Всемирная история болезни - Олеся Мовсина

В первый раз Маша так сильно опаздывала с заказом. Она обещала своему редактору Оле прислать текст перевода к полуночи, и вот уже четвёртый час, а она ещё колупается.

А всё этот дурацкий футбол, дёрнуло же её туда податься! Когда Маша сказала Тимурам, что хочет пойти с ними в воскресенье на стадион, они удивились. Решили, что она издевается. Но билет купили. И она правда пошла, махнув рукой на оставшиеся дома две здоровенные статьи.

Хотела посмотреть живьём на этого ещё одного француза, Пьера Деррида, дура. А его продержали в запасе весь матч, вот и всё.

Одна статья оказалась какой-то юридической скучнятиной, Маша долго ковырялась со словарём, неуклюже мыкалась со специальными терминами, как мужчина с вязальными спицами. Со вторым текстом вроде бы дело пошло легче, но тут доблестная болельщица начала засыпать перед монитором и снова забуксовала.

Какая-то псевдонаучная статья какого-то псевдоамериканца о том, что начиная где-то с пятого века на территории Сибири существовала никем ранее не обнаруженная народность. Да не просто какая-то там, а высокоразвитая цивилизация со своим языком, со своей религией и искусством. Будучи герметичной и самодостаточной, эта нация не общалась и не вела торговлю ни с кем из соседей, а потому о ней нет ни единого упоминания в документах тех времён.

«Надёжно укрытые от чьего-либо вмешательства непроходимыми таёжными массивами, исомы ни с кем не воевали, а потому все свои силы и весь свой талант тратили на строительство тёплых уютных домов и на создание небывалых для того времени механических приспособлений, позволявших не просто выживать в суровых условиях, но жить в гармонии с окружающим миром».

Маша усмехнулась, отщёлкав на клавиатуре последнюю фразу. Ещё одна сказочка о золотом веке и волшебной стране. Если бы так не хотелось спать, она бы напичкала колючей тонкой иронией эту бредятину, да так, что и Оля не подкопалась бы. А сейчас приходится переводить и писать машинально, без души – быстрее, и так уже опоздала.

Благо у Маши получается выполнять эту работу в полусне. Руку набила. Когда она три года назад, будучи ещё студенткой инфака, пришла в агентство, Ольга встретила её довольно прохладно. Дала ей на пробу два документальных фильма: о заповедниках в Южной Африке и об американских вертолётах Вьетнамской войны. И сказала:

– Всё это можно перевести с английского на русский, даже не зная английского языка, со словарём. Но без знания русского у нас делать нечего.

Получив спокойные и гладкие Машины переводы, Оля слегка смягчилась. И, как бы извиняясь, пояснила, что больше всего её раздражают самоуверенные новички, несущие вместо литературных переводов шокирующие дословные подстрочники.

Машу приняли, она вошла во вкус и стала чуть ли не ценным работником. Хотя строгая, язвительная Ольга никому спуску не давала. У неё не было любимчиков. Машу она до сих пор поддразнивала за ошибку в фильме о Хрущёве: кубанский кризис – это кризис на Кубани, а на Кубе был кризис Кубинский.

Нет, нельзя же так вырубаться. Она сбегала на кухню, плеснула в чашку ещё кофе. Наверное, можно было бы подождать и до утра – кому так срочно потребовался этот бред? Но она обещала Оле. И чувство долга потащило Машу дальше сквозь сон и английские круглые фразы.

«Религию исомов, – продолжал автор статьи, – скорее всего можно именовать языческой. Потому что наряду с верховным божеством Реем таёжные жители поклонялись некоторым животным. Олень, рыба и птица были главными покровителями этого народа, хотя сейчас трудно установить, какие обряды и жертвоприношения существовали у них тогда.

Известно лишь то, что, просуществовав до четырнадцатого века, исомская культура так и осталась замкнутой и незнакомой для окружающих народов. А потом – на рубеже тринадцатого и четырнадцатого столетий – бесследно исчезла, так же необъяснимо, как и появилась».

И на закуску. Автор статьи приводил мнение своего какого-то горе-коллеги о том, что эта загадочная цивилизация, возможно, была инопланетного происхождения.

Маша хихикнула, потянулась и подумала даже, не разбудить ли Тимура, дабы процитировать ему эту великолепную чепуху. Но дело сделано – срочно, срочно отослать статью Ольге!

На белую ночь уже мощно наступало серое утро.

Ещё поднимаясь по лестнице, Маша услышала, как раздражена редакторша. Звонко и сочно она кого-то отчитывала: