Вид с дешевых мест - Нил Гейман

Роман «Всего хорошего, и спасибо за рыбу!» изящнейшим образом отвлекает нас от того факта, что в основе его лежит самый простой, самый легкий и самый традиционный из всех мыслимых сюжетов: юноша знакомится с девушкой, юноша теряет девушку, юноша находит девушку и занимается с ней любовью в облаках, а затем они вдвоем отправляются на поиски Прощального Послания Бога сотворенному миру. И находят, что искали. Для книги, от начала и до конца проникнутой унынием и печалью, книги, в которой сама вселенная в основе своей извращена, если не откровенно враждебна, «Всего хорошего, и спасибо за рыбу!» еще очень хорошо держится. Так, например, глава 18 торжественно преподносит нам кое-что, чего во вселенной «Автостопа…» еще не видали, – пусть мимолетную и едва узнаваемую, но все-таки радость:

«Раньше он не понимал, что у жизни есть голос, голос, говорящий с тобой и отвечающий на все вопросы, которыми ты постоянно ее засыпаешь. Он не осознавал, не воспринимал его, не распознавал его тембра – вплоть до этой самой секунды, когда жизнь сказала ему такое, чего не говорила еще никогда. Она сказала: „Да“».

Это мое предисловие к переизданию романа «Всего хорошего, и спасибо за рыбу!» («Пан Букс», 2009).

«В собачьей шкуре» Дианы Уинн Джонс

Не читайте это предисловие.

Прочтите сначала книгу.

Дело в том, что здесь я собираюсь говорить, пускай и в общих чертах, о том, чем эта книга заканчивается, и о самой Диане Уинн Джонс, и о том, как они друг с другом связаны (в конце концов, одна из них создала другую). Поэтому для всех нас будет лучше, если сначала вы прочитает книгу, а уж потом – мое предисловие. Понятно, что все это получается как-то бестолково и не по порядку, но ничего не попишешь.

Ладно. Если вы никак не можете обойтись без предисловия, прежде чем начать читать, то вот, пожалуйста. Перед вами история Сириуса, Песьей Звезды. В наказание за преступление он перерождается самой обычной собакой – здесь, на Земле. Это одновременно и детективная, и приключенческая история, и фэнтези, и кое в чем даже научная фантастика. В нарушение всех правил в эту гремучую смесь вплетается еще и миф, да так хорошо, что вы волей-волей признаёте: да ведь на самом-то деле никаких правил и нет! Эта сказка о животных – для каждого человека, который держит, держал или только хочет завести себе питомца. Это сказка о людях – для каждого животного, которое было бы не прочь завести себе человека. Она забавная, волнующая и честная, но местами и грустная.

Прочтите, вам понравится.

Поверьте мне. И возвращайтесь, когда прочтете.

* * *

Некоторые из лучших в мире детских книг написала Диана Уинн Джонс. Она начала свою карьеру в 1973 году с «Зуба Уилкинса» (выходившего также под названием «Ведьмина работа») и продолжала писать до самой смерти; умерла она в марте 2001-го. Диана писала о людях и волшебстве – и о том и другом писала проницательно, с фантазией, юмором и удивительной чистотой взгляда.

Мы познакомились в 1985-м, на Британском конвенте фэнтези, еще до того, как начались чтения (потому что мы с ней приехали раньше времени). Мы представились друг другу, я сказал, что обожаю ее книги, и мы тут же стали друзьями и оставались друзьями до конца ее дней, еще четверть века. Дружить с Дианой оказалось очень легко – она была остроумная, забавная, мудрая и неизменно здравомыслящая и честная.

Лучшие вымыслы Дианы кажутся чистой правдой. Как будто все это происходило на самом деле; как будто и эти люди с их глупостями и мечтами, и это волшебство – все взаправду, все настоящее. В этой книге Диана открывает нам душу существа, которое учится быть собакой, и все это тоже настоящее: люди – настоящие, и кошки – настоящие, и голос солнечного света – тоже совершенно настоящий.

Ее книги не так-то просты. Они не открывают всех своих секретов с первого же взгляда. То и дело приходится возвращаться назад и перечитывать какие-то куски, чтобы сообразить, что происходит. Диана верит в вас: она дает вам все кусочки мозаики и не сомневается, что вам хватит смекалки собрать из них цельную картину.

«В собачьей шкуре» – тоже непростая книга. (Нет, я не хочу сказать, что она читается трудно. Но она непростая.) Начинается она с середины, с приговора суда: звезды судят одного из своих собратьев – Сириуса, Песью Звезду. На протяжении первых пяти страниц мы читаем научную фантастику и только-только успеваем втянуться, как нас вместе с Сириусом выталкивают оттуда взашей и пересаживают в разум новорожденного щенка. Отныне мы смотрим на мир глазами собаки.

Волшебство этой книги – в том, что она рассказывает, каково быть собакой. И каково быть звездой. Это история любви – а надо сказать, что Диана Уинн Джонс очень редко писала о любви, а если все же писала, то, как правило, о любви несовершенной, не свободной от недостатков. Но здесь перед нами предстает совершенная любовь без изъяна – любовь собаки к девочке и девочки к собаке; и мы понимаем, что это будет именно так, как только впервые встречаемся с Кэтлин. Мы узнаем о том, как живет эта девочка, о расстановке сил в ее семье и о расстановке других, куда более могущественных сил, которые ее во все это втянули.

Если бы Диана просто написала сказку о Кэтлин и ее собаке с точки зрения собаки, это уже было бы здорово, но она делает нечто несравненно большее: она создает целую космологию «сияний» – существ, обитающих на звездах, или, быть может, самих звезд. Сириус должен отыскать некоего Зоаи, прежде чем закончится отпущенный ему срок. Ко всему этому Диана добавляет Дикую Охоту – псов Аннона, кельтского подземного мира, но сказка ни на миг не теряет человечности – средоточия всего, что в ней происходит.

Помню, как лет десять назад я читал эту книгу вслух своей младшей дочери.

Когда я дочитал, она помолчала, потом посмотрела на меня, склонила голову набок и спросила: «Папа, а это был счастливый конец? Или грустный?»

«И то, и другое», – ответил я.

«Да, – сказала она, – так я и подумала. Мне стало очень радостно, но захотелось плакать».

«Да, – согласился я. – Мне тоже».

После этого мне ужасно захотелось понять, каким образом Диане удалось сотворить такой великолепный финал, полный торжества и душераздирающий одновременно. Как бы я хотел тоже так уметь!

Три недели назад я был в Англии, в бристольском хосписе – специальной больнице, в которой ухаживают за умирающими. Я сидел у постели Дианы Уинн Джонс и чувствовал себя страшно одиноким и беспомощным. Тяжело смотреть, как умирает человек, который тебе небезразличен.

Потом я подумал об этом предисловии. Я уже давно собирался написать его и думал, что смогу поговорить с Дианой о книге, но теперь стало ясно, что этого не будет. Я подумал – а что если бы Диана была звездой? Какая бы из нее получилась звезда? Я представил, как она сияет высоко в небесах, и это меня утешило.

Давным-давно люди верили, что герои после смерти переносятся на небо и превращаются в звезды или созвездия. Диана Уинн Джонс была моим героем: блестящая писательница, создававшая одну замечательную книгу за другой и вырастившая не одно поколение читателей; писательница, которую будут помнить и любить всегда. В жизни она была точно такой же забавной, остроумной, честной и мудрой, как и на страницах своих книг. И она будет сиять еще долго-долго.