Серафима прекрасная - Каринэ Фолиянц

Витенька проснулся и громко кричал, просил есть…

Лена побежала в милицию. Пыталась добиться, чтобы стражи порядка начали Ваню искать. Но не тут-то было!

Соседка рассказывала дежурному взволнованно:

– Захожу, а там будто погром. А ребенок-то у меня. Как быть?

– Может, они, ну соседи ваши, в спешке собирали вещи? Оттого вам и показалось, что погром, – не хотел верить страж порядка в версию похищения.

– Для чего собирали вещи? Чтобы бесследно исчезнуть?

– Ну а почему бы и нет? Всякое случается.

– А ребенок? Неужели вот так можно бросить сына, – возмущалась соседка. – Да как же так?

– Но ведь вы говорили, что Лариса Осеева исчезла еще раньше?

– Но, по-моему, она ушла сама. А Ваня… Ваня он исчез недобровольно! Он не собирался никуда уезжать из города!

– Вы на что намекаете? Что это похищение?

– Я не намекаю! Я в открытую заявляю это! – закричала Лена. – Дайте мне хотя бы координаты матери Ваниной. Давайте ее разыщем, если вы не хотите мне верить и реагировать!

– Не не хотим, а пока что не имеем никаких оснований для возбуждения уголовного дела! Это разные вещи, гражданочка! – уклончиво ответил дежурный.

– Телефон матери Ивана дайте!

– Да где я вам его возьму? Где она проживает?

– В деревне… Где-то в деревне.

– Здравствуйте, приехали! Какие в деревне телефоны? – засмеялся дежурный.

– Мобильный! У нее наверняка есть мобильный, она фермерша известная – Серафима Зорина. Ну неужели вы мне не верите? Это похищение!

– Не вижу оснований верить. А мобильный телефон фермерши кто станет искать? Послушайте, давайте подождем хотя бы до вечера. Может быть, Иван Зорин сам вернется?

Нет, не удалось бы Ивану вернуться самостоятельно. Он сидел под замком. И Ирочка вместе с ним. Они были связаны по рукам и ногам, с кляпами во рту.

Одинокий дачный дом стоял в горах. Из дверей дома вышел Ленчик с одним из братков, Гориллой. Тот и впрямь смахивал на крупную обезьяну.

Ленчик отдавал приказы. Ему явно нравилось быть старшим.

– Не развязывать и не выпускать во двор. При попытке к бегству сам знаешь что. Держать строго на хлебе и воде. Все понял?

Горилла кивнул.

– Ну и ладно! С сарая глаз не спускать! А они так пусть друг друга перегрызут, как два скорпиона в банке, – зло прошипел Леня, подошел к сараю, постучал в стену. – Ваня, теперь понятно, что эта шалава только прикидывалась доброй, а сама тебя и подставила. Вот так-то! И ты, Ира, будешь знать, как против моей воли идти!

В сарае молчали.

Ленчик двинулся обратно к дому.

– Не волнуйтесь, Леонид Петрович, сберегем пленников как зарницу ока! – рапортовали братки старшему.

– Охранять сарай этот будете, как охраняют секретный военный объект, ясно? И не нажирайтесь мне тут!

– Да вы чего, Леонид Петрович. Мы ж почти не пьем!

– Знаю я ваше почти!

Охранять сарай остался Молодой.

А Сима шла по деревне с Марией Ивановной.

– Ведь любит тебя Андрей, Сима, это ж видно. Что ты судьбу гневишь? Зачем его отталкиваешь? – негодовала учительница. – Зачем врешь себе и ему? Я же видела, как ты на него смотрела. Вот ведь и звонил же, надо было сказать:

«прости, вернись, мол, дура была! Не умеешь ты своих ошибок признавать.

– Я о другом думаю. Сына прогнала, вот что страшно, – вздохнула Серафима. – Отвернется от меня совсем, зачем тогда жить? Ну, запудрила ему мозги эта Лариска, ну, увезла в город, что же он теперь, не сын мне?

– Слава богу, что поняла. Лучше поздно, чем никогда, Сима!

– Как, когда я его потеряла? – задумалась мать. – Ведь рос мальчик такой ласковый, такой послушный.

– Несамостоятельным он у тебя был. Ты, Сим, его всю жизнь под каблуком держала. А вот теперь он вырвался. И начались проблемы!

Людочка с Валей услышали звонок. Мобильный телефон разрывался на журнальном столике.

– Вот мама! Опять телефон дома оставила, – возмутилась Валентина.

– Так ты возьми трубку, – посоветовала Люда.

– Ну так это ей звонят. Она просит ее мобильный не трогать.

– А вдруг это…

– А! Андрей Николаевич! – догадалась дочь. – Точно! Это, наверное, он. Жалко, что она его из дому выставила, хороший дядька.

– А ты возьми трубку и скажи: «Приезжайте обратно, Андрей Николаевич», – учила подругу Люда.

– Знаешь, как мне потом от мамы влетит.

– Так это потом. Бери!

И Валя послушалась. Взяла телефон.

– Да! Андрей Николаевич, это вы… Что?

Она изменилась в лице. Испугалась и Люда.

– Что?

– Слушай меня внимательно, – сказал мужской голос из трубы. – Сынок твой у нас. Связан по рукам и ногам, никуда не сбежит. Надумаешь его освободить, – готовь бабки. Стукнешь ментам – рой для него могилу. Я позвоню тебе, куда и когда принести деньги. А ты просто будь благоразумна!

Он дал отбой.

– Кто это? Валя, что с тобой? – спросила Люда тихо.

– Ваня… Ваню украли бандиты… Просят выкуп!

– Ты чего? Как?

Снова звонок телефона. Обе девочки кинулись к аппарату.

– Да? Что вы еще хотите сказать? – закричала Валя.

– Простите, мне бы Серафиму Ивановну… – услышала она голос Короленко.

– Андрей Николаевич, это вы? Миленький, Андрей Николаевич, приезжайте, у нас такое несчастье…

Мария Ивановна и Сима шли к ферме, когда к ним навстречу выбежали Валя и Люда.

– Мама, мама, скорее!!!

Серафима вздрогнула:

– Иван! Что с ним?

– Мамочка, Ваню украли бандиты!