Тринадцать подвигов Шишкина - Олег Петров

– Куда, хозяин, аппарат-то ставить будем?

– Ну я не знаю… Хорошо бы в ту комнату протянуть, – сказал Александр, показывая на «большую залу».

– Без проблем!

Андрей подхватил сумку и протопал в «залу», волоча за собой провод.

– Я тебе тут провода с запасом оставлю. А уж за аппарат не обессудь. Каков уж есть. – Он извлёк из сумки нечто чёрное и громоздкое. – Ежель чего посовременнее захочется, уж сам при оказии в городе закупи. Но этот – штука надёжная, ранешне у самого председателя стоял. Такие вещи нас с тобой переживут! – После знакомства в ДК Андрей «выканьем» не заморачивался.

– Это с соседями спарка? Через блокиратор? – продемонстрировал свои технические познания Александр.

– Где-то так, примерно, – кивнул киномеханик-связист, уважительно глянув на учителя. – Как такового блокиратора, вообще-то, нет. Загнал последовательно в схемы обоим аппаратам по диоду – делов-то. Открывают путь току в один и запирают другой. Но соседке не позвонишь! – хохотнул, орудуя кусачками и отвёрткой. – Хотя если клеммы перекинуть, то можно к соседскому аппарату и параллельно подключиться, а так – нет. Ежель с одного набирать-разговаривать, то второму придётся подождать. – Андрей снял трубку, послушал. – Ага, готово.

Поднялся с колена, оставив телефон на полу посредине комнаты.

– Тут уж сам безделицу закончишь. Пусти провод по плинтусу – делов-то. Ну, покедова. Я щас до узла связи добегу, оттуда брякну, номер скажу. Кстати, там у них и справочник есть, по лету напечатали. Зайди – возьми. Ну, владей. Уж извиняй, намусорил тут слегка…

Андрей убежал.

Шишкин прошёл в «залу», взял, оказавшийся довольно увесистым, эбонитовый аппарат в руки, поднёс к уху отполированную прежними его владельцами трубку. Отчетливый гудок обрадовал вдвойне. «Интересно, а как тут оплачивать межгород? На переговорном – понятно, а тут? Как в городе, телефонную книжку выписывают для ежемесячной абонентской платы или надо за каждый разговор ходить платить? Куда, кому?»

Шишкин опустил телефон на письменный стол, со вздохом оглядел белесые следы на полу, прошёл в «малую залу». Телефон – это хорошо, но подметанием мусора и подтиранием пола не обойтись. Стенку надо замазывать, забеливать. Ладно, сходим на поклон к Терентьичу… Что-то же должно у него быть – цемент там, алебастр, известь. «Не штукатуры мы, не плотники, а на все руки мы работники!» – пробормоталось переиначенное.

За окном раздался мощный и властный автомобильный клаксон. Александр вернулся в «залу» и увидел за штакетником палисадника «персоналку» Шишкина-старшего. Из авто выбиралась маман.

«Ну, японский городовой! Как быстро до города доходят сельские вести!.. – досадливо хмыкнул Александр. – Директриса небось своего Потапыча напрягла. Сейчас начнутся стоны-причитания!..»

– Здравствуй, сын! – на пороге появилась улыбающаяся Альбина Феоктистовна, без панической маски на ухоженном лице.

– Приветствуем тружеников сельского педагогического фронта! – оглушил Александра бодрый рык Шишкина-старшего.

«Никак ни о чём не ведают? – удивился Александр. – Чудеса-а…»

Предки, судя по поведению, и впрямь ни о чём травмослучившемся не ведали.

Верный «Болодя» заволок следом за ними внушительную коробку, которую, после целовального церемониала, принялась деловито перегружать в «Саратов» и разгружать на кухонный стол маман Шишкина.

При виде содержимого коробки сердце «труженика сельского педфронта» наполнялось умильным трезвоном: вот они, заветные треугольные югославские банки; и сырокопчёной колбаской на кухне пахнуло; и половиной лунного светила обрадовал глаз сыр; и ещё всякие разные консервные жестянки-склянки дефицитной вкуснятины Джомолунгмой выросли на пёстренькой клеёнке. Лепота!

