Остров проклятых - Деннис Лихэйн

— Такой ураган, что ты хочешь, — сказал Чак.

— Ты где-нибудь видишь свет?

Чак обвел взглядом окна:

— Не-а.

— Думаешь, вся энергосистема отказала?

— Вполне возможно.

— И ограждение.

Чак поднял подплывшее к его ногам яблоко, развернул корпус и с резким выпадом вперед швырнул его в стену.

— Очко! — Только после этого он повернулся к напарнику. — И ограждение, да.

— А значит, и электронные замки. Двери. Ворота.

— Господи, спаси и сохрани. — Он поднял еще одно яблоко, подбросил и поймал у себя за спиной. — Ты никак собрался проникнуть в форт?

Тедди запрокинул лицо, подставляя его под дождик.

— Самое время.

Во двор, взбивая колесами воду, въехал джип, а в нем смотритель больницы и трое охранников. Заметив двух бездельников посреди двора, смотритель изобразил на лице недовольную гримасу. Очевидно, как и Коули, он принял их за санитаров и возмутился, что у них в руках нет граблей или насоса. Впрочем, он промчался мимо, выставив вперед голову и спеша навстречу более важным делам. Тедди поймал себя на мысли, что до сих пор еще ни разу не слышал его голоса. Интересно, голос у него такой же черный, как волосы, или бледный, как кожа?

— Тогда уж прямо сейчас, — сказал Чак. — Пока ситуация не изменилась.

Тедди зашагал к воротам. Чак его нагнал.

— Я бы свистнул, да во рту пересохло.

— Страшновато? — поинтересовался Тедди.

— Не то слово, босс. — Он запустил в стену очередным яблоком.

В воротах стоял охранник с лицом подростка и глазами садиста.

— Все санитары должны докладывать мистеру Уиллису в администрации. Вам, парни, на уборку территории.

Чак и Тедди посмотрели друг на друга — вылитые санитары.

— Бенедикт,[12]— сказал Чак.

Тедди кивнул:

— Ага. А тебе что на ланч?

— Рубен[13]тонкой нарезки.

Тедди показал охраннику свою бляху:

— Наше обмундирование еще не вернулось из прачечной.

Охранник изучил бляху и молча поднял глаза на Чака. Тот, вздохнув, достал бумажник и раскрыл его перед самым носом у охранника.

— Какие у вас дела за периметром? — спросил охранник. — Пропавшая пациентка нашлась.

Любое объяснение, решил Тедди, только ослабит их позиции и даст этой вонючке почувствовать свою власть. Во время военных действий у него в роте было много таких вонючек. Большинство из них не вернулось домой, и, по мнению Тедди, вряд ли это обстоятельство кого-то особенно расстроило. Законченные придурки, до них не достучишься, их ничему не научишь. Зато такого можно задвинуть, если ты вовремя осознал, что он понимает только силу.

Тедди подошел вплотную к парню, сверля его взглядом и улыбаясь уголками рта, и добился своего: они смотрели друг на друга, глаза в глаза.

— Мы решили пройтись, — сказал Тедди.

— У вас нет полномочий.

— Еще как есть. — Тедди придвинулся так, что охраннику теперь пришлось смотреть снизу вверх. Он чувствовал на своем лице дыхание парня. — Мы федеральные приставы, а это федеральное учреждение. Считай, что нас уполномочил сам Господь Бог. Мы не должны перед тобой отчитываться. Мы не должны тебе ничего объяснять. Мы можем прострелить твой член, малыш, и ни один суд в этой стране даже не примет это дело к рассмотрению. — Он придвинулся еще на пару сантиметров. — Так что открывай долбаные ворота.

Паренек усилием воли выдержал его взгляд. Сглотнул. Попробовал придать собственному взгляду больше жесткости.

— Повторяю: открывай эти…

— О'кей.

— Не слышу?

— Да, сэр.

Тедди еще секунду-другую посверлил его убийственным зрачком, потом шумно выдохнул через ноздри.

— Вот и хорошо, сынок. Ать-два!

— Ать-два! — на автомате повторил паренек, аж подпрыгнул кадык.

Он повернул ключ в замке и распахнул ворота. Тедди прошел через них не оглядываясь.

Они свернули направо и прошли немного вдоль стены, прежде чем Чак заговорил:

— С этим «ать-два» симпатично получилось.

Тедди встретился с ним взглядом.

— Мне тоже понравилось.

— В армии ты небось никому спуску не давал.

— Батальонный сержант, под моей командой два десятка юнцов, половина из которых полегли, так и не познав женщину. Словечками вроде «симпатично» уважение у солдат не завоюешь. Тут надо рявкнуть, чтобы они усрались от страха.

— Так точно, сержант. — Чак лихо отдал ему честь. — Хоть у них и отказала энергосистема, но проникнуть в укрепленный форт — это тебе не хухры-мухры.

— Я в курсе.

— Есть идеи?

— Пока нет.

— А вдруг у них там ров с водой? Вот будет сюрприз.

— Или бочки с кипящим маслом на зубчатых стенах.

— Лучники. Если на стенах стоят лучники, Тедди…

— А мы без кольчуги.

Они переступили через поваленное дерево, под ногами было топко и скользко от мокрых листьев. Сквозь поредевшую растительность они видели форт, его мощные серые стены, а также борозды, оставленные колесами джипов, которые сновали туда-сюда все утро.

— Этот охранник был не так уж далек от истины, — заметил Чак.

— А именно?

— После того как Рейчел нашлась, наши полномочия здесь, можно сказать, закончились. Если нас застукают, босс, разумного объяснения у нас не найдется.

Вид этого бурелома отзывался в мозгу Тедди зеленым пожаром. Он испытывал усталость, в голове легкий туман. Четырехчасовой сон под наркотиком, да к тому же сопровождавшийся кошмарами, явно его не освежил. Мелкий дождик тихо барабанил по тулье, собирался на полях шляпы. Мозг гудел, хотя и слабо, но беспрерывно. Если бы сегодня пришел паром, что вряд ли, он бы, пожалуй, не слушая доводов рассудка, прыгнул на борт и был таков. В гробу он видел эту скалу, окруженную водой. Но вернуться без результатов, будь то собранные факты для сенатора Херли или свидетельство о смерти Лэддиса, значило бы провалить задание. И тогда, помимо склонности к самоубийству, его еще будет тяготить чувство вины за то, что он не сумел исправить ситуацию.

Тедди открыл блокнот.

— Эти каменные пирамидки, которые Рейчел оставила на берегу. Вот раскрытый шифр.