Взлет - Николь Уильямс

Я – первая девушка Джуда Райдера. Я просто не могла думать ни о чем другом, хотя надо было готовиться к балу. В любое другое время я бы в небесах витала от счастья, но в пятницу вечером едва не сошла с ума, вспоминая случившееся, и к субботе, как любая нормальная девчонка, уже вовсе не была уверена в собственных чувствах. Серьезное дело – быть у Джуда первой. В смысле, первой официальной девушкой, конечно. У него наверняка были десятки подружек, но никто из них не удостоился чести стать его девушкой. Они занимались с ним сексом, и я вряд ли смогу представить, в каких позах и какими способами. В строгом смысле я не стану у него ни первой, ни десятой, ни, может быть, даже – бр-р, аж передернуло! – сотой. И сей факт изрядно портит всю эту историю с «первой девушкой». Больше всего меня беспокоило, смогу ли я спокойно относиться к девушкам, которые подарят Джуду многозначительную улыбку или другой знак внимания, и не думать о том, входят они или нет в число его трофеев.

Я не страдала наивностью – во всяком случае, не настолько, чтобы надеяться, что у такого парня нет богатого прошлого. Меня с моим прошлым тоже не назовешь белой и пушистой, но список геройств Джуда был прекрасно известен как минимум в трех округах штата. Разумеется, у всех есть право совершать ошибки и потом жалеть о них – или не жалеть, – но смогу ли я жить со всем этим?

В любом случае у меня есть второй шанс. Ой, да я вообще чемпионка мира по вторым шансам.

Вытащив из волос термобигуди, я поняла, что есть только один способ найти ответ на этот вопрос. Единственный способ разобраться, смогу ли я справиться со всем, что придет в мою жизнь вместе с Джудом, – с его прошлым, с нежеланием говорить о личном, с его отношением к будущему, – это решиться и выложить все сразу. Единственный способ узнать, собирается ли Джуд Райдер в конечном итоге разбить мне сердце, – это открыться ему. Всем сердцем, угу.

Прозрение, наверное, должно было жутко напугать меня. Но ад на земле или разбитое сердце – не особо страшный выбор, когда привыкла к такой жизни. К тому же, как мне нравится говорить, единственный способ завести отношения – это дать им шанс.

Я поглядела на телефон и облегченно вздохнула. Еще пятнадцать минут, чтобы закончить макияж, влезть в платье и собраться с мыслями – они мне понадобятся, учитывая, что всю ночь я буду прижиматься к Джуду.

И тут зазвонили в дверь.

На секунду я позорно поддалась панике, но потом все-таки накинула халат и сбежала вниз по лестнице. Мама с папой благодаря мне в кои-то веки решили устроить свидание. Я купила подарочный сертификат в их любимое французское кафе на берегу озера и сама забронировала столик, приобрела два билета в кино – сеанс как раз начался двадцать минут назад. Я хотела быть уверенной, что предков не будет дома, когда Джуд заедет за мной.

Да, это было нечестно, и я не хотела, чтобы Джуд думал, будто я его стыжусь, но мои родители – слишком сложные люди, а их непростое прошлое уже не позволяет надеяться, что что-то поменяется. А наличие дочери-подростка усугубляет ситуацию. Когда-то отец, багровый от смущения, как всегда в такие моменты, сообщил, что, будь у него сын, он беспокоился бы только об одном члене, а с дочерью приходится беспокоиться обо всех членах в округе. А запомнила я это, видимо, потому, что в двенадцать лет слово «член» вызывало у меня дикий хохот.

Если мы с Джудом продолжим в том же темпе, рано или поздно мне придется все рассказать родителям, но на сегодня это был самый простой способ разрешить ситуацию.

Открыв дверь, я очень старалась не пялиться, но, с другой стороны, что еще оставалось делать, когда Джуд Райдер стоял на крыльце, освещенный фонарем, в смокинге, с букетом в руке и в неизменной шапке, натянутой почти на глаза? Если кто-то и мог позволить себе откровенный гранж и при этом выглядеть отпадно, то только он.

– Я рано, – начал он. – Можно было бы сказать, что я не следил за временем, но на самом деле я просто не мог дождаться, когда приеду за тобой.

Хватит пялиться, Люси. Хватит пялиться, Люси.

Увы, мантра не помогала.

– Слушай, не пойми меня неправильно, потому что мне все нравится. – Джуд поднял глаза к потолку. – Очень нравится. Но я пообещал себе, что всю ночь буду вести себя как самый джентльменистый джентльмен, а ты не очень-то помогаешь мне сдержать обещание.

В голове у меня плыл туман, и я до сих пор не могла выдавить ни слова.

– Твою мать, Люс, – выругался Джуд и, поморщившись, снова поглядел на меня. – Ты забыла завязать чертов халат.

Я оглядела себя. Чтоб его! Лифчик без бретелек, трусики в тон – все выставлено на всеобщее обозрение. Невинный промах? Может быть. Ошибочка по Фрейду? Определенно.

– Извини. – Я отвернулась и принялась завязывать халат.

Сзади раздались шаги – Джуд подошел ко мне со спины. Убрал волосы от шеи, и его губы нашли ямочку за ухом.

– Не извиню, – шепнул он, нежно целуя меня.

Одно прикосновение, один поцелуй – и я уже под кайфом. Мне больше ничего не хотелось – только повернуться к нему лицом и целоваться, пока школьный бал не закончится. А может, и дольше.

Я не могла прийти в себя от возбуждения и ошеломления, хоть и понимала, что девушка не должна быть настолько одержима парнем. Но ничего не могла с собой поделать. Девушка, знающая, чего она хочет от жизни и к чему стремится, не должна забывать обо всем в ту же секунду, когда губы парня касаются ее губ. Но я впервые переживала такие ощущения, и насколько они захватывали меня, настолько же и пугали. Мозг распознавал происходящее как нечто совершенно неправильное, зато сердце было абсолютно уверено, что еще ничего и никогда в жизни не было настолько правильным. Когда я это поняла, то решила всегда слушать сердце – по крайней мере, пока смогу. Надеюсь, Джуд Райдер не заставит меня изменить это решение.

– Надень уже платье, чтобы мне было кем хвастаться, – пробормотал он, в последний раз ткнувшись губами мне в шею и отступив.

– А может, пропустим один танец? – предложила я, теребя поясок халата.

– Твою мать, Люси, – зарычал Джуд. – Я тут последние крохи силы воли собираю, чтобы не уложить тебя на стол и не сделать все то, что представлял уже тысячу раз. – Он почему-то махнул рукой на потолок. – Но ты этого не заслужила. Ты заслуживаешь намного большего. И уж точно не заслуживаешь участи одной из тех девушек, кого поимели на столе в кухне ее родителей. – Джуд сверкнул на меня глазами. – Так что оставь халат на месте и не искушай меня.

Я чувствовала смущение и растерянность оттого, что меня отвергли, но в то же время была польщена. Очень сложное сочетание эмоций.

– Извини, – повторила я, неловко улыбнувшись, и пошла к лестнице.