– Ну, рассказывай, как ты тут? – спросил отец.

– Господи, Саша! А что тут у тебя за погром? – воскликнула маман, озираясь. Она тут же приступила к тотальному осмотру квартиры.

«Чего ищет-то?» – водил следом взглядом Шишкин-младший. Это даже коробило.

– Да всё нормально, вот только что телефон поставили, ещё и убраться не успел, – ответил Александр и мысленно похвалил себя за дальновидно напяленные с утра носки. Можно представить, что бы началось, узрей маман бинт на ноге. А так и последний намёк на вынужденное прихрамывание пропал.

– Так… Я тут подсобрала кое-что. – С охапкой постельного белья и рубашек на кухне появилась маман. – Носки сам постираешь. В воскресенье привезём… А телефон – это прекрасно!

– Да я собирался в субботу сам приехать, – тут же прикинул Александр.

– Да? – обрадовалась Альбина Феоктистовна. – Вот хорошо! Я что-нибудь вкусненькое приготовлю.

– А вас-то как в будний день на поездку подвигло?

– У меня в вашем райцентре заделье было, – ответила маман.

– А я пока сам себе хозяин, – прогудел Шишкин-старший.

– Куда там! – тут же поддела мужа Альбина Феоктистовна. – Начальника дороги в столицу вызвали. Кот из дому – мыши в пляс!

Сергей Петрович недовольно засопел.

На улице протяжным стоном тормозов обозначился «уазик».

Через окно было видно, как из-за руля грузно выполз председатель колхоза и, распрямляя могучие плечи, шагнул к калитке.

– Ну это, батя, явно по твою душу. Прошлый раз вы так и не повидались, – сказал Шишкин-младший, предчувствуя недоброе.

Предчувствие не обмануло.

Дверной проём заполнила широкая фигура Потапа Потаповича Непомнящих. Широко улыбаясь, он шуточно-церемонно кивнул маман Шишкиной, шагнул к Шишкину-старшему, они с хрустом обменялись могучим рукопожатием.

– Приветствую, приветствую! Чего так всполошились-то? Чай, не мальчонка, мужик взрослый. Делов-то – ножку ушиб. До свадьбы заживёт!..

«Чёрт бы вас всех побрал с вашим прогнозом! – уже со злостью подумалось Александру. – Ну надо же, за секунду сдал с потрохами!..»

– Что-что-что?! – вскричала Альбина Феоктистовна и кинулась к сыну. Тот буквально отпрыгнул от матери.

– Эх-ма-а… – досадливо почесал затылок председатель и одобрительно глянул на Шишкина-младшего, мол, молоток, не нытик.

– Сашенька! Сынок! Что случилось? Говори! Не рви мне сердце! – уже чуть не голосила маман, пытаясь общупать сына. – Покажи ногу! Немедленно!!

– Да ничего со мной не случилось! – сгорая от стыда, уворачивался Шишкин-младший. – Ты же сама видишь! Не в гипсе, не на костылях! Ну ушиб слегка копытце. Всё уже прошло!

– Покажи ногу! – не отступала маман. – Господи! Вот так и отправь…

– Да отстань ты от меня! – заорал Александр. – Чего истерить-то на пустом месте!

– А давайте-ка, гости дорогие, к нам! – перекрыл шум-гам рокот председательского голоса. – Как раз время обеденное! Пойдёмте, пойдёмте! Не-хо-ро-шо-о!!! В кои веки тут появились, да к нам не зайти! Валентина моя обидится, со свету ж меня сживёт! Пошли-пошли! Степан Петрович! Альбина Феоктистовна! – заскороговорил Потапыч-первый, спасая положение. – Александр! Хоть ты на них воздействуй! Давай-давай! За мной шаго-ом марш! – И он шагнул в двери.