Дела семейные - Рохинтон Мистри

Ему и собственное имя хотелось бы переменить. Джехангир, Джехангла, Джехангу. Можно сократить до Джехана. А это уже похоже на Джона. Джон Ченой. Ему нравилось звучание этого имени, оно на шаг приближало его к чудесному миру тех книг.

— Начнем на маленькой перемене, — сказал Милинд, капитан Некатоликов. — Раджеша я ставлю запасным, а тебя включаю в команду.

— Я не очень хорошо себя чувствую…

— Ладно тебе, ты никогда с нами не играешь!

Второй звонок. Джехангир заторопился и пообещал прийти, если ему станет получше к перемене. В отличие от брата, он не увлекался спортом. Следил за крикетом, слушал комментаторов, но на том все.

Третий звонок возвестил начало школьного дня. Под затихающий звон в класс впорхнула мисс Хелен Альварес. Шестьдесят одна пара обуви шаркнула по полу, скрипнули парты, застонали скамейки — класс поднялся на ноги!

— Доброе утро!

— Доброе утро, мальчики. Садитесь.

Снова шаркание и стук парт. Класс почти поголовно влюблен в учительницу, потому что Хелен Альварес прехорошенькая и всегда благоухает духами. Миниатюрная гоанка, чуть старше двадцати, высокие скулы, вздернутый носик. Хорошо одевается, носит туфли на высоких каблучках, следит за модой. В этом году юбки сильно укоротились, и мальчишеские сердца бились все сильней. Особенно когда учительница, поднявшись на две ступеньки к своему стулу, усаживалась, скрестив неправдоподобно гладкие ноги. Она сидит на стуле с прямой спинкой и плетеным сиденьем. Немного посидев, мисс Альварес встает, и на ее узкой юбке остается отпечаток плетения стула. Ученикам чудилось, будто приоткрывается некий интимный секрет, и им хотелось знать, отпечатался ли геометрический рисунок и на ее прелестной попке.

Джехангир исподтишка любовался красотой мисс Альварес. Он боготворил учительницу и сердился, когда одноклассникам приходило в голову сравнивать ее с актрисой из старых фильмов на хинди, которую тоже звали Хелен. Ту Хелен мальчишки знали в деталях, потому что их ностальгирующие по шестидесятым родители смотрели на видео фильмы, где она появлялась в весьма откровенных туалетах. Киношная Хелен всегда играла женщину-вамп, она танцевала сексуальные танцы в кабаре, соблазняя героя, стараясь увести его от той девушки, которую он любит всерьез. Герой, хоть и давал порой слабину, к концу картины обязательно бросал Хелен и благополучно возвращался в объятия девственной героини.

Но для Джехангира девственной героиней была как раз учительница Хелен. Он злился, когда мальчишки развязно обсуждали прелести мисс Альварес, злился, но помалкивал, чтоб не задразнили. Ему и без того хватало трудностей — мисс Альварес назначила его одним из трех контролеров домашних заданий.

Это был любимый проект мисс Альварес, придуманная ею система проверки выполнения домашних заданий представителями учеников. Смысл проекта, как она объясняла, заключался в том, чтобы привить школьникам такие качества, как доверие, честность, непредвзятость суждений. Она объясняла, что класс представляет собой модель общества и нации в миниатюре. Как всякое общество, класс должен обладать собственными институтами законности и правопорядка, полицией и судебными органами. Справедливое и процветающее общество возможно лишь при условии, что граждане и охранители закона и порядка относятся друг к другу с уважением и доверием.

«Если вы будете вести себя как достойные граждане в классе, вы станете достойными гражданами Индии», — говорила мисс Альварес.

Она верила, что это способ борьбы с отсталостью, разложением и коррупцией в стране — готовить достойных граждан в одном классе за другим.

Еще в июне, когда мисс Альварес объяснила свою систему перед началом учебного года, идея эта очень увлекла Джехангира, поскольку он связал слова учительницы с тем, что слышал дома, когда отец, дедушка и дядя Джал говорили о политике. О бедняках из бихарской деревни, которые перемерли с голоду, потому что средства на продовольствие и ирригацию осели в карманах чиновных казнокрадов, о гибели четырехсот пятидесяти детей на школьном празднике, потому что строивший зал подрядчик сжульничал на цементе, о десятках зрителей, заживо сгоревших в кинозале, где не оказалось огнетушителя, а владелец за взятку получил у пожарного инспектора липовую справку о его наличии.

Правильно, убежденно думал Джехангир, и сердце его пылало рвением и энтузиазмом, он будет помогать мисс Альварес бороться с коррупцией и спасать человеческие жизни, улучшать жизнь в стране для каждого из ее граждан. Он дал себе слово стать самым лучшим контролером домашних заданий, прилежным, беспристрастным и дотошным.

Тщательность, с которой он подошел к своим обязанностям, сразу восстановила против него закоренелых лодырей. Они канючили, подлизывались и стращали, предлагали ему дружбу и угрожали ссорой. Постоянно отбиваться от них было нелегко. Иногда он слабел духом: ну что случится, если он простит Арвинду перепутанные даты Ост-Индской компании, или закроет глаза на недорешенные примеры у Васанта, или не обратит внимания на плохое изложение у Энтони?

Но стоило ему взглянуть на мисс Альварес, с ее ясными глазами и шелковыми ножками, у него, прямо как у героя из старых фильмов с Хелен, снова напрягались мускулы, он освобождался от вампира искушения и честно заносил все в журнал домашних заданий.

Теперь, через пять месяцев после начала учебного года, Джехангир уже освоился с ролью контролера, притерпелся и к улещиваниям, и к подначкам одноклассников. На дом были заданы стихи наизусть, следующим для проверки был Ашок. Джехангир присел за его парту, велел закрыть учебник и читать наизусть.

— Слушай, скотина Джехангир, будь человеком. Предупреждаю, понял? — пригрозил Ашок.

Мисс Альварес называла Ашока «Вечной проблемой» и периодически писала записки его родителям. Те владели демонстрационными залами для текстиля, тремя бензоколонками и правом на операции с автомобилями «марути». Родители Ашока с большой серьезностью относились к запискам учительницы, Ашока наказывали, но наказания не повышали его успеваемость в школе.

— Готов? — спросил Джехангир.

— Лорд Альфред Теннисон, «Бей, бей, бей…»

— Альфред, лорд Теннисон.

— Как такое может быть? Альфред имя, Теннисон — фамилия. Ты себя называешь Джехангир мистер Ченой или мистер Джехангир Ченой?

Джехангир решил не придираться. Мисс Альварес задала выучить шестнадцать строчек стихотворения, так что, строго говоря, имя поэта в домашнее задание не входит.

— Бей, бей, бей, бей…

— «Бей» только три раза.

— Да знаю, знаю. Четвертое «бей» по твоей башке, если не перестанешь сильно умничать. — Ашок хихикнул — самому понравилось, как выкрутился. — Предупреждаю — это не в счет, это шутка, а не ошибка.

Джехангир согласился — что делать.

— «Бей, бей, бей… в эти самые…» Подожди, не подсказывай, я знаю… «в берега!., там какой-то прибой». А дальше… «С тобой говорить»… та-та-та, та-та, та-та…