Молчание мертвых - Бренда Новак

— Этот Майк Метцер — сущий дьявол, правда? Хорошим человеком Майка никто бы не назвал, но Ли Баркера он не убивал, и Айрин знала это не хуже Грейс.

— Мэдлин очень хорошо писала о тебе. Она гордится гобой.

Грейс знала — до Мэдлин доходили разные слухи о ее поведении в школе, но она упрямо отказывалась им верить. Как отказывалась верить во все те обвинения, что выдвигали против Монтгомери жители Стилуотера.

— Мэдди всегда стояла за нас. Айрин отпила соку.

— Не я родила эту девочку, но по духу Мэдлин наша. И я знаю, что она и сама так считает.

Грейс посмотрела на мать. Она понимала, что не должна об этом спрашивать, но и молчать больше не могла. Ее сводило с ума, что Айрин не чувствует за собой никакой ответственности за прошлое.

— Пока не узнает правды, да?

На лице Айрин проступило обиженное выражение.

— Она не узнает. — И так всегда.

— Может узнать. — Молчание.

— Думаю, нужно перенести тело, — выговорила через силу Грейс.

Айрин удивленно моргнула. Грейс и сама не понимала, как эти слова сорвались с языка. Она не могла больше жить по-прежнему, скрывать правду. И все же… что еще она могла сделать? Допустить, чтобы дорогие, близкие ей люди пострадали из-за того, в чем не были виноваты?

— Грейс, пожалуйста… — пробормотала побледневшая Айрин. — Я не хочу говорить… об этом.

Грейс понизила голос. Теперь, озвучив наконец мысль, пугавшую еще недавно ее саму, она почувствовала, что поступать нужно именно так, что другого варианта нет.

— Понимаю, это трудно. И я не хочу тебя расстраивать. Я только говорю, что тело нужно перенести.

— Прекрати, — шепнула мать, испуганно оглядываясь, словно их могли услышать. — Ничего такого мы делать не станем.

— Вчера вечером сюда приходил Джо Винчелли. Грозился взять лопату и отправиться на ферму.

— Зачем ему это? Через восемнадцать лет…

— Он чувствует, что мы скрываем что-то.

— Но Ли исчез давным-давно. Его родственники, конечно, не здороваются со мной, когда встречают на улице, но Джо… с Джо у нас никогда не было никаких проблем. С чего бы ему вдруг начинать?

Грейс вытерла выступившие на стакане капельки.

— С чего? Да хотя бы с того, что ему уже не тринадцать. И он вырос злобным, мстительным мерзавцем.

Айрин разгладила несуществующие складки на юбке.

— Полиция обыскивала ферму и ничего не нашла. Джо тоже не найдет.

— Проблема не в одном только Джо. Мэдлин также твердо намерена выяснить, что тогда случилось. Если она опубликует в газете какие-то новые данные, этой истории не будет конца. По городу, и без того уже пошли разговоры; люди вспоминают, кто что и когда видел. В каком-то другом месте, побольше, никто бы и не стал ворошить прошлое, скандал просто забылся бы, но не здесь. Тем более что семья Джо до сих пор уверена, что нам сошло с рук убийство. Да еще и Мэдлин со своей газетой…

— Она хочет знать правду, это вполне естественно. — Грейс схватила мать за руку.

— Мама, акулы в этом городе не спят. Они годами ходят кругами, выжидая подходящего момента. Нас может выдать любая мелочь. Нужно раз и навсегда избавиться от тела преподобного, пока у нас еще есть такая возможность. Нужно перенести их подальше в лес и захоронить поглубже.

Айрин подняла стакан, но рука так дрожала, что ей пришлось поставить его на стол. Прикрыв ладонью рот, она прошептала:

— Нет. Я… я не могу даже думать об этом.

— Но делать что-то надо, — стояла на своем Грейс. — Клэй не может жить на ферме вечно. Ему нужна свобода, чтобы он смог жениться или переехать. Если мы избавимся от тела преподобного, нас уже ничто не будет связывать с его исчезновением. Но если кто-то найдет могилу сейчас…

— Да поможет нам Бог, — с дрожью в голосе закончила за нее Айрин.

— Вот именно.

— Та… та ночь… — Айрин уперлась взглядом в тарелку, очевидно прокручивая в памяти сцены, вспоминать которые так долго отказывалась, потом медленно покачала головой. — Нет, мы должны затаиться. Если тронем… если попытаемся перенести… можно совершить ошибку, упустить что-то или оставить, и тогда… тогда Ли возьмет верх. Тогда он погубит меня, нас… даже Мэдлин.

Айрин заметно разволновалась, и Грейс вдруг увидела, как слаба, как хрупка и уязвима ее мать. Она убрала руку, перевела дыхание, помяла на тарелке остывающие оладьи. Ни сил, ни самообладания у матери уже не осталось, а значит, полагаться на ее решения, как это бывало раньше, когда Айрин принимала их с помощью Клэя, теперь не приходилось. И может быть, Клэй понял это первым. Может быть, именно поэтому он так защищал ее от всего.

— Извини, мама. Не волнуйся и ни о чем не беспокойся, ладно? Я ошибалась. Все в порядке.

Айрин бросила быстрый взгляд в сторону кухни:

— Ты действительно так считаешь?

— Да. — Грейс погладила ее по плечу. — Джо напугал меня, вот я и запаниковала.

— Уверена?

— Конечно, — ответила Грейс, демонстрируя наигранное спокойствие.

Айрин кивнула:

— Вот и отлично. Рада слышать. Я… У нас сейчас все хорошо. Наконец-то. И было бы несправедливо, если бы…

— Я знаю. — Грейс посмотрела на тарелку Айрин. — Ты закончила?

— Да.

— Если не против, я заберу.

Она поднялась, собрала тарелки, отнесла их в раковину. Итак, на мать рассчитывать не приходится. Что же делать?

— Как тебе работа в бутике Амелии?

Айрин моментально ухватилась за любезно подброшенное дочерью предложение сменить тему разговора.

— У меня там двадцатипроцентная скидка.

— У тебя хороший вкус. Ты всегда чудесно выглядишь. — Грейс ободряюще улыбнулась. — Знаешь, я провожу тебя к машине. Не хочу, чтобы ты опаздывала из-за меня. — Она вдруг поняла, как важно ее возвращение домой. Важно не только для нее, но и для семьи, которая нуждалась в ней.

Тедди Арчер стоял на крылечке дома Ивонны и никак не мог решить, стоит постучать или не стоит. Прошло уже с полчаса, как отец высадил его на той улице, где жила бабушка, но он знал, что время для визита еще не совсем подходящее. В конце концов, Тедди выждал сколько смог, надеясь, что этого окажется достаточно. Однако, подойдя к крыльцу, он увидел стоящие у стены колышки с табличками, призывающими голосовать за Викки Нибли, и понял, что его новая знакомая принадлежит, как выражалась бабушка, «к лагерю противника».

Бабушка очень плохо относилась ко всем, кому нравилась Викки Нибли. Она называла ее «благодушной либералкой» и утверждала, что Викки и ее друзья доведут город до ручки. Только вот Грейс вовсе не казалась Тедди плохой. Разве она не дала ему лишний доллар, когда он прополол клумбы? И что плохого в том, чтобы забрать обещанное печенье?