Пир - Владимир Сорокин

В кафе было накурено и сидели некрасивые люди. Но свободные места были. Стол с Белым Пиджаком и с ИРА был в самом углу. Оля села за неубранный стол рядом, спиной к ним.

ИРА встал и вышел.

Белый Пиджак допил пиво, закурил. Блондин жевал.

– Но с первым все остается тики-так, так что вы не пересылайте зря, ясно? А второй перешлите.

– Да это понятно.

– Время терять не надо, щас оно пригодится.

– Как получат – сразу.

– Конечно, ёптеть.

Они замолчали. Вскоре вернулся ИРА, вытер салфеткой мокрые руки.

– После дела всегда хезать тянет.

– Закон жизни, бля… – жевал блондин. – Я с утра посрал.

– Слушай, а у него же дача еще была? – ИРА налил себе пива.

– Да. В Малаховке, – ответил Белый Пиджак. – Но адреса я не помню. Да и она, это… не то чтобы. Так себе халупа. Но участок приличный.

– Найди адрес.

– Никуда не денется.

– Давай по маленькой накатим…

Звякнул графин, полилась водка.

– Чтоб Бориске Бегемоту на том свете было на что выпить и поебаться.

– Ага…

– Давай.

Выпили, стали закусывать.

Оля посмотрела на лежащий рядом с ее рукой столовый нож, испачканный в красном соусе. Потрогала его круглый конец. Потом открыла свою сумочку, порылась в ней, вынула маникюрные ножницы, встала, подошла к жующему Белому Пиджаку и с оставшейся силой вонзила ножницы ему в шею.

– Ай? – вскрикнул тот, как от укуса пчелы, и схватил руками воткнутые в шею ножницы.

Блондин молниеносно вскочил, отшвырнув стул, прыгнул к Оле и, поджав руки к груди, как кенгуру, легко, но со страшной силой ударил ее ногой в левый бок. Никогда в жизни Оля не получала таких ударов. Она отлетела, стукнулась о стену, сползла на пол. ИРА встал, в руке у него появился пистолет.

– Ай! Ай! А-а-й! – вскрикивал Белый Пиджак, приподнимаясь.

В кафе все смолкли и тупо смотрели на происходящее.

Оля не потеряла сознание от страшного удара, но совсем не могла больше дышать. Сердце ее смертельно затрепетало. Опершись спиной о стену, она потрогала свой левый бок. Рука нащупала ужасно-непривычную впадину со сломанными ребрами. Трясясь и икая, Оля пыталась втянуть в себя хоть глОток хоть глООток хоть глООООООООООток воздуха, но воздух не входил-дил-дил в губы и как аборт как аборт как аборт

как нар КОЗ

как наркоз и глОт глОт глОт

они розовые они

красные они жгучие и прекрАААсные МАМА и наркОООз уже уже уже уже уже уже

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– бабуль, а у меня сиськи вырастут?

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– сладкиеботинкисладкиеботинки.

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– ёжик несет гриб.

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– не вынимай, на хуй, лепило вынет!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– Оля, что у тебя с сонатиной?

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– эта сука с ним была!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– а Рудик Аньке глупости показывал!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– Надя, мы Оленьку на террасе купаем?

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– всех порву, бляди!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– положите его на стол, чего вы!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– у Парваза кошка родила трех.

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– тихотихотихотихотихотихо.

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– я тебе, бля, вызову!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– Ольк, отдай жука!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

– к стене все, на хуй!

– ДАЛИ СЛАВИНОЙ НАРКОЗ?

Белого Пиджака с торчащими из шеи ножницами выводили под руки. Бармен приложил салфетку к разбитой губе. Двое в спортивных куртках жевали, стоя у стены с поднятыми руками. Бутылка пива катилась по полу. ИРА вытянул из кожаных ножен трехгранное шило. Подошел к Оле. Быстро присел. Шило вошло Оле в сердце.

Но она этого не почувствовала.