Выбор, или Герой не нашего времени - Серж Середа

Они уже довольно долго прогуливались по лесу и по берегу залива. Владимир обожал это замечательное место. С Валерием он приезжал сюда уже не первый раз. Ему нравился холмистый ландшафт, который простирался от дачи Валерия, постепенно опускаясь к заливу. Здесь, в лесу, они обычно жарили шашлык в вечернее время, и к ним в гости не раз наведывались лисы, привлечённые запахом мяса и привыкшие к людям. Этим рыжим плутовкам всегда что-нибудь съестное перепадало со стола.

В этот теплый майский вечер они и не заметили, как пролетел день, который провели вместе на берегу залива. После своеобразного туристического похода гостеприимный хозяин пригласил Владимира остаться переночевать у него в загородном доме.

Вечером Владимир позвонил жене, затем передал трубку Валерию, который немного пообщался с Ириной.

– Ирочка, привет. Ты извини, что так, экспромтом, приходится выпрашивать у тебя Володю.

– Ничего, ничего, это бывает иногда, Валера. Так где вы сегодня гуляли?

– Да ты знаешь, везде. Ходили, гуляли по лесу и заливу, жарили шашлык. Ирина, хочу перед Вовкой, учитывая его вкус к банным процедурам, сауной похвастать, вот и предложил ему сегодня остаться.

– Ладно, Валерий, разрешаю, только сильно не перебарщивайте с возлияниями.

– Нет, с этим всё нормально. Ира, ты ведь знаешь, что я в последнее время не особый мастак к этим делам.

– Ну а вы там действительно вдвоём? – в голосе Ирины прозвучала некая весёлая ирония.

– Ну, неужели нет? Ай-ай-ай, Ирочка, значит, когда Владимир ездит париться в Мартышкино, к Гагарину, почему-то ты не ревнуешь, а тут…

– Там другая история, Валера. У Николая Николаевича в основном, ты сам это прекрасно знаешь, молодые ребята-голубята, и поэтому у меня нет повода для ревности; ну, может, попользуются моим красавцем мужем. И что? Не уведут и не забеременеют, – рассмеялась Ирина.

Черняев просто расхохотался.

– Ну ладно, это я пошутила, разрешение получено, только передай Володе, чтобы завтра он постарался приехать в первой половине дня домой. У меня есть к нему домашнее дело.

– Хорошо, уже передаю ему сейчас…

На этом разговор закончился, и Валерий, передав просьбу жены Владимиру, удалился включить баню в режим разогрева.

Прошло чуть меньше часа, и они наслаждались приятным жаром финской сауны. Баня была расположена отдельно от дома, она сообщалась с ним галереей. Напарившись, поплавав в большом бассейне и попив пива, они сидели в гостиной, убранство которой напоминало готический храм.

– Я теперь только заметил, Валера, что ты наше давнее увлечение готическим стилем стал воплощать в жизнь в своём доме.

– Правильно заметил. Александрия и дворец Коттедж – это были мои строительные ориентиры. Я люблю стиль готики. Вот только бы ещё деньжат немного добавить, и можно было бы и здесь стены украсить подлинной живописью.

– Я думаю, что со временем это тебе удастся, – сказал Владимир и улыбнулся. – Появятся новые деньги, и ты сможешь покупать антикварные полотна.

– Дай-то бог, как ты говоришь. Дожить бы…

– А что, у тебя появились враги, Валерий?

– Володя, а у кого их сегодня нет? Особенно если человек состоятельный. Вы с Ириной – эталонная пара России, потому что живёте, как праведники: не воруете, не убиваете никого, не предаёте, не ищете выгоду в людях и многое другое.

Володя засмеялся и посмотрел на своего собеседника.

– Нет, это немного преувеличение, но убивать… пока никого не убили.

– Володя, я ничего не склонен преувеличивать. У тебя неземная жена. Где ещё может быть такое, чтобы потерявшегося твоего ребёнка она приняла, как своего? Я видел, как она относится к Андрею. Мы к своему единственному сыну так не относились – всё спихнули на бабушек и дедушек. А ведь твоя жена пашет, как хороший вол, на работе, к тому же она авторитетна и знаменита. Как это всё совместить? И наконец, тот трагический случай с Андреем. Когда шли те мучительные часы, я видел, что она просто сойдёт с ума, если что-то случится с ребёнком.

– Да, это правда, поэтому мы всей нашей дружной семьёй стараемся помогать Ирине сегодня. Может, не всё у нас получается, как хотелось бы нашей маме, но в основном, как мне кажется, мы справляемся. А твоя Галина ничуть не хуже Ирины справляется. У неё тоже многое получается и в карьере, и дома.

– Слушай, Вовка, у нас как в басне «Кукушка и петух», – засмеялся Валерий, – но я тебе признаюсь: я от Галины иногда погуливаю. Понимаешь, что-то уже не так у нас с ней. В молодости она была отличная баба в сексе, теперь мы с ней стали партнёрами по общему делу, а вот в этом… что-то сломалось. Но это сугубо между нами.

– Я понимаю тебя, можешь не предупреждать.

– Да, Вовка, я знаю тебя как настоящего мужика во всём.

– И кто же избранница? Я её знаю.

– Должен знать. Помнишь, Новый год встречали у Гагарина?

– А-а! Полина, да?

– Да, она самая. Бабёнка она – прелесть: чистенькая, аккуратная и многое может.

– Даже так?

– А ты как думал?

– А Галина не догадывается?

– Думаю, пока нет. Когда догадается, она меня сживёт со света. Хотя я отношусь к тем мужикам, для которых семья – это святое. Где бы я свой «кочан» ни парил, а бросать семью ради любовницы не намерен.

– А если влюбишься?

– Это уже не для меня. Ну, посуди сам, мне уже под пятьдесят. Даже если бы я попробовал завести новую жену, то что? Разве я могу воспитать ребёнка, которого она мне родит. Нет, конечно. Это надо быть готовым к тому, что через десяток лет, когда мне будет под шестьдесят, она сама уже ноги задирать с другими станет, а меня будет держать вместо кошелька. Я этого не переживу.

– Но ведь сколько сегодня примеров среди знаменитых артистов и бизнесменов. Некоторые из них берут себе и на тридцать лет моложе, и более.

– Да, знаю я этих старых вонючих козлов, которых тянет на молодятинку. Бьюсь об заклад, что самая верная из этих жён-студенток проживёт со старым мудаком, ну, скажем, лет пять, а то и меньше. И как это в пьесе драматурга Островского: «Прощай мой голубчик, живи, как знаешь», а я пошла себе новый ху* искать, моложе и покрепче». При этом, мой дружок, не забудь поделиться имуществом». Это и есть истинная формула любви для тусующихся так называемых молодожёнов с разницей в поколение по возрасту.

– То есть ты против того, Валера, чтобы старики женились на молодых.

– Добавь, Володя, и чтобы старухи ложились под юнцов. Там уже природную прель не перебьют никакие шампуни, когда всё отвисло. Тьфу! Противно!