправил я водителя, когда он начал сбавлять скорость, чтобы притормозить в соответствии с ранее поступившей командой. — Еще чуток проедем. Вдруг они быстро бегают? — И представил себе, какая буря эмоций сейчас одолевает томящегося в кузове Ахсалтакова.

Проехав еще метров восемьсот, я дал команду остановить машину и вылез наружу.

— Ну вот и все, Зелимхан, слезай, — обратился к нахохлившемуся командиру «духов», сжимавшему в могучих руках перекладину заднего борта. — Все, как обещал… Хотя — ей-богу, не знаю, что мешает мне забрать тебя с собой!

Тяжело спрыгнув в грязь, Зелимхан принял из кузова жену и младшего сына. Шамиль же проигнорировал протянутую руку отца и спрыгнул сам, гордо отвернувшись от Ахсалтакова-старшего. Пожав плечами, Зелимхан взял за руку Аюба, обнял жену, и они медленно двинулись прочь от машины, вслед за одиноко шествовавшим молодым муллой.