Только играй - Елена Филон

Решила позвонить ему и хотя бы порадоваться, услышав его голос. Я тоскую по Мики, безусловно, но каждый раз, когда задумываюсь об этом, приходится убеждать себя в том, что соскучилась я гораздо больше, чем на самом деле.

И, как назло, он не ответил ни на один из трёх вызовов. Зато Эстер ответила почти сразу и после моего детального рассказа о том, как прошёл сегодняшний день, долго молчала, переваривая информацию о том, с каким звёздным представителем у меня состоялась встреча. Ну а после того, как Эс пришла в чувства и в тысячный раз уточнила, не шучу ли я, наконец пришло время поговорить о завтрашнем дне. Я сообщила ей о том, что Эстер придётся притвориться мной.

Думаете, Эстер была в шоке? О, нет. В шоке – слишком мягко сказано. Не помню, когда в последний раз её эмоции фонтанировали с таким напором! Сперва она решила, что это розыгрыш, затем заключила, что я спятила, но в итоге остановилась на том, что верит мне, но сегодня же подыщет для меня хорошего психиатра.

– Я не могу быть тобой! Совсем с катушек съехала?! – верещала она непривычно звонким голосом, при этом тяжело вздыхая. Стук её каблуков не смолкал, что значит – всё не очень хорошо.

– Это всего на один вечер! – шипела в трубку я, устроившись на одном из лежаков у пустого бассейна. – И если скажешь, что совсем не рада такому предложению, знай, я тебе не поверю!

– Я рада! – в тысячный раз вздохнула Эстер. – Просто… чёрт. Поверить не могу, что ты это устроила! Нет! Поверить не могу, что Калебу вообще есть дело до какой-то там девчонки в синем парике, которую он и видел-то всего несколько минут! И что теперь? Выяснил её имя, считает, что я это она, а ты её брат?! Боже, Лекса, как ты всё это допустила?!

Пришло время для моего вздоха:

– Не знаю… Всё это… не знаю. Чем дальше, тем хуже.

– Ты сама себя зарываешь! Глубже и глубже! Как выпутываться вообще собираешься? Или думаешь, что всё, как обычно, сойдёт тебе с рук?

– Ничего я не думаю! – зашипела я громче и абсолютно рефлекторно перевела взгляд на пустую террасу третьего этажа. – Просто… просто мне кажется, ему это пойдёт на пользу.

– Что? Ты о чём?

Я считаю, что встреча с Эстер может пойти Калебу на пользу, если слова Джареда о том, что Тейт до сих пор жива в его памяти, – правда. Сегодня я своими глазами видела его лицо во время встречи с Шейном. И знаете что? Я никак не могу выбросить это из головы.

А Эстер красивая, неглупая, немного странная, но в этом-то и прелесть! А ещё она любит Калеба… Возможно, речь идёт и не о настоящей любви, такое вряд ли возможно, но я точно знаю, что Эс восхищается его талантом, пускает слюни по его внешности и точно не станет вести себя по-свински. Так что не вижу ничего преступного в том, что эти двое проведут романтический вечер вместе.

– Ты знаешь меня как никто другой! – поколебавшись с минуту, я решила стоять на своём. – Можешь рассказать о Хизер… хотя нет, она сохнет по Шейну. Лучше не поднимай тему Шейна и Тейт. В общем! Эс, тебе всего-то и нужно быть собой, но назваться моим именем и не упоминать о том, что у тебя есть брат Мики, а то ты запутаешь всё ещё больше. Расскажешь про «Пончиков», про наши песни, ты ведь все их знаешь! Про то, как мы с тобой, то есть я и Мики, якобы расстались, но собираемся помириться…

– Вы расстались?!

Переложила телефон в другую руку и раздражённо фыркнула:

– Да нет же! Это всё не по-настоящему! Так вышло.

– Да ты с головой не дружишь…

– Эс… – Мой голос звучал устало и умоляюще, – скоро это всё закончится, и наши жизни станут прежними. Прошу, не заставляй меня говорить тебе то же, что и Мики. Я знаю, что завралась. И знаю, что я одна за это в ответе. Но ваше завтрашнее свидание будет вполне настоящим. Тем более что у тебя завтра праздник. Как говорится, мечты сбываются!

– Стоп, сваха! – Голос Эс зазвучал напряжённо. – Когда это ты успела поменять своё мнение о нём? Разве мы не о том парне говорим, которого ты ещё вчера задницей называла?

Я нахмурилась и вновь взглянула на террасу. Калеб был на ней: прильнул спиной к ограждению и говорил по телефону. Реакция моего тела на его присутствие напугала до чёртиков. Внутри словно что-то замурлыкало, а по спине подобно маленьким искоркам пронёсся жар.

Чесотка от бандажа начинается. Однозначно.

– Ле-е-екс… – подозрительно протянула Эстер в трубке. – Ничего мне сказать не хочешь?

Я потрясла головой и уткнулась взглядом в голубую рябь бассейна.

– Где Мики? – поинтересовалась я строго. – Почему не отвечает на мои звонки?

– Ещё на работе. Занят, наверное. Кстати, Смурф возвращается через несколько дней, что-то у него пошло не так в этой Австралии. Если, конечно, он действительно там был. А Дылде через неделю снимут гипс.

– Мои ему поздравления.

Эстер недолго помолчала, а затем заговорила и вовсе с неприкрытым подозрением:

– Что с голосом? Лекса, я тебя слишком хорошо знаю! Так что быстро выкладывай, что там у тебя происходит!

Я провела рукой по лицу и измученно вздохнула:

– Всё в порядке. Думаю, просто голову напекло. – Вновь посмотрела на террасу, и в этот раз голова Калеба была повёрнута в мою сторону, отчего я невольно вздрогнула, подпрыгнув на месте. Оттолкнулась ногами и перекинула их на другую сторону лежака, оказавшись к Калебу спиной. И вновь это чувство, словно маленький торнадо пробуждается внутри и вынуждает внутренности вибрировать, а сердце стучать так громко и так часто, что даже зов Эстер с трудом расслышала.

Через минут десять долгого и мучительного разговора дело было сделано. И я лишь сделала вид, что глубоко потрясена её решением – пойти на свидание. Ну что я, Эстер не знаю? Она ни за какие коврижки такую возможность не упустит! Свидание с самим Калебом!

Понаблюдав за огненным закатом и безнадёжно пытаясь выгнать из головы образ парня, которого в ней быть не должно, с чувством презрения к самой себе и дикой стыдобы перед Мики, я вернулась в нашу с Винсом комнату и подарила себя сну, наивно веря, что сегодня мне не приснятся чёрные языки пламени и голос Калеба, зовущего меня по имени, не будет звучать, как самый желанный голос на свете.

Следующий день непривычно начался не с разноса кофе, а со стандартной зарядки, на которой Декстер Филч случайным образом поставил мне подножку и я абсолютно случайно взрыхлила лицом гравийную дорожку.

Меня не любят, что уж с этим поделать. Обычно так и бывает: благородное стадо и одна паршивая овца в нём. Или две: Винса тоже не особо жалуют.

В душ сегодня попасть не получилось. Так что перевязывать порез на ноге пришлось, заперевшись в туалетной кабинке. К слову, рана выглядит лучше. Ещё слегка кровоточит, но воспаление прошло. Вот только шрам наверняка останется – дополнение в мою коллекцию, но это уже издержки.

Половину дня провела в репетиционной студии. Наигрывала известные мне мотивчики один за другим, полностью погружённая в неправильные мысли.