Сломанные девочки - Симона Сент-Джеймс

– Но мы говорим не обо мне, – выдавила она из себя. – Мы говорим о вас.

– Правда? Ну что ж. Я восстанавливаю Айдлуайлд, чтобы снова открыть в нем школу для девочек и дать будущему поколению женщин хорошее образование.

Фиона поерзала на оттоманке. Руки и ноги у нее все еще мерзли.

– Ни одна семья в округе не может позволить себе отправить дочь в частную школу, – сказала она. – И я видела то, что осталось от Айдлуайлда. Чтобы там можно было жить, в восстановление нужно вложить кучу денег.

– Вы говорите прямо как мой муж, – улыбнулась Маргарет, поглаживая одним пальцем браслет на запястье. – Он ненавидел этот проект всем сердцем. Энтони такой же. Он боится, что я растрачу все его наследство.

– Кажется, вас это не волнует, – сказала Фиона.

– Энтони получит достаточно, – ответила Маргарет. – Ему всегда хватало денег. Он в разводе, детей у них нет, так что у него осталась только я, а я еще жива. Я купила Айдлуайлд и могу делать с ним все, что захочу.

«Похоже, не я веду эту беседу», – подумала Фиона.

– Даже после того, как в колодце нашли труп?

По лицу Маргарет пробежала короткая дрожь и тут же исчезла. Это было первое проявление настоящих эмоций за всю их беседу

– Если полиция не сможет найти семью этой девочки, я сама организую достойные похороны. А затем продолжу строительство.

– Нельзя этого делать, – вырвалось у Фионы, прежде чем она успела подумать, что сказать. Эти слова шли откуда-то из глубины сознания, где хранились ее самые сокровенные мысли, о существовании которых она не признавалась даже себе самой. Сейчас она чувствовала скорбь, ярость, злость. «Соберись, Фиона!» – мысленно приказала она себе, но вместо этого продолжила: – Ни одна девочка не захочет там учиться.

– И все же девочки учились там шестьдесят лет, – сказала Маргарет, оставаясь спокойной даже после вспышки журналистки. Пожилая женщина вновь пристально посмотрела на Фиону, на сей раз более мягко. Голос ее стал тише и глубже. – Скажите, там, в Айдлуайлде, – вы ее видели?

Фиона почувствовала, как у нее холодеет кожа. Девушка в черном платье и вуали, стоящая посреди поля. Нет. Это невозможно.

– Кого?

– Мэри Хэнд, – ответила Маргарет.

Фиона никогда раньше не слышала этого имени, но теперь у нее засосало под ложечкой и закружилась голова.

– Я не… – она откашлялась. – Я не знаю, о ком вы говорите.

Но Маргарет вглядывалась в ее лицо, и от нее ничего не укрылось.

– Конечно, – сказала она. – Вы ее видели. Думаю, это произошло сегодня утром. Энтони сказал, что нашел вас на поле.

Фиона смотрела на нее в ужасе.

– Так вот в чем все дело? – спросила она. – Вы просто гоняетесь за призраками?

– В черном платье, не так ли? – сказала Маргарет. – И лицо закрыто вуалью? Она с вами разговаривала?

Они смотрели друг другу в глаза, и Фиона не могла отвести взгляда. Внезапно она вспомнила слова, нацарапанные на окне в классе: СПОКОЙНОЙ НОЧИ, РЕВОЧКА.

– Кто она такая? – спросила она.

– Мэри Хэнд – это местная легенда, – ответила Маргарет. – Я не знаю, кем она была и существовала ли на самом деле. Я потратила много денег на поиски, но не смогла найти никакой информации о ней.

– Так может, она училась в Айдлуайлде?

– Кто знает? – Маргарет пожала плечами и снова откинулась назад. Фиона почувствовала, что контакт между ними разорван. – Больше всего на свете я хотела бы найти архив Айдлуайлда и поискать информацию о ней там. Но когда мы купили участок, документов там не оказалось. Энтони говорит, что их уничтожили.

Фиона сидела неподвижно и старалась даже не думать о Саре Лондон, Кэти и спрятанном в сарае архиве школы.

– Думаете, там будут ответы на ваши вопросы? Думаете, в этих документах есть сведения о призраке Мэри Хэнд?

Маргарет улыбнулась:

– Я думаю, они прольют свет на всю эту историю. А вам так не кажется?