Записки путешествующего ветеринара: нескучные истории о диких пациентах  - Джонатан Крэнстон

– Он и вправду съел немного. Я уверен в этом, – сказал Стив, чувствуя, что если убедить Джесс в выздоровлении Фредди, тогда он, возможно, избежит неминуемого наказания.

– Спасибо вам, сэр, – произнесла теперь Джесс. – Просто сделайте все что нужно для Фредди, он нам так дорог.

Я распечатал форму информированного согласия и обсудил стоимость лечения. Это был один из тех случаев, когда денежный штраф мог служить дополнительным сдерживающим фактором от повторения подобного эпизода в будущем.

– Лучше заплати за лечение, чем за свою очередную нычку, – сказала Джесс Стиву, подписывая форму согласия.

– Я заберу его прямо сейчас