Хейтеры - Джесси Эндрюс

Когда мы приехали в «Лаймовое дерево», не было еще девяти. Там никого не оказалось, и мы припарковались в тенистой части парковки для сотрудников, опустили окна наполовину и уснули в машине. Разбудил нас сам Онни.

Было около двенадцати. Онни оказался невысоким дядькой средних лет в обтягивающей черной футболке с надписью «Вперед, коротышка!». Его черные глаза были окружены морщинами, а движениями он чем-то смахивал на балетного танцора, а чем-то на голубя.

– О боже, – выпалила Эш, – ОННИ! – Выскочив из машины, она обняла его. Мы с Кори, спотыкаясь, вышли, прищурились от солнца, заморгали и попытались с почтением отнестись к этому сверхважному моменту встречи учителя и ученицы.

– Как же я рад тебя видеть, – сказал Онни, сжав ее плечи. У него был звучный голос, и он отчетливо выговаривал слова.

Эш скромно потупилась.

– Ты проделала долгий путь, следуя за своей мечтой, и это очень меня радует.

– Ты бы сначала послушал, как я играю, а потом говорил.

– Ты всегда была моей любимой ученицей и даже не представляешь, как я тобой горжусь.

– Что ж, надеюсь, сегодня вечером мы не опозоримся.

– Не опозоритесь, – проговорил Онни. – Ни за что, – он посмотрел на нас.

– Отличная у вас команда, – сказал он. – Черт. На вас, ребята, приятно смотреть.

– А вы правда играли в Slayer? – спросил Кори.

– Ага, – ответил Онни. – Совсем недолго. Так, подменял Тома по его просьбе.

– Ох, блин, – сказал Кори, – это, наверное, было…

Мы ждали, пока он подберет подходящий эпитет.

Онни очень медленно моргнул – никогда не видел, чтобы кто-то моргал так медленно – а потом улыбнулся.

– Окажите мне услугу, – сказал он. – Запомните этот момент. Момент, когда вы еще не достигли успеха и не потерпели неудачу. Когда еще слишком молоды, чтобы выиграть или проиграть. Пока не успели узнать, что такое победа или поражение. Постарайтесь просто быть здесь и сейчас и запомнить этот момент. Договорились?

Он отвез нас на другой конец города в просторный дом с узким фасадом, на котором еще остались следы наводнения, и выдал нам халаты и полотенца. Мы побросали наши шмотки в стиральную машину и приняли душ. Это было невероятно круто. Я словно сбросил кожу, как змея.

Онни приготовил нам самые простые бутерброды на каком-то супервкусном хлебе и сказал, что мы можем порепетировать в подвале, если нужно, или сходить в город. Главное – не забыть запереть дверь. Пригласил нас в ресторан к шести на ужин, а потом мы могли бы выступить. Мы кивнули и попрощались, и он ушел. А мы остались сидеть с чистой кожей и вымытыми волосами в жестких клетчатых халатах. Ели бутерброды, и у всех возникло ощущение, что наше турне подошло к концу.

Примерно час мы репетировали каверы. Мы спели Gone for Good (The Shins), Vision of Love (Мэрайя) и Funky Stuff (Kool & The Gang). Где-то сократили, где-то сыграли потяжелее, где-то упростили, замедлили или ускорили, и в конце концов каждая из этих песен стала звучать, как наша собственная. Как песня «Хейтеров».