Пока еще здесь - Лара Вапняр

– Знаешь, – сказала Регина, задумчиво пригубив чашку, – мне кажется, я по ней скучаю.

– Уже? Это хороший знак!

– У нас на той съемной квартире кровати стояли рядом. И она скакала с одной на другую и вопила: “Егина, смотри!” Она зовет меня Егиной, плохо выговаривает “р”. Эти прыжки меня раздражали, мешали читать, а теперь мне их не хватает.

– Егина? Смешно! Она тебя слушается?

Регина вспыхнула, как будто Вика уличила ее в материнской несостоятельности.

– Нет, не всегда. И она часто врет.

– Ой, ну это нормально. Дети все время врут. Я находила в ранце Эрика кучу конфетных фантиков, а он вечно отпирался, говорил, что не его. “Это Гевина. Это Гевин их мне подбросил”. А я ему: “А как насчет вот этого жирка на животе? А? Тоже Гевин подбросил?”

Они обе засмеялись. Потом Регина спросила, как у них с Сергеем.

Вика напряглась. Она никогда не доверяла Регине и подозревала, что та втайне радовалась их разрыву. И по инерции захотелось соврать, сказать, что они снова вместе и счастливы как никогда.

– Все хорошо, – ответила она с натужной радостной улыбкой. – Даже очень. Особенно после того, как он продал “Виртуальную могилу”. Он пообещал, что, если все пойдет по плану, я в ближайший год смогу бросить работу и пойти доучиться.

– В медицинский? – спросила Регина.

– Вряд ли. Достала меня медицина. Я подумываю о маркетинге или бизнесе. Знаешь, эта Клео, она занимается разработкой нашего приложения, так вот она говорит, что у меня есть потрясающие бизнес-идеи. Она даже считает, они лучше, чем у Сергея.

Регина задумчиво кивнула. Она совсем не была надменной, заносчивой. Наоборот, казалась совершенно потерянной и неуверенной. Она смотрела на Вику внимательно и ласково, словно призывая сказать правду. “Регина умеет слушать, – заметил как-то Вадик. – Она не раз помогала мне выбраться из всякого дерьма, просто выслушивая мой бесконечный треп. Никогда не встречал людей, которые умеют сочувствовать, как она”.

Вика истосковалась по сочувствию. И решила сказать как есть.

– Вообще-то с Сергеем все очень непросто, – произнесла она. – Мы снова вместе, это да, но он все еще не может простить меня.

– Простить за что?

Вика сделала большой глоток и откашлялась.

– Я переспала с Вадиком и рассказала об этом Сергею.

Регина опустила чашку и уставилась на Вику.

– Мы же расстались, и я была уверена, что Сергей с кем-то спит.

Вика напряглась, ожидая услышать какое-нибудь скептическое замечание. Но вместо этого после нелегкой паузы раздался гомерический хохот.

– Прости, прости! – повторяла Регина, задыхаясь от смеха, довольно, впрочем, заразного.

Честно говоря, точнее реакции на историю ее любовных перипетий и не придумать.

– Так что же произошло? – спросила Регина.

– Хочешь знать, как все было по порядку?

– Конечно!

– Давай как-нибудь посидим, выпьем. Я знаю отличное местечко в Ист-Виллидж, там есть час, когда за двадцать баксов к бокалу сангрии подают две закуски.

– С удовольствием! – согласилась Регина. – Давай, прямо в ближайшее время, до того как я уеду в Москву.

Они поднялись и направились к выходу.

– Послушай, – сказала Вика, когда они сели на маленький икейский паром обратно на Манхэттен. – Только не говори Вадику с Сергеем, что я тебе рассказала, хорошо?

– Ну разумеется! – ответила Регина, снова прыснув от смеха.

– И прекрати хихикать!

– Буду делать вид, что кашляю.

Вика театрально закатила глаза и достала телефон. “Мы с Рег едем к тебе”, – написала она Вадику. “Круто”, – ответил он.

Вадик думал, что больше всего будет скучать по Регине. Только она и была ему настоящим другом. Вика с Сергеем – нет. Они так резво втравили его в свою мерзкую запутанную семейную заваруху и тут же выплюнули, как только он стал не нужен. С Региной не так. Она действительно пеклась о нем. Черт, каким же кретином он был, сказав тогда, что она позаботится о ребенке, только если его съест. Ну откуда ему было знать, что она и в самом деле думала стать матерью? Но даже не уезжай он из Штатов, вряд ли они остались бы такими близкими друзьями теперь, когда у нее ребенок. Уже сейчас очевидно, что она с головой погрузилась в новую жизнь. Что ж, оно и понятно. С детьми так много шансов наломать дров, что надо непрерывно быть начеку. Вадик никогда не понимал, как можно хотеть детей. Он не хотел. Он передал свои хорошие крепкие гены, но ни один ребенок на свете не заслуживал получить в придачу его сомнения, тревоги и неуверенность.

Он вошел в гостиную и огляделся. Почти всю мебель уже вывезли. Осталось всего ничего плюс что-то из спортивного снаряжения. Было ощущение простора и легкости, которыми он прежде не мог насладиться. Через два дня он начнет новую жизнь в очередном чужом, необжитом, совершенно пустом пространстве. Вадик не бывал в Сингапуре и почти ничего о нем не знал, так что новее начала не бывает. Он напрасно потратил столько сил, пытаясь встроиться, стать своим то в Москве, то в Стамбуле, потом и в Нью-Йорке. В Сингапуре обойдется без этих притязаний. Он просто постарается получать удовольствие от чужеродности места столько, сколько это будет приносить удовольствие.

Он снова пересчитал бутылки с выпивкой. До, ре, ми, фа, минор туда, мажор сюда.

Вернулся в кухню, разморозил пельмени и эдамаме, положил на поднос и отнес в гостиную. Поставил ровно посередине ковра.

В дверь решительно зазвонили.

Боб, подумал Вадик. Так уверенно больше некому.

– Я что, первый? – спросил Боб.

Была между ними некоторая неловкость после того, как Вадик объявил, что покидает “Цифрогик”.

– Конечно, приятель, я все понимаю, – сказал ему Боб. – Тебе нужно сменить обстановку.

Но в глазах читались обида и непонимание. Было очевидно, что он изо всех сил старается уразуметь, как кому-то может взбрести в голову уйти с такой крутой работы у такого потрясающего начальника?! Но у них все же была одна общая трагедия – успех Сергея. Боб страдал от тяжелого случая СУВ, хоть и стоял на том, что был изначально прав и у “Виртуальной могилы” нет шансов на серьезный успех.

– До успеха пока далеко, – рассказывал Сергей Вадику, когда они встретились выпить. – Невозможно предугадать, будет ли хоть какая-то прибыль.

Но то, что уже получилось, было лучше финансового успеха, и они оба это понимали. Сергей создал нечто с нуля, причем то, чем он по-настоящему горел; он все силы положил на отстаивание своей идеи и победил. Тогда как Вадик вернулся в исходную точку и опять начинал жизнь заново.

– Как здесь хорошо и просторно, – заметил Боб, окидывая взглядом пустую гостиную.