Манхэттен-Бич - Дженнифер Иган

Но официант уже повернулся к ней спиной, – очевидно, уверенный, что она следует за ним. В глубине зала Анна увидела Чарли Восса и даже помахала ему, но он смотрел в другую сторону. Внутри у Анны что-то глухо ухнуло: вот она, неизбежность. Конечно же, мистер Стайлз здесь. Конечно же, она с ним увидится. Она сама сделала этот выбор, когда вошла в лакированную дверь.

Следуя за официантом, она прошла через наполненную шумом и лязгом кухню, поднялась на один пролет по узкой, голой, истертой ногами лестнице и через другую дверь вошла в коридор; вокруг ни звука. Казалось, она попала в совсем другое заведение: на полу мягкий ковер с густым ворсом, на стенах картины, подсвеченные маленькими, прикрепленными к рамам лампочками. Из-за закрытых дверей доносится приглушенный смех.

Ее провожатый постучал в самую последнюю дверь и распахнул ее. Анна перешагнула порог и оказалась в обшитом деревянными панелями кабинете; за явно дорогим письменным столом в непринужденной позе сидел мистер Стайлз.

– Мисс Фини, – громко и чуточку манерно произнес он, поднимаясь из-за стола. – Замечательно, что вы решили нас навестить.

В его словах Анне послышался упрек, словно ее уличили в попытке избежать встречи с ним.

– Я вас искала, – сказала она. – И уже решила, что вас здесь нет.

– Я здесь всегда, – сказал он. – Если меня здесь не будет, все это заведение исчезнет, как дым. Верно, ребята?

Четверо молодых людей с мрачными физиономиями бандитов слонялись по кабинету, точно горгульи. В ответ они пробурчали что-то в знак согласия, видимо, тем самым подтверждая, что их участие в разговоре носит весьма условный характер.

– Если так, то нам, видимо, повезло, что вы остались, – заметила Анна.

Склонность к подтруниванию у нее и тут не угасла. Анна всегда тяготела к шутливой манере разговора и радовалась, если ей отвечали тем же.

Мистер Стайлз очень сосредоточенно наблюдал за ней, эта мина совсем не соответствовала его веселому тону.

– Ну-ка, ребятки, – сказал он, – поздоровайтесь с мисс Фини, на редкость очаровательной девушкой.

Послышалось невнятное “драссте”. Провожатый ушел и закрыл за собой дверь. Анна смотрела на красивого гангстера в отлично сшитом костюме, и ей казалось, что день, который они с Лидией провели на пляже Манхэттен-Бич, бесследно исчезает, как таблетка аспирина, брошенная в стакан воды. Ей очень хотелось улизнуть из кабинета, чтобы день тот не испарился из памяти, но, судя по всему, право вызывать в кабинет и выпускать из него принадлежало исключительно мистеру Стайлзу. От этой мысли Анна вдруг разозлилась.

– Ступайте, ребята, – сказал Стайлз, и они дружно надели шляпы. – Я сам провожу мисс Фини.

Когда дверь за ними закрылась, Стайлз стоя пробежал глазами пару лежавших на столе страниц. Затем обернулся к Анне и совершенно другим тоном сказал:

– Очень рад вас видеть. Как поживает ваша сестра?

Анна застыла, глядя на свои пустые ладони. И, сделав над собой усилие, беспечным тоном ответила:

– Об этом как-нибудь потом, не сегодня. Мне надо вернуться к моему спутнику.

– Пошел он к черту, ваш спутник, – с улыбкой отозвался Стайлз.

– Возможно, он иного мнения на этот счет.

– Не сомневаюсь.

У Анны загудело в голове. Она дико разозлилась на Декстера Стайлза и чувствовала, что он рассердился тоже. Хотя непонятно почему.

– Я отвезу вас домой, – сказал он.

– Спасибо, но я не намерена уезжать сейчас, и подвозить меня не нужно. А кроме того, – насмешливо добавила она, – клуб ведь тогда испарится, как дым.

– Так это же дополнительный стимул, – рассмеялся он.

Она протиснулась мимо него к двери и вышла в устланный ковром коридор. Стайлз и не думал следовать за ней, тем же ровным голосом он произнес:

– Моя машина стоит у входа. Вас будут ждать возле гардероба.

Она сделала вид, что не слышит. Шагая по извилистым коридорам, Анна, к собственному удивлению, поймала себя на том, что подыскивает благовидный предлог, чтобы отделаться от Чарли Восса. И разозлилась еще сильнее. Кем он себя воображает, этот Стайлз?

Поплутав по лестницам и коридорам, похожим на кроличьи норы, она открыла другую дверь – совсем не ту, через которую прошла прежде, – и оказалась в ресторане. За их столиком одиноко сидел бледный Хэммонд и злобно смотрел на танцующих. Анна посмотрела в ту же сторону, на танцпол, и в толпе увидела тесно прижавшихся друг к другу Нелл и Марко.

К своему большому облегчению, она все же отыскала Чарли Восса: он сидел поодаль от их столика в компании мужчин, судя по всему, его приятелей.

– Я тут неожиданно встретила старинного друга моей матери, – сказала Анна. – Ему не нравится, что я тут провожу время, и он намерен отвезти меня домой. Надеюсь, вы не против.

Если Чарли и удивился или почувствовал себя слегка задетым, в его голосе не было и тени обиды:

– Конечно, нет, – сказал он, – раз вы уверяете, что будете в надежных руках.

– Спасибо за чудесный вечер, Чарли. Давайте как-нибудь его повторим.

– Буду считать часы до новой встречи.

В гардеробе стояли очереди, но ее уже поджидал пожилой официант, тот самый, который недавно провел ее в кабинет мистера Стайлза. Он взял у Анны номерки и вскоре вернулся с ее пальто и шляпой. Из клуба они вышли не там, где вошли: до лакированного входа надо было бы пройти несколько дверей. Возле выхода, негромко урча, стоял “кадиллак” мистера Стайлза.

Пока официант открывал перед Анной правую переднюю дверь, к окошку водителя подошел какой-то человек. Мистер Стайлз опустил стекло.

– Привет, Джордж, – сказал он, пожимая протянутую ему в окно руку. Анна тем временем уселась рядом.

– Так рано уезжаешь? – удивился Джордж.

– Хочу отвезти мисс Фини домой. Мисс Фини, это доктор Портер, мой свояк. Мисс Фини работает у меня.

Доктор вглядывался в темное нутро машины, пытаясь рассмотреть Анну. Она заметила веселые глаза над поблескивающими нафабренными усами. Типичный дамский угодник.

– Возьми бутылочку за счет заведения, – предложил ему Стайлз. – Я скоро вернусь. Если же разминемся, завтра увидимся в Саттон-плейс.

Он закрыл окно, “кадиллак” тронулся и покатил из центра; в свете фар холодный воздух казался мглистым.

– Скажите же, что случилось.

Анна стала рассказывать, что произошло после того дня, который они вместе с мистером Стайлзом провели на Манхэттен-Бич. Рассказала впервые и очень подробно. Запах кожаной обивки салона живо напомнил ей теплую тяжесть сестры у нее на руках, биение сердца, доносившееся откуда-то из-под одеял… Утрата заново пронзила Анну, будто Лидию только что вырвали из ее объятий. При всей неподвижности, под нежной кожей Лидии бурлила жизнь, и мучительная тоска по той ушедшей жизни лишала Анну сил.