Юрист - Джон Гришэм

– Нет.

– Кофеиновый Кафферти. Он сам сидит на таблетках, и когда их действие заканчивается, он требует к себе подчиненных, разносит их в пух и прах за нежелание работать. Наглотавшись таблеток, тоже орет, но, во всяком случае, обходится без проклятий. В наших кругах его зовут «ракетой», он славится скоростью, с которой принимает решения. Толковый судья, и при этом – настоящий чирей в заднице. Видишь ли, иск, о котором я говорю, слишком разросся, поэтому Кафферти угрожает передать его под юрисдикцию какого-нибудь штата.

Кайл судорожно делал записи в блокноте. Воспользовавшись краткой паузой, спросил:

– Сердечные пилюли?

– По сути, это некая химия, которая растворяет бляшки в кровеносных сосудах, даже в желудочках сердца. С медицинской точки зрения процесс достаточно сложный, и не тебе ломать над ним голову. Эту сторону вопроса отрабатывают двое наших партнеров, оба – дипломированные врачи. Всего к делу привлечены четыре партнера и десять сотрудников. Я – главный консультант.

В последней фразе звучала изрядная доля самодовольства. Закончив говорить, Пекхэм встал, вновь подошел к окну, бросил взгляд на просыпающийся город. Накрахмаленный воротничок его белоснежной сорочки, с расчетом купленной на несколько размеров больше, почти полностью скрывал тройной подбородок.

Информация Бенни Райта была точной. Первый брак Дугласа Пекхэма распался через тринадцать месяцев после того, как зеленым новичком этот выпускник Йеля пришел в «Скалли энд Першинг». Нынешняя супруга Дугласа, тоже юрист, была партнером в фирме, что располагалась у ближайшего перекрестка. Как и муж, она любила просиживать на работе до темноты. У пары имелись двое маленьких детей. Жила семья в квартире в Верхнем Вест-Сайде, которая стоила четыре миллиона долларов, а летом перебиралась в особняк в Хэмптоне. За минувший год Пекхэм заработал один миллион триста тысяч долларов, его жена – на сто тысяч меньше. В фирме Дугласа считали лучшим специалистом по судебным разбирательствам. В основном он представлял интересы крупных фармацевтических компаний и не слишком часто удостаивал своим присутствием залы суда. Шесть лет назад Пекхэм проиграл иск по делу о болеутоляющем средстве, прием которого довел несколько десятков пациентов до самоубийства. Так по крайней мере сочли присяжные. В качестве компенсации за потраченные нервы «Скалли» на две недели отправила его отдохнуть в Италию.

– Кафферти не терпится спихнуть с себя это дело, – продолжил Дуглас, потирая рукой плечо. – Мы, естественно, выступим против, хотя, если по правде, я бы с удовольствием передал его штату. Существует четыре варианта: округ Дюваль во Флориде; Мемфис, штат Теннесси; округ Филлмор в Небраске или Де Плейн в Иллинойсе. Твоя задача, если согласишься, будет заключаться в том, чтобы изучить эти четыре варианта. – Пекхэм упал в кресло, стал раскачиваться. – Мне нужно знать, что представляют собой тамошние присяжные. Какие они выносят вердикты? Как местные жители смотрят на солидные компании? Есть несколько контор, где собирают данные о жюри присяжных, и мы покупаем у них определенные сведения, но этого бывает недостаточно. Куча цифр при явной нехватке конкретики. Тебе придется копать, и копать глубоко. Свяжешься с местными юристами, будешь искать любую грязь. Ты слушаешь меня, Кайл?

Да разве есть какой-то иной выбор?

– Я весь обратился в слух, босс. Звучит великолепно.

– Но ситуацию я не назвал бы великолепной. Информация необходима мне в четверг, к половине восьмого утра. Ты уже оценил вкус работы по ночам?

– Нет, я здесь только…

– Да-да, слышал. Все, приступай. Отчет в виде деловой записки, и поэкономней со словами. Встретимся у меня в четверг, ровно в семь тридцать. Будут еще двое сотрудников. Постарайся уложиться в десять минут. Вопросы?

– Пока никаких.

– Я работаю до одиннадцати вечера. Если что-то понадобится – звони.

– Хорошо. И спасибо за то, что вытащили меня из архива.

– Там ты тратишь время впустую.

Когда Кайл уже выходил в коридор, за его спиной раздалась пронзительная трель телефона. Подхватив в «кубике» свой ноутбук, Макэвой ринулся в главную библиотеку фирмы, которая находилась на 39-м этаже. Кроме нее имелись еще четыре библиотеки поменьше, но где они находятся, Кайл даже не догадывался.

Он никогда не думал, что работа в библиотеке может доставить такую радость. Ему поручили настоящее дело, поставив жесткие сроки. Речь шла о неподкупном судье и о стратегии, которую еще предстояло выработать. Подготовленную Кайлом записку будут в самый разгар битвы читать профессионалы.

В душе Кайла шевельнулось чувство жалости к сосланным во мрак архивов новичкам. Но он не сомневался: «темница» очень скоро вновь поглотит и его. Еда оказалась забытой; лишь в десять вечера Макэвой торопливо проглотил холодный сандвич, бездушно выданный установленным на этаже автоматом. Не успев обзавестись спальным мешком, в полночь он был вынужден покинуть библиотеку, где еще продолжали работать с полудюжины сотрудников, и, сев в такси, отправился домой. Сон отнял всего четыре часа; получасовая дорога к небоскребу фирмы сократилась до двадцати двух минут: Кайл вовсе не хотел набирать вес. Спортивный зал на 40-м этаже, казалось, оборудовали ради насмешки: тренажерами некому было пользоваться. Во время обеденного перерыва туда заглядывали отдельные секретарши, но кому из юристов взбредет в голову тратить время на совершенствование своих пропорций?

Хронометр начал отсчет времени ровно в пять утра. К девяти Кайл уже обзванивал коллег округа Дюваль в окрестностях Джексонвилля. Список имен был длинным, а поговорить требовалось с каждым.

И чем больше он набирал номеров, тем длиннее становился список: юристы во Флориде, в Мемфисе и западном Теннесси, в Линкольне и Омахе, в десятке городов неподалеку от Чикаго. Едва ли не везде собеседники ссылались на подобные дела и называли телефоны коллег. Отследив все судебные процессы с участием компании «Баркс», Кайл принялся сопоставлять вердикты присяжных.

Дуглас Пекхэм его не беспокоил, лежавший на столе рядом с блокнотом фирмфон молчал. Подобное доверие и предоставленная свобода действий окрыляли. В краткой эсэмэске Дейл поинтересовалась насчет обеда, и в час дня они встретились в кафетерии, чтобы наспех перекусить. Дейл по-прежнему раскапывала могильник «Безмятежного», но, хвала Всевышнему, уже в обществе трех других новичков, которых руководство направило ей в помощь. Все трое всерьез раздумывали о смене места работы. Мисс Армстронг была искренне рада, что ее сосед по «кубику» получил столь ответственное задание.

– Оставь на мою долю хотя бы сотню папок, – сказал Кайл, выходя из кафетерия. – Завтра я вернусь.

Библиотеку он покинул в ночь со среды на четверг, вписав «Барксу» в счет восемнадцать часов. Предыдущим днем их набралось всего шесть. Утром четверга добавились еще два – за шлифовку пятнадцатистраничного текста и репетицию устного доклада Пекхэму. Когда в семь тридцать утра Кайл явился к партнеру, дверь кабинета оказалась закрытой.