Однажды в Америке - Гарри Грей

Мужчина подвел нас к кассе. Макси вынул деньги. Он с притворной скромностью сказал:

— Хотим сделать несколько небольших ставок. Так, для развлечения. Стодолларовые фишки на десять тысяч долларов.

Он небрежно отсчитал от пачки десять штук и бросил их на стойку.

Кассир был крутой парень. Он сохранил невозмутимый вид. Только слегка приподнял одну бровь. С непроницаемым выражением лица он выдал нам столбик фишек. Мы рассовали их по карманам.

Мы вошли в большой зал, занимавший почти все здание. Патси сказал: «Класс». Это относилось одновременно и к людям, и к интерьеру. Мы помедлили у входа, чтобы бегло оценить обстановку.

Я сказал:

— Примерно четыре с половиной сотни человек.

Патси добавил:

— Я бы сказал — четыре с половиной сотни простофиль.

Все мужчины и женщины без исключения были в вечерних костюмах. Макси оглядел толпу.

— Человек двадцать пять из них — подсадные утки, сказал он.

Я добавил:

— А остальные — чистой воды лохи.

— Большинство увешаны побрякушками, — констатировал Косой.

— Я бы с удовольствием расколол эту контору бесплатно, — буркнул Макси, когда мы все вместе углубились в зал.

Вдоль стен стояло около десятка карточных столов. В центре ближе к выходу находилась рулетка, а чуть подальше — новый красивый стол для игры в кости. Бар занимал самый дальний угол зала.

Мы смешались с толпой, стоявшей у рулетки. Патси встал рядом с крупье. Косой занял позицию позади человека, которого наши опытные глаза определили как подсадную утку. Я разместился напротив Патси. Народу было много, и игра шла вовсю.

Макси поставил по две фишки на три четных номера. Все ставки были сделаны. Колесо рулетки закрутилось. Макси проиграл. Он поставил по три фишки на нечетные номера. Я не понимал, что делает Макс, но, судя по его сосредоточенному виду, он устраивал рулетке что-то вроде проверки.

Все ставки были сделаны. Колесо снова завертелось. Я взглянул на Патси. Он внимательно следил за крупье. Всем своим видом он показывал, что очень увлечен игрой. Как бы нечаянно Патси оттолкнул крупье в сторону и мгновенно провел рукой под столом, нащупывая кнопки или переключатели. Он с улыбкой извинился за свою неловкость, вызванную чрезмерным возбуждением.

Я не заметил, на что поставил Макс в следующей игре. Я следил за Патси, который передвинулся к «подсадке», стоявшему рядом с Косым. Здесь он проделал то же самое, что и с крупье. Патси сделал вид, что возбужден игрой, оттер «подсадку» в сторону и пошарил рукой под крышкой стола.

В следующей игре Макси уже не делал ставок. Вместо этого он уронил все свои фишки на пол, притворившись, что это произошло нечаянно. Со смущенным видом, улыбаясь и рассыпаясь в извинениях, Макс залез под стол и стал собирать фишки. На самом деле он хотел поверить, нет ли каких-нибудь скрытых приспособлений под ковром. Я заметил, что он был разочарован. Он ничего не нашел. Макси продолжал играть, пробуя разные варианты и комбинации, но без особою успеха. Он стабильно продолжал проигрывать.

Я наблюдал за людьми, которые, наоборот, без конца выигрывали. Они были явными «подсадками». Но я не мог понять, как все это делается.

Макси оставил стол и отправился в уборную. Чтобы, избежать подозрений, мы присоединились к нему по одному.

Макси сказал:

— Рулетка с секретом, это ясно. Но будь я проклят, если понимаю, в чем тут дело. Вы что-нибудь заметили?

Патси ответил:

— Крупье колесом не управляет, я уверен.

— Да, — согласился я, — похоже, это делает кто-то другой.

Косой сказал:

— Я абсолютно ничего не видел.

— Но как кто-то другой может управлять колесом? — спросил Макси. — Может быть, через какое-то дистанционное управление? — Он прибавил: — Из-за этих ублюдков я уже проиграл больше трех штук. Попробуем сыграть в кости.

По дороге мы заглянули в бар и выпили по рюмочке.

Стол для игры в кости выглядел как положено: зеленое сукно и доска, на которую бросали кубики. Мы встали вокруг стола и начали смотреть. Фишек в этой игре не было. На кон ставились живые деньги. Когда очередь бросать дошла до Макса, он поставил пятьсот баксов.

В первом круге расстановка сил была ясна. Очевидно, что для затравки Максу дадут выиграть первую ставку; об этом говорило и то, что никто из «подсадок» не поставил свои деньги.

И верно, он выбросил одиннадцать. Макс удвоил ставку. Он положил штуку. В игру тут же вступили «подсадки». Мы знали, что теперь Макси проиграет. Его деньги уже лежали у них в кармане. У него не было никаких шансов. Помощник крупье передал кубики Макси. На этот раз они были поддельные. Макс потряс кубики в руке. Потом он их бросил. Крупье назвал выпавшую цифру. Это была четверка.

Ход перешел к «подсадкам» и другим игрокам. Они увеличили свои ставки. Помощник снова передал кости Макси. Перетряхивая кубики, он улыбнулся мне и прошептал: «Девять на семь», имея в виду, что в девяти случаях из десяти выпадет семерка. Он бросил фальшивые кости на доску. Выпала семерка.

Теперь была очередь бросать «подсадке». Он сильно повысил ставку. У него выпало двенадцать, и он выиграл четыре штуки. Это снова подогрело интерес посетителей к игре. Было ясно, что крупье, его помощник и «подсадки» работают одной слаженной командой. Боссом в ней являлся крупье. Он подавал знак помощнику, какой набор костей подавать игрокам. «Подсадки» следили за этими знаками. Вот и все.

Отходя от игорного стола, Косой заметил:

— Ну и козлы!

Патси сказал:

— Да. Они не понимают, что выигрывающий игрок работает на заведение и потом с лихвой возвратит им эти деньги.

Мы прошлись по залу вдоль карточных столов, всюду присматриваясь к игре. Жульничество было практически за каждым столом. Игры попадались самые разные, но везде работали схожие команды, состоявшие из банкомета или раздающего карты и одного или нескольких подсадных уток.

Мы заметили, что за одним из столов в игре использовались крапленые карты. Но в следующих играх трюки стали меняться. Так, в одной игре мы три раза смотрели, как сдавали карты, прежде чем догадались, в чем дело. Фокус был в маленьком зеркальце, ловко вставленном в перстень банкомета. С его помощью он видел каждую карту, которую сдавал игроку.

В следующей игре использовалась колода с напылением. Мы поняли это по тому, как раздающий быстро ощупывал карты перед тем, как бросить их на стол.

Мы долго бродили по залу с безразличным видом, останавливаясь у столов и идя дальше. Один раз мы приняли участие в игре. Здесь, за столом, работали с краплеными тузами. Они были так сильно навощены, что просто удивительно, как этого никто не заметил. Банкомет, словно профессиональный фокусник, легко вытаскивал тузы из колоды, клал их под низ, сдавал «подсадке» или самому себе, короче говоря, так, как это было выгодно ему и заведению. Он был настоящий мастак в своем деле.