Клуб Мэри Шелли - Голди Молдавски

– Ты тупая? Я же сказала: в район Митпэкинг, – произнесла Фелисити, не отрывая взгляда от книги.

– Я имею в виду, с какой целью?

– За снаряжением.

– Ясно, а в чем тебе нужна моя помощь?

– Для разговоров.

– Для разговоров с кем?

– С людьми! Просто с людьми, Рейчел! – Она глубоко вздохнула и взяла себя в руки. – Я не очень-то умею… разговаривать с людьми.

– Да ладно? – пробормотала я.

Любое волнение по поводу каких-то тайных, а возможно, даже опасных дел во мне угасло. Теперь я искренне пожалела о том, что не составила компанию Сандре в ее приключениях с новым макияжем.

Фелисити уронила книгу на колени, откинула голову и гортанно простонала.

– Ладно, ладно. Я, типа, огрызнулась на тебя, – сказала она. Это было не совсем извинение, но, вероятно, на большее мне не стоило надеяться.

– Мы можем попробовать снова, – предложила Фелисити.

Я растерялась.

– Попробовать снова? – И тут до меня дошло. – Поговорить?

Фелисити кивнула, но слегка поерзала на месте.

– Это не обязательно, – заметила я. Как ни неловко было нам вместе ехать, осталось всего минут пятнадцать пути, и я с большим удовольствием провела бы их в тишине. Но Фелисити внезапно захотела поговорить по душам.

– Задавай любой вопрос, – разрешила она. – Мы можем наладить связь. Или что там еще.

Ну, раз ей так хочется.

– Кто будет твоим подопытным в испытании на страх?

– Сим Смит.

Так как я до сих пор не выучила по именам всех учеников в школе, мне потребовалась минута, чтобы сообразить, о ком идет речь.

– Тот десятиклассник, который очень увлекается золотыми цепями?

Фелисити коротко кивнула.

– В конце прошлого года я встречалась с ним. Я училась в десятом классе, а он – в девятом. Ничего не говори – сама знаю, какой это стыд.

Она стыдится того, что он младше ее на год?! А не того, что он выглядит так, будто ограбил мамину шкатулку с драгоценностями?!

– Здесь нечего стыдиться, – ответила я.

Я попыталась представить себе, как Фелисити строит с кем-то отношения, но не могла отделаться от мыслей о самке богомола, пожирающей своего партнера.

– В любом случае этот кусок девятиклассного дерьма изменил мне, – призналась Фелисити. – Значит, теперь он должен умереть.

– Что?!

– Я шучу, – успокоила меня Фелисити.

Можно подумать, ее шутливый тон отличался от ее обычной манеры разговора.

– Я не могу его убить. Но я могу его напугать. И я собираюсь хорошенько его напугать.

– Отлично. – Я надеялась, что это прозвучало как поддержка подруги. – Ты просто молодец.

– Тебе кто-нибудь когда-нибудь изменял?

Я покачала головой.

– С тобой вообще кто-нибудь встречался? – спросила Фелисити.

– Ну, в девятом классе был один парень, – призналась я. – Я сильно влюбилась в него и была уверена, что он влюблен в меня. Вообще-то мы много флиртовали. Он писал мне записочки на уроках английского, в которых…

– Выходит, ты никогда ни с кем не встречалась. – Фелисити смерила меня взглядом. – Похоже, что так.

Машина остановилась, и водитель вышел. Он открыл дверь со стороны Фелисити, и она выбралась наружу, а я поспешила обойтись без посторонней помощи. Фелисити надела черные как смоль большие солнечные очки, закрывавшие почти всю верхнюю половину ее лица.

Ее солнечные очки и плащ от Burberry не очень-то сочетались с серой школьной формой. Фелисити вышагивала по булыжным мостовым, словно была здесь полноправной хозяйкой. Я последовала за ней мимо витрин бутиков Стеллы Маккартни и Дианы фон Фюрстенберг до самой окраины района, где погрузочные площадки фабрик упирались в Вест-Сайдское шоссе. По-видимому, в районе Митпэкинг еще остались работающие мясокомбинаты. Во мне вновь зашевелился страх оказаться запертой в промышленном холодильнике наедине с Фелисити.

Чем дальше мы углублялись в зону погрузки, тем сильнее становился запах замороженной плоти. Вокруг царило оживление: люди в резиновых сапогах вылезали из открытых кузовов грузовиков и входили в просторные склады. По другую сторону от нас по шоссе со свистом проносились автомобили, от которых нас отделял лишь сетчатый забор. Раздавалось хрюканье. Крики. Куда бы я ни посмотрела, всюду виднелась грязь. На грузовиках, одежде рабочих, их руках. И повсюду была коровья кровь.

Но Фелисити, казалось, ничего этого не замечала. Она с важным видом прошла через погрузочную зону, словно это была ее гостиная.

Увидев мужчину с тележкой, разгружающего грузовик, Фелисити направилась прямиком к нему.

– Я ищу Роджера, – заявила она.

– Кто вы? – спросил он.

– Просто передайте Роджеру, что к нему пришла Долорес Клейборн, – отрезала Фелисити и неохотно добавила: – Пожалуйста.

Парень окинул ее долгим взглядом, но все же отправился на поиски этого таинственного Роджера.

– Долорес Клейборн? – свистящим шепотом спросила я.

– Одна из основополагающих работ Стивена^[24].

– Вы с ним обращаетесь друг к другу по имени?

– Если ты…

– Что? – Я едва сдерживала смех оттого, как Фелисити разозлилась. – Это мило.

Она выглядела так, словно хотела меня убить.

– И что за снаряжение мы должны здесь забрать? – поинтересовалась я.

Но прежде чем Фелисити успела ответить, на улицу вышел еще один мужчина в резиновом фартуке, забрызганном подозрительной жидкостью. Со стороны фартук наверняка выглядел отвратительно, но мы с Фелисити переглянулись – это был бы потрясающий костюм для испытания на страх.

Мужчина спрыгнул с погрузочной платформы к нам на асфальт.

– Долорес?

Фелисити подняла палец.

– Вы принесли?

Роджер опасливо оглянулся по сторонам. Вокруг погрузочной площадки собрались и другие люди, но все они, казалось, были слишком заняты, таская ящики, а в некоторых случаях и целые куски мяса. Мужчина сунул руку в пластиковый пакет и вытащил крюк.

Большой крюк. Из тех, на которые можно подвесить свиную тушу и волочить ее по земле. Крюк походил на орудие Рыбака из фильма «Я знаю, что вы сделали прошлым летом», которым тот убивал всех этих покорителей сердец из 90-х. За исключением того, что у нашего крюка была…