Усама - Леви Тидхар

Внизу за столиком регистрации сидели двое, мужчина и женщина. Тот же человек исполнял обязанности портье, его усталый взгляд был устремлен куда-то вдаль. Картонный Усама Бен-Ладен не сводил взгляда с Джо, пока тот проходил мимо. С тем же успехом фигура могла бы пялиться в никуда, как и человек за стойкой портье. Джо подошел к столику регистрации.

– Вы здесь на конференцию? Добро пожаловать, добро пожаловать. – Лицо мужчины укрывала борода, похожая на лиану в разлохмаченной чащобе джунглей, которую иногда называют хвостом дьявола. Он носил очки в проволочной оправе, искренне улыбался, на груди его красовался бейджик с надписью: «Привет! Меня зовут Гилл». На женщине было цветастое платье и длиннющие серьги, которые тряслись, когда она поводила головой. Звали ее, если верить бейджику, Вивиан.

– Мне бы… – Джо откашлялся: в горле будто от засухи пересохло, – да, мне можно зарегистрироваться?

Женщина улыбнулась и подтолкнула к нему стопку бумаги:

– Надо только заполнить это, дорогуша. – У нее был трансатлантический выговор, эдакая смесь поместного английского с амэриканским Среднего Запада. – Очень рады, что вы с нами.

– Я что – первый? – удивился Джо.

Гилл принял вид только что не возмущенный.

– Ну уж нет, – фыркнул он. – Представительство должно быть приличным.

– Люди все еще прибывают, – добавила Вивиан. – Большинство регистрируются заранее…

– «Общество Почитателей Майка Лонгшотта», – произнес Гилл, словно обозначая голосом все заглавные буквы названия, – насчитывает свыше тридцати членов.

– Мы попросту обожаем книжки серии «Вершитель суда», верно, Гилл? – сказала Вивиан. Вопроса она, похоже, на самом деле не задавала. Но Гилл кивнул. Джо так и казалось, что из ежевичных кущей его бороды вот-вот так и посыплются парашютисты-десантники.

– Обожаем их, – подтвердил он.

Что-то побудило Джо спросить:

– А почему, как вы думаете?

Вивиан улыбнулась. И сообщила:

– Это очень толковый вопрос. Его, по-моему, будут обсуждать на первой дискуссии завтра утром…

– Восемь тридцать в конференц-зале, – уточнил Гилл, глядя, должно быть, в расписание.

– Но если вы спросите меня… – продолжала, улыбаясь и покачивая головой, Вивиан, будто Гилл и рта не раскрывал. – Это эскапизм.

– Ну уж, я не знаю, – протянул Гилл, и Вивиан сказала, сделав взмах рукой, который мог предназначаться и Гиллу, а мог и кому угодно:

– Гилл воспринимает все это очень серьезно. Он историк-любитель…

– Тут просто, вы не считаете… – начал Гилл, потом примолк, потом улыбнулся и пожал плечами. (Джо решил, что эти двое обречены были составить семейную пару.) – …вопрос «а что, если». Так? Что, если бы Каирская конференция 1921 года, как и намечалось, занялась бы вместе с Черчиллем, Т. Э. Лоуренсом и Гертрудой Белл разделом Ближнего Востока в пользу британцев? Что, если бы отобрали для правления в Ираке хашемитского короля, и привело бы ли это к революции в пятидесятых годах двадцатого века? Или что, если бы французская война в Индокитае так или иначе привела бы к американскому вмешательству во Вьетнаме? Или если бы британцы после Второй мировой войны сохранили свои колонии в Африке? Понимаете… – Гилла уже несло на всех парах, глаза его сияли, как прожектора мчащегося паровоза, – серия «Вершитель суда» полна такого рода вещей. Серия простых решений, принимаемых в гостиничных номерах и кабинетах, которые ведут в совершенно иной мир. А еще…

– А еще эта серия – просто отличная эскапистская забава, – твердо отчеканила Вивиан, и Гилл затих рядом с нею, выдавив из себя извиняющуюся улыбочку. – Читать про эти ужасные вещи и знать, что они никогда не происходили, что когда закончишь чтение, то сможешь отложить книжку, вздохнуть полной грудью и идти по жизни дальше. Знать, что это вымысел…