Только слушай - Елена Филон

– Калеб…

– Как я могу тебя отпустить?

– Калеб, я не твоя девушка!

Туман в глазах стал ещё беспросветней.

– Да мы с тобой едва знакомы! И ты… ты знаешь, что это просто невозможно, – тихо добавила я. – Уеду я сейчас, или через два месяца… так или иначе это случится, – грустно усмехнулась, помотав головой. – Ты ведь знаешь это. Даже если выиграю в шоу, я не подпишу контракт. Ты улетишь в Азию, у вас тур на носу. И что потом? Как ты видишь наши встречи?.. – вновь помотала головой и понуро опустила взгляд. – Твой директор… он ведь ясно дал понять, что будет, если и ты окажется замешанным в этом скандале. Подумай о FB. Об остальных парнях. Как на них это скажется?

– Тейт…

Подняла голову, не дав ему договорить:

– Я знаю, что ты сейчас скажешь, Калеб. Что для тебя это всё неважно, но хоть на миг перестань быть эгоистом и подумай о Джареде, о Партрике, о Ин Хо! Ты не имеешь права подставлять и их под удар. Из-за того что ты хочешь видеться со мной, пострадают другие люди… Много других людей. И теперь я прекрасно понимаю, зачем в ваших контрактах пункт на запрет отношений. Взгляни вниз и посмотри, что творится от простого поцелуя, в котором был замешан лидер твоей группы. Я не хочу, чтобы то же самое происходило с тобой. Ты не заслуживаешь такой нервотрёпки!

Калеб молчал. Грудь высоко вздымалась, словно оттуда рвался громкий крик и он с трудом его сдерживал. Но лицо было по-прежнему спокойным. Калеб вёл себя достойно.

– Значит… я должен тебя отпустить, – ровно произнёс он, не разрывая контакт глазами.

– Если в состоянии понять меня, то должен, – сглотнула горький ком в горле. – Я… не знаю, что это было. Ты и я… это… кажется, что открою глаза, а это лишь сон, – горько усмехнулась, взглянув мокрыми глазами на город. – Миллионы девушек мечтают о тебе, а тут я, такая… не знаю – обычная. Я просто… просто не знаю, что со мной будет, если я останусь. Я запуталась. Ничего не понимаю. С самого начала вся эта поездка была дерьмовой затеей! – наконец смогла посмотреть Калебу в лицо; он всё ещё согревал мои ладони в своих. – Даже не знаю, что ещё тебе сказать… Я просто хочу вернуться домой, продолжить…

…гнить в супермаркете.

– …продолжить жить дальше, словно… словно и не было ничего.

С надеждой на понимание заглянула Калебу в глаза. На нём и вовсе лица не было.

Воздух между нашими телами весил с тонну – вдохнуть было больно.

– Я знал, что ты уйдёшь, – тихо произнёс Калеб и печально улыбнулся. – Просто не думал, что это случится так скоро.

– А я не думала, что говорить с тобой будет так трудно, – усмехнулась сквозь слёзы.

Калеб провёл подушечками пальцев по моим щекам, притянул к себе, нежно и коротко поцеловал в губы, коснулся лбом моего лба и так и замер, глядя в глаза.

– Значит в Нью-Йорк?

– Да, там моя жизнь, – пожала плечами, позволив и себе на прощание обнять его за талию.

– Не знаю, как скоро мы там будем… Ты ведь не придёшь на концерт?

– Не приду.

– Можно было и не спрашивать, – Калеб беззвучно усмехнулся. – И как ты… как собираешься пройти…

– Чёрный ход, – перебила я. – Я знаю, где он. Возьму такси до аэропорта.

Калеб замолчал, понимая, что счёт пошёл на минуты. У меня не было времени – неизвестно, насколько долго Николь удастся сдерживать охранника.

– Я поговорю с директором Соком, – произнёс Калеб.

Мой взгляд резко помрачнел.

Калеб провёл тыльной стороной ладони по моей щеке и улыбнулся:

– По поводу акта. Я смогу убедить его разорвать документ.

– Страшно представить, как будут звучать угрозы. Ты ведь не станешь говорить ему про нас…

– Нет.

– Даже не думай. Лучше я выплачу штраф, чем возьму на себя ответственность за смерть директора Сока.

На этот раз Калеб не усмехнулся, наклонился к моим губам и поцеловал ещё раз. Намного дольше и не так, как раньше. Этот поцелуй был настоящим, таким, какого я ждала. Не страстным и огненным, но сильным и глубоким. Наш последний поцелуй. В нём не осталось ничего детского… Язык Калеба сразу стремительно проник ко мне в рот и вступил в приятную игру с моим. По телу разносилось тепло и блаженное удовольствие, и только горький осадок на сердце, напоминал о том, что больше это не повторится. Сам того не заметив, Калеб сбросил с моей головы шапочку и теперь его пальцы путались в моих волосах, прижимая к себе всё сильней, отчего поцелуй становился всё глубже, всё ярче, всё ощутимей. Его язык ласкал мои губы и вновь встречался с моим языком, отчего моё сердце начинало биться с ещё более устрашающей силой. И я бы ни за что не стала останавливаться первой, если бы только тело в один проклятый миг не воспламенилось, вспомнив губы Шейна на моих губах. Вспомнив страсть, бьющую во мне извергающимся вулканом. Вспомнив об ожогах, что оставляли его руки на моей коже…

И я отстранилась, с трудом переводя дыхание и поспешив уткнуть виноватый взгляд себе под ноги. Неловко подхватила с крыши шапочку и непослушными пальцами водрузила на голову.

– Надо прощаться, Калеб, – сказала сдавленным голосом и тяжело дыша.

– Прощаться? – внезапно и широко улыбнулся Калеб, нежно приподняв мой подбородок подушечками пальцев. – Как я могу прощаться?.. Я только нашёл тебя, Тейт. И найду ещё раз.

Это были последние слова Калеба, после чего я развернулась и, выйдя из слепой зоны, быстро зашагала к выходу с крыши.

Сердце больно сжималось в груди, но в глазах не осталось ни слезинки.

Слёзы высохли.