Схема убийства - Илья Бушмин

– Что он там делал?

– Понятия не имею. Маслова опознала продавщица в киоске, она видела его по ящику. Ближайший же патруль подъехал на место, но Маслов свалил. Да, не самая хорошая новость: он где-то раздобыл мотоцикл.

– Шустрый. Номера?

– Никто не разглядел. Они в грязи все.

– Какое совпадение, а?

– Маслов пытался пробиться к своему напарнику?

– В том-то и дело, что нет. Внутрь он не заходил, я проверил. Просто торчал на парковке. Зачем, непонятно. Может, ждал кого-то.

– Что на уме у этого парня? – пробормотал я. – Ладно, Володь, давай. Узнаешь что-нибудь еще – звони сразу. Отбой.

В машине стояла духота, и не помогал ни вентилятор, ни открытые окна. Что до кондиционера, то он сломался еще лет пять назад – причем сломался без малейшей надежды на возможность его починки. Проще было купить новую машину. Где бы только денег раздобыть. Вся моя – не самая, кстати, маленькая – зарплата уходила на содержание дочери-подростка. В эти расходы входили не только одежда, пропитание и прочие очевидные вещи, но и постоянные поборы в школе. Те самые поборы, которых у нас в стране формально вроде как нет. Даже я, мент, ничего не мог с этим поделать. Потому что в игре «камень-ножницы-бумага» я был бумагой, а директор школы, где училась Юля – ножницами. Дама была депутатом горсовета, а потому неприкосновенной.

Проза жизни в самой богатой и счастливой в мире, если верить телевизору, стране.

Наконец я добрался до ОКБ. Предприятие занимало по-настоящему гигантскую территорию. Высокие каменные заборы с натянутой поверх колючей проволокой. Разбросанные строения цехов и административных зданий. Где-то читал, что под землей цехов было не меньше, чем снаружи. В советские годы оборонные предприятия, как мы все знаем, строились основательно и с размахом. А вот проходная была скромной и небольшой. Будка с зарешеченной дверью и непроницаемые металлические ворота.

Я показал охраннику удостоверение:

– Полиция, майор Олег Колесов. Мне нужно в вашу бухгалтерию.

– С руководством согласовали?

Я угрюмо уставился на охранника.

– Ваше руководство вчера убили. А я – один из тех, кто расследует это убийство.

– Понимаю, но у нас режим…

– Парень, у меня тоже режим, я стараюсь ложиться спать в одинаковое время. Но сегодня не выспался, и у меня хреновое настроение. Спорить я с тобой не собираюсь. Просто пропусти или позвони в бухгалтерию, чтобы за мной пришли, твою мать.

Парень был упертым. Внутрь он меня не пропустил. Несколько раз позвонил куда-то, косясь на меня из-за зарешеченного окна, после чего соизволил сообщить:

– Ждите, к вам выйдут.

Ждать пришлось черт знает сколько. Не менее получаса. Изжарившись на солнцепеке, я уже собрался высказать охраннику все, что думаю об их режиме, но как раз в это время из проходной вышла женщина.

Ее я узнал сразу. Ольга Макаркина, она же Маслова. То же лицо, что на фотографиях, разве что лицо стало лет на 10—15 старше, а в глазах вместо озорного блеска виднелась лишь усталость. Все, как у большинства. Страна уставших людей.

– Да, я видела по телевизору, – кивнула она. – В шоке, честно говоря… Мы с Сергеем развелись семь лет назад. Он еще в милиции служил тогда.

– Общались?

– Конечно, нет. Детей у нас не было, а развелись, сами понимаете, не от хорошей жизни. Зачем бы нам общаться. Просто разошлись и пошли каждый своей дорожкой.

– То есть, вы даже не виделись?

– Ну, пару раз. Город-то у нас не очень большой. Я видела его в Доме Быта, он там охранник. Но это было еще года два назад, если не больше. После тех случаев я в Дом Быта ездить перестала. Есть ведь и другие магазины.

– А почему вы расстались, если не секрет?

– Извините, а какое это вообще имеет отношение?

– Мы подозреваем вашего бывшего мужа в тяжком преступлении. И не в каком-нибудь преступлении, а в убийстве. И не в каком-нибудь, опять-таки, убийстве, а в убийстве вашего прямого шефа. Здесь все может иметь значение.

Маслова тяжело вздохнула и покачала головой.

– Да я сама в шоке. Как так могло произойти… Я здесь работаю четыре года. Вряд ли он вообще знает, что я здесь. Когда мы разводились, я была бухгалтером совсем в другом месте. В частной фирме.

На всякий случай я спросил, в какой именно, и записал название организации и ее адрес.

– А здесь он бывал? Может, устроиться охранником хотел? А вы узнали об этом и попросили кадровиков не брать его?

– Я бы запомнила. Нет, конечно, не было такого.

Не могло же быть вообще ничего общего. Ее бывший муж завяз в истории с убийством ее же непосредственного руководителя.

– С Тумановым вы общались?

– Само собой. Я главный бухгалтер, а Александр Валерьевич – генеральный директор. Естественно, мы общались. Каждый день. Но только по рабочим вопросам, если вас это интересует.

– Он за вами не ухаживал, не ухлестывал? Ничего такого?

– Нет, что вы.

– Ольга, вы спали с Тумановым?

Она вспыхнула, на миг потеряв дар речи.

– Да что вы такое городите? Я не секретутка какая-то, я ведаю бухгалтерией этого предприятия! Что за чушь вообще? Вот вы – что, спите со всеми своими коллегами?

– Мои коллеги на 90 процентов мужики.

Маслова невольно хмыкнула.

– Мда. Послушайте. Мы не виделись с бывшим мужем. После того, как мы развелись, он ушел из моей жизни целиком и полностью. Он не звонил, не приходил, не искал контакта. Я про него вообще забыла и не вспоминаю много лет. Телефон мой проверьте, с соседями моими поговорите, если не верите. Не было ничего. Вообще ничего.