Остров Крым - Василий Аксенов

Таблетка вдруг наполнила ее радостью и миром. Пространствоосветилось. Благодатная и мирная страна пролетала внизу под стальным горбомфриуэя, проплывали по горизонту зеленые холмы, ярко-серые каменные лбы и клыкидревних гор, страна наивной и очаровательной романтики, осуществившаяся мечтабелой гвардии, вымышленные города и горы Грина.

– Со мной ничего не происходило, любимый, –бормотала она. – С того дня, как ты ушел из нашего дома, со мной непроисходило ничего. Был пустой и бессмысленный бред. Со мной только сегоднячто-то произошло. Ты приехал за мной – вот это и произошло, а больше ничего.

Лучников улыбнулся и еще раз поцеловал ее в щеку.

– Дело в том, что тебя выследила «Волчья Сотня», этозаконспирированное (ну, впрочем, в наших условиях любая конспирация – это липа)крайне правое крыло СВРП, Союза Возрождения Родины и Престола. На Родину иПрестол они, честно говоря, просто кладут с прибором. Это просто самыенастоящие фашисты, бандюги, спекулирующие на романтике «белого движения»,отсюда и хвосты волчьи, как у конников генерала Шкуро. Они малочисленны,влияние их на массы почти нулевое, но оружие и деньги у них есть, а главное –наглое хулиганское безумие. Дело тут еще в том, что во главе их стоит сейчаснекий Игнатьев-Игнатьев, бывший мой одноклассник и ненавистник в течение всеймоей жизни, у него ко мне какой-то комплекс, скорее всего, гомосексуальногохарактера. Вот он и организовал нападение на тебя. Они следили за тобой все этидни и наконец устроили киднэппинг. Собирались изнасиловать тебя и осквернитьтолько лишь для того, чтобы отомстить мне и пригрозить лишний раз. К счастью,это стало известно еще одному нашему однокласснику Вадиму Востокову, осваговцу,и тот немедленно соединился еще с одним нашим одноклассником Сашей Черноком,военным летчиком, который

и поднял по тревоге свою спецкоманду. Теперь все эти субчикисидят на гауптвахте Качинского полка и будут преданы суду. Вот и все.

– Вот и все? – переспросила Таня.

– Вот и все, – новый поцелуй в щеку. –Двойной Игнатьев – выродок. Все мои одноклассники по Третьей СимферопольскойГимназии Царя-Освободителя – друзья и единомышленники. Нас девятнадцать человеки мы здесь, на, Острове, не последние люди. Ты в полной безопасности, девочкамоя. Как я рад, что мы наконец-то вместе. Теперь не расстанемся никогда.

Они уже кружили над Симферополем, готовясь нырнуть в один изтуннелей Подземного Узла. Невероятный город простирался под ними.

– Видишь, в центре торчит карандаш? – спросилЛучников. – Это небоскреб «Курьера», а наверху, в «обструганной» части,моя собственная квартира. Она довольно забавна. Мы будем там жить вместе тридня, а потом поедем отдохнуть к моему отцу на Сюрю-Кая, а там, глядишь, иАнтошка соблаговолит познакомиться с новой мачехой.

– Нет! – вскричала Таня. – Никуда мы непоедем. Нигде мы вместе не будем жить. Отправь меня в Москву, Андрей. Умоляютебя.

– Ну-ну, – он протянул ей еще одну розовуюпилюлю. – Прими еще одну. Ведь ты же боевая девка, Татьяна, возьми себя вруки. Подумаешь, «урла» напала. В Союзе ведь тоже такое бывает, и оченьнередко, скажу тебе по великому секрету. Секретнейшая статистика понемотивированной преступности: мы – чемпионы мира. Все будет хорошо, бэби…

Через несколько минут они уже поднимались в скоростном"лифте на вершину обструганного карандаша.

Похожая на шалаш, однокомнатная, но огромная квартира Лучниковабыла задумана как чудо плейбойского интерьера: множество неожиданных лестниц,антресолей, каких-то полатей, раскачивающихся кроватей, очагов; ванна,естественно, висела над крышей. Таня усмотрела для себя нору между выступамистен, завешанных тигриными шкурами. Перед ней был стеклянный скат крыши, закоторым видно было только небо с близко пролетающими облаками.

. – Я хочу туда. Только не притрагивайся сегодня комне, Андрей. Прошу тебя, не притрагивайся. Завали меня какими-нибудь пледами,дай молока и включи телевизор. Лучше всего спортивную программу. Не трогайменя, пожалуйста, я сама тебя позову, когда смогу.

Он сделал все, как она хотела: устроил уютнейшую берлогу,подоткнул под Татьяну мексиканские и шотландские пледы, как под ребенка, принескувшин горячего молока и поджаренные булочки. Огромный телевизор велбесконечную спортивную передачу на одиннадцатом спортивном канале.

– Чудо спортивного долголетия, – говорилобаятельный седоватый диктор. – Бывший чемпион по десятиборью, медалист60-го года намерен участвовать в Олимпиаде в качестве толкателя ядра.

– Ну, вот, – сказал Лучников. – Все о'кей?

– О'кей, – прошептала она. – Иди, иди, тебяждут одноклассники и единомышленники…