Шенгенская история - Андрей Курков

«Золотая» трость с деревянной ручкой вызвала у бармена кафе детскую радость. Он жестом попросил взять ее в руки, рассматривал, что-то весело бормоча себе под усы по-французски.

– Un café? – спросил приветливо, возвращая трость.

Андрюс кивнул.

Заняв свое «рабочее» место, он боковым зрением заметил на столе Сесиль привычную табличку «Reserve», которая словно сообщала, что рыжеволосая парижанка вот-вот придет. Албанцев еще не было. Они придут позже, но бармен не беспокоился о том, что кто-то может занять их столик. К ним он явно никаких добрых или иных чувств не испытавал. Одно сплошное безразличие, но при этом он оставался по отношению к ним достаточно толерантным и позволял иногда сидеть часами, ничего не заказав.

Андрюс зацепил трость ручкой за столешницу так, чтобы она зависла, не касаясь пола, и была видна любому входившему в кафе. Рядом выложил свой клоунский нос. И вспомнил о телефонном звонке Барборы. Может, ей нехорошо из-за беременности?

Зазвонил мобильный.

– Филипп? – обрадовался в трубку Андрюс. – Как дела?

– Ты в кафе? – спросил слепой мальчик.

– Да, только пришел!

– Можно, я подойду? Я тут рядом. У нас сегодня двух уроков нет.

Филипп появился в дверях минут через десять. Андрюс вскочил и провел его к столику.

– Что будешь? – спросил, пока мальчик умело складывал свою телескопическую трость.

– Diabolo mente, – сказал он. – Лимонаду с мятным сиропом, – перевел тут же на английский.

– А я и так понял, – усмехнулся Андрюс. – Дьявольская мята!

– Меня на выходные папа домой заберет, – сообщил Филипп, дождавшись своего напитка. – Я так по дому соскучился!

Андрюс посмотрел на мальчика вопросительно.

– И что ты будешь дома делать? – осторожно поинтересовался он.

– За грибами пойду, – выдохнул мальчик и улыбнулся, словно уже представил себе этот грибной поход.

– У вас там что, лес рядом? И много грибов?

– А мы в лесу и живем, – сказал Филипп и потянул из трубочки свой зеленый лимонад. – В нашем лесу самый дорогой гриб растет, он нас и кормит!

– Трюфель? – догадался Андрюс.

– Ага, национальный гриб Франции! – с гордостью продолжил мальчик. – А какой национальный гриб Литвы?

– Не знаю, – Андрюс пожал плечами. – Я не грибник.

– А поехали к нам на выходные? – неожиданно предложил Филипп. – Пойдем по грибы вместе. Тебе понравится. Ты когда-нибудь трюфель пробовал?

– Нет.

– Тем более!

Андрюс задумался. На самом деле вырваться из Парижа было бы замечательно, если он может вырваться вместе с Барби.

– А можно, мы вдвоем к тебе поедем? С моей подругой?

– Конечно, родители точно не будут против! Вы же мои друзья!

Они бы еще долго разговаривали о грибах, но тут Андрюс вспомнил, что ему пора к Полю.

– Тебе помочь выйти на улицу? – обернулся он к Филиппу, отсчитывая мелочь.

– Не надо, – Филипп усмехнулся. – Я тут все вижу! Еще один стол, а потом три метра и двери!

Он прошел довольно уверенной походкой и, остановившись в дверях, оглянулся и махнул Андрюсу свободной рукой.

– О! – обрадовался Поль, увидев Андрюса, и сразу опустил взгляд на «золотую» трость. – А я тебя ждал позже! А зачем тебе это? – спросил. – Ты что-то можешь с ней делать?

Андрюс отошел к двери и закрутил трость на пальце.

– Ух ты! – вырвалось у Поля. – Блестит! Как солнце!

– Это пока все, – признался Андрюс, перехватив вращавшуюся на пальце трость другой рукой. Присел на стул.

– Шашки? – спросил.

– Нет, давай поиграем в тайны! – шепотом предложил Поль. – Меня Бенуа научил, мой новый сосед, – мальчик показал на расстеленную кровать рядом. – Ты мне рассказываешь свою тайну, а я тебе – свою! Ты начинаешь!

Андрюс задумался.

– Ну ладно, – сказал он через минутку. – Попробую! Однажды темной зимней ночью домик моего дедушки полностью занесло снегом…

– Ты не понял, – прервал его рассказ Поль. – Я же не сказал меняться сказками! Я сказал – тайнами. Настоящими!

Андрюс пожал плечами.

– Ну вот Бенуа, например, рассказал, как он подглядывал за своей старшей сестрой, когда она мылась в душе! – продолжил Поль. – У него в квартире под потолком есть окошко из кухни в ванную комнату, и он подставил лестницу и подсматривал. А когда в кухню зашла мама и поняла, чем он занимается, она толкнула лестницу и он упал и поломал руку! Поэтому он тут, – Поль посмотрел на кровать соседа по палате. – Его повели на рентген!

– Но разве это тайна? – не согласился Андрюс. – Тут нет ничего таинственного!

– Тайна – это секрет, который стыдно рассказывать! Понимаешь? Рассказывать настоящую тайну должно быть больно, а если не больно, то это не тайна!

Озадаченный Андрюс растерянно посмотрел на Поля. Мальчик был сегодня явно в странном настроении. Наверное, виной этому стало появление нового соседа по палате, этого Бенуа с поломанной рукой?

– Ну так что? Ты будешь рассказывать тайну?

Андрюс тяжело вздохнул. Впервые он ощущал себя очень неуютно в этой больничной палате.

– Ну хорошо, давай я начну, а ты потом! – предложил Поль. – Я тебе про папу расскажу! Настоящую тайну! Об этом никто во Франции кроме меня и его не знает! Только ты ее тоже никому не пересказывай!

Андрюс кивнул.

– Мой дядя в Камеруне торгует алюминием! Это он папу в посольство устроил, чтобы папа мог меня сюда привезти и вылечить. У нас врачей почти нет! А здесь, если меня вылечат, то я всю жизнь проживу. До самой смерти! Папе тут очень нравится! Он никогда раньше «мерседесы» не водил, а теперь каждый день за рулем! Уже третий месяц! А раньше он на грузовике в порту ездил. Порт у нас в Дуале огромный, как пол-Парижа!

– Он что, работал водителем и на дипломата учился? – заинтересовался Андрюс.

– Нет, он совсем не дипломат! Он водитель в посольстве.

Андрюс открыл рот, но слова словно застряли, словно отказывались выговариваться.

– А как же?.. – наконец выдавил из себя пораженный Андрюс. – Откуда тогда костюм «Хуго Босс» и все остальное? Или водителям тоже много платят в посольстве?

Поль улыбнулся так тепло, будто подумал сейчас об отце.

– Il est sapeur^[37], – сказал он, неожиданно перейдя на французский.

Андрюс вопросительно глянул в глаза мальчику.

– Я не знаю, как это по-английски, – Поль вернулся к общепонятному языку. – Ну, вроде как выпендрежник! Он же член общества «La société des ambianceurs et des personnes élégantes»^[38]. А они все деньги тратят на дорогую одежду. Для них одежда важнее, чем еда.