Приманка для моего убийцы - Лорет Энн Уайт

Оливия застыла и напряглась.

Девочки на диване развернулись, чтобы видеть экран.

– Репортер нашего канала Майк Стоун сейчас находится на месте происшествия. Что известно к этому моменту, Майк?

Камера показала репортера в голубой ветровке на фоне пожелтевших деревьев.

– Два подростка из Маунт-Карри вчера отправились на рыбалку и наткнулись на эту страшную находку, – сказал репортер в микрофон. Он и сам выглядел потрясенным. Коул подошел ближе.

– Они увидели обнаженное женское тело, подвешенное на дереве за шею. Полиция пока не дает комментариев, только сообщает, что смерть подозрительная. Но я поговорил с Джошуа Филипсом, кузеном одного из подростков, наткнувшихся на труп. Я еще раз напоминаю, что впечатлительным зрителям этот материал смотреть не стоит. Джошуа, ты можешь рассказать нам, что нашли твой кузен и его приятель?

Камера остановилась на молодом человеке во флисовой куртке. Явно смуглый от природы, он был бледен как смерть, его черные волосы развевал ветер.

– Мой кузен и его друг собирались проверить мечущих икру лососей, когда наткнулись на это среди трехгранных тополей.

– Под «этим» ты подразумеваешь тело? – уточнил репортер.

Молодой человек кивнул.

– Оно… было выпотрошено. Сначала мой кузен подумал, что это олень, которого подвесил какой-то охотник. Но это была женщина, подвешенная за шею на большом металлическом крюке. Глаза у нее были вырезаны, внутренности вываливались наружу.

Оливия издала странный звук. Она покачнулась, схватилась рукой за спинку кресла. Взгляд Коула метался между Оливией и телевизором.

– Бригада следователей и экспертов из Ванкувера прибыла на место преступления вчера вечером, – продолжал репортер. – Место преступления сейчас огорожено, установлены палатки, в которых следователи работали всю ночь при свете прожекторов. Никто не может пройти дальше того места, на котором я сейчас нахожусь. Полиция пока ничего не сообщает об идентификации тела.

У Оливии подогнулись колени, и она осела на пол.

Коул метнулся к ней. Мужчина, стоявший перед телевизором, повернулся к ним, на его лице было выражение шока. Он уставился на Оливию.

– Выключите это немедленно! – рявкнул на него Коул, помогая Оливии сесть в кресло с высокой спинкой. – И ради всего святого, уведите отсюда детей!

– Тори! – Мужчина обратился к одной из девочек. Он явно был потрясен. – Иди в офис. Жди там. И забери с собой подружку.

Он взял пульт, выключил телевизор. Его дочь скрылась за дверью офиса. Другая девочка убежала в кухню.

Оливия побелела как полотно, ее кожа была холодной, липкой, дыхание поверхностное. Коул нащупал пульс. Он был слишком частым и неровным.

Из кухни выбежала Адель.

– Господи, что случилось? Нелла сказала, что Оливия упала в обморок.

– Опустите голову вниз, – сказал Коул Оливии. – Совсем низко, между коленей. Адель, вы можете принести ей какое-нибудь сладкое питье?

– Я могу помочь? – спросил мужчина.

– Просто подождите в офисе, вами кто-нибудь обязательно скоро займется, – ответил Коул.

– Вот. – Адель вернулась со стаканом апельсинового сока.

– Выпейте это, – велел Коул.

Оливия медленно подняла голову.

– Я… я в порядке.

На ее восковой коже блестели капельки пота. Рука коснулась пореза на голове. Зрачки расширились. Она выглядела обескураженной. Ей все еще было трудно дышать.

Коул поставил стакан и потянулся к косынке на шее Оливии, чтобы развязать ее.

– Нет! – Пальцы Оливии вцепились в его руку. В глазах появился дикий блеск. – Пожалуйста, не надо.

– Вы должны свободно дышать. – Коул оттолкнул ее руки, и у него кровь застыла в жилах.

Уродливый неровный шрам, похожий на веревку, обвивал ее шею, напоминая о собачьем ошейнике.

Адель тихонько ахнула. Ее взгляд метнулся к Коулу, на лице был написан ужас.