Куриный бульон для души. Мы сильнее наших страхов. 101 история о людях, которые рискнули ради мечты - Эми Ньюмарк

– Вы изменили мою жизнь, – сказал вошедший мужчина. Я узнала его по голосу, даже не поднимая глаз.

– Рада стараться, – усмехнулась я, подумав, что он, скорее всего, имеет в виду вторую ванную, которую смог себе позволить благодаря одобренному мной кредиту на улучшение жилищных условий.

Он кивнул.

– Вторая ванная – это прекрасно, но я имел в виду вашу статью в воскресном выпуске журнала The Mercury, – ответил мужчина. – Благодаря вам я осознал свою ошибку. В подростковом возрасте я обожал бейсбол и мечтал стать профессиональным игроком. Я ожидал, что сын так же будет любить этот спорт, но ему совершенно не нравится ни тренироваться, ни играть. Зато он обожает танцевать, с ранних лет обожал. Я всегда злился: «Что это за увлечение для парня!» Но прочитав вашу историю, понял, что нужно делать. Сегодня утром мой сын отставил бутсы в сторону. Он пошел на свой первый урок классического балета. И я больше не буду вставать у него на пути. Я позаимствовал ваши слова: «Сын, вперед!»

– Да, меня как мать тяготило чувство вины, и я считала, что обязана поделиться своей историей, – сказала я, тронутая признанием этого человека. – Вашему сыну повезло иметь такого понимающего отца, который готов его поддержать. К счастью, отношение к танцорам балета стало менее предвзятым. В нашем городе есть прекрасное танцевальное училище, ваш сын мог бы попробовать туда поступить.

Мой сын увлекся танцами, когда ему было всего пять лет. Сердце до сих пор вздрагивает при воспоминании о том, насколько он тогда был очарован красотой и грацией танцоров Балета Сан-Франциско, исполняющих классическую рождественскую постановку «Щелкунчик».

Но далеко не все были готовы поддержать новое увлечение моего сына. Родственники и друзья отговаривали его, отпуская по этому поводу колкие замечания. «Пуанты явно не подходят для бейсбольной площадки», «В балете нет настоящих мужиков», «И кем же ты в итоге будешь – балеруном?».

Его одноклассница, жившая по соседству, сказала ему:

– Я хожу на уроки танцев, и там нет ни одного мальчика. Тебя засмеют.

Одетая в трико, она убежала на очередную репетицию, а мой сын помахал ей и сказал мне со слезами на глазах:

– Ей так повезло. Больше всего на свете я хочу танцевать.

Надо признаться, я тогда тоже оказалась не готова к тому, чтобы позволить сыну заняться балетом, и пошла на поводу у своего окружения. Но бросить бейсбол я ему разрешила, записав его вместо этого на плавание, в научный лагерь, на рисование, велоспорт и в летнюю математическую школу. В какой-то момент он сдался и перестал просить записать его на уроки танцев. Однако нередко, заходя к нему в комнату, я обнаруживала, что он смотрит по телевизору не боевик или спортивные игры, а балет и бродвейские постановки.

В девятом классе он принес мне буклет с рекламой подготовительных курсов для поступления в Академию танцев. Конкурс был большой, и у сына почти не было шансов пройти его из-за отсутствия какой-либо подготовки. Последняя надежда – эти полугодовые курсы.

Я поняла, что уже не имею права в очередной раз сказать «нет». Мы записались и оплатили курсы уже на следующий день.

В ближайшие несколько месяцев я удивлялась, насколько энергичным стал мой сын. Раньше он отлынивал от любых занятий, а теперь находил время и силы даже на вокал и фортепиано в промежутках между уроками балета, чечетки и джазового танца. Он занимался на выходных. Каждое утро вставал за два-три часа до начала занятий и репетировал во дворе.

Наверное, он хотел наверстать упущенное время – время, когда я упорствовала и не позволяла ему следовать за мечтой.

Шесть месяцев пролетели как две недели. И мой сын пригласил меня на отчетное выступление. Они с одногруппниками поставили мюзикл «Юг Тихого океана», и мой сын исполнял ведущую роль.

Я сидела в зале и буквально разрывалась от эмоций. Гордости, восхищения и чувства вины за то, что так долго мешала его таланту пробиться. Рядом сидели родители других студентов, и никто из них не считал моего сына недостаточно мужественным, они аплодировали его сольным выходам. Никто из них не знал, что все достижения моего сына на сцене – это результат всего лишь шести месяцев упорного труда.

Тем же летом он поступил в Академию танцев, где стал одним из лучших студентов. Окончив Академию, перебрался в Нью-Йорк и получил предложение поехать вместе с его кумиром – Бобом Фоссом, легендарным танцором, хореографом, режиссером, обладателем нескольких премий Тони^[61] – на гастроли с мюзиклом «Милая Чарити». В течение последующих лет мой сын выступал в театрах мюзикла, летних театрах, участвовал в фильмах-мюзиклах и других постановках, таких как «Эвита», «Клетка для чудаков», «Пиппин», «Кабаре», «Скрипач на крыше».

Прошло уже двадцать лет с тех пор, как я написала ту статью в журнале The Mercury о том, что каждый ребенок заслуживает возможности развивать свои способности, а не реализовывать родительские амбиции. Но я до сих пор помню чувство гордости, которое меня охватило, когда отец несостоявшегося бейсболиста заглянул в мой офис, чтобы поблагодарить меня за то, что я изменила его жизнь и жизнь его сына. Я и сегодня уверена, что отличаться от других – это нормально. Вперед за своей мечтой!