Взлет - Николь Уильямс

– Не вноси свой вклад в отрицательную статистику. – Я преувеличенно широко улыбнулась.

Тейлор потянула меня к дому, стены которого, кажется, тряслись от музыки.

– А давай-ка лучше обсудим последствия для девушек, не дающих своим прекрасным богатым парням, которые осенью уезжают в колледж в Южную Калифорнию.

– О, это должно быть весело, – пробормотала я.

– Они заканчивают свои дни высохшими, желчными, старыми ведьмами со стадом кошек и паутиной между ног.

Я запрокинула голову и застонала.

– Добавить чудовищную испорченность – и получим Тейлор Донован во всей красе.

Мы еще не добрались до лужайки перед домом, а нас уже преследовал непрекращающийся кошачий концерт: свист, вопли, похабные жесты.

– Один час, – выдавила я, едва не лопаясь от собственной щедрости, – и сваливаем.

– Три часа, – возразила Тейлор, одаривая какого-то парня на лестнице такой улыбкой, что меня бросило в краску. – И не забывай, сегодня ты моя Дебби Даунер, так что не пропусти свой выход.

Побыть немного нянькой и дуэньей в одном лице я бы и не возражала – просто чтобы быть спокойной, что подруга переживет эту ночь в целости и сохранности, – но лучше бы переложить эту роль на кого-то другого. Потому что три часа на тусовке без возможности потусить могли окончиться кровопролитием. Моим.

– О, девочки, вы как раз вовремя! – рявкнул Моррисон, перекрикивая музыку. Его глаза практически ощупали нас обеих, словно нахальные руки.

– Да, теперь можно официально начинать, – милостиво согласилась Тейлор.

Она явно ощущала себя королевой бала. Видимо, это в порядке вещей, коли заявляешься на вечеринку, одетая в крошечный кусочек ткани и несколько слоев штукатурки, а вокруг толпа пьяных парней.

– Что вам налить, дамы? – спросил Моррисон, махнув рукой в сторону бара, роль которого временно исполнял любимый итальянский буфет мамы Сойера. Она бы кого-нибудь прибила, если б увидела, что на нем сейчас навалено.

– Мне «Отвертку»! – крикнула Тейлор.

Моррисон одобрительно хмыкнул:

– Думаю, я смогу выполнить твою просьбу.

А мне нужно выдержать еще… два часа и пятьдесят девять минут этого гедонизма. Надеюсь, на пляже пусто и мне удастся свалить туда незамеченной.

– Люси? – позвал Моррисон.

Мне хватало ума понимать, что не стоит брать напитки от парней вроде Люка Моррисона.

– Я пока пас, – отказалась я, отсалютовав ему большим пальцем. Склонилась к Тейлор: – Будь умницей и позвони мне, если кто-то попытается что-нибудь сделать с тобой. Я пойду подышу.

– Пусть поскорее попытается, – ответила она, улыбаясь так ослепительно, что Моррисон с бокалом в руке невольно ускорил шаг.

– Статистика, – напомнила я и развернулась ко входной двери. – Не порти ее.

– Себя не порти, ведьма в паутине! – крикнула Тейлор мне вслед.

Пробившись на кухню через толпу учеников, я отодвинула в сторону целующуюся парочку – они мешали открыть холодильник. За банками пива обнаружилась одинокая газировка. Отлично, тебя-то мне и надо!

– Классное платье, Люси! – крикнул кто-то с другого конца кухни. Я даже не удосужилась посмотреть, кто это.

– Тебя Сойер ищет. Что-то подсказывает, он будет счастлив, когда найдет!

В общем, быстро улизнуть на пляж не удалось. Зато, когда я наконец спустилась к воде, мои надежды оправдались: здесь было тихо и почти пусто, если не считать парочки, оккупировавшей шезлонг миссис Даймонд. Вечер был теплым, а вода в озере – такой спокойной, что, кажется, можно было пройти по ней, как по стеклу.

Я скинула лодочки, которыми меня снабдила Тейлор, и подошла к концу причала. Что ж, устроим собственную маленькую вечеринку прямо здесь. Только я и мистер Спрайт.

Открыв банку, я сделала глоток. Да что же все-таки со мной не так? Когда из девушки, которая любила быть душой компании, я успела превратиться в ту, что ищет тихий уголок и дуется там на всех? Как и большинство вопросов, не дававших мне покоя последнее время, все всегда сводилось к одному и тому же ответу. К одному и тому же имени.

– Это больше не моя сцена.

Я подпрыгнула на месте, так что газировка выплеснулась на Тейлорово безобразие. Наверное, это будет последний раз, когда она одалживает мне что-то из своего гардероба, чему я буду безмерно счастлива.

– Да, и не моя, – откликнулась я, стирая капельки с блестящей ткани цвета шампанского. – Совершенно точно не моя.

– А о тебе ничего нельзя сказать совершенно точно, Люси Ларсон.

Эти слова, а особенно этот голос, так привлекли мое внимание, что я даже забыла про пролитый спрайт. На Холли были темные облегающие джинсы и белая футболка. Я понятия не имела, что делать: предложить ли ей сесть рядом или нырнуть в озеро и уплыть на тот берег. Я не знала, что ей известно и известно ли вообще хоть что-то о нас с Джудом, но была уверена, что категорически не хочу сейчас поднимать тему наших с ним взаимоотношений. В конце концов я решила быть вежливой.

– Привет, Холли. Иди, садись сюда.

Она явно искала меня здесь. Наша встреча не была случайной. Холли собиралась что-то мне сказать. Ну а я… я хотела сбросить уже этот камень с души. Она села, отложила в сторону красный пластиковый стаканчик. Закатала джинсы.

– Боялась, что трудно будет застать тебя в одиночестве. – Холли погрузила ступни в воду. – Слышала, ты в этом году стала королевой Сауспойнта.

Мне не хотелось думать о том, от кого она это слышала.

– Если под королевой ты имеешь в виду ту, о ком ходило больше слухов и сплетен, чем о целом клубе стриптизерш, то да, кажется, я действительно удостоилась этого титула.

Прозвучало так, словно я защищаюсь, но, с другой стороны, я общаюсь с девушкой, у которой есть ребенок от моего бывшего парня.

Холли кивнула, не сводя глаз с озера.

– Прости, что не успела лично передать тебе эту корону. Мое царствование закончилось в прошлом году. Когда я бросила школу.

Я не знала, что сказать. Я еще не готова была сочувствовать ей, хотя и понимала, что должна бы, но с эмпатией у меня вообще всегда было не очень.

– Джуд здесь? – спросила я и мысленно отхлестала себя за вопрос. Если она еще не до конца поверила, что я законченная неудачница, этот вопрос расставил все точки над i.

– Вряд ли. – Она глотнула из стаканчика.

– Дома с ребенком сидит? – Вопрос был честным, но прозвучал совершенно стервозно.

– Нет. – Холли застыла, заморгала ярко-голубыми глазами. – Сегодня с ним мама осталась.

– Холли, прости меня, – повинилась я, отчаянно желая сию секунду провалиться сквозь землю и не вести этот дурацкий разговор. – На самом деле я вовсе не стерва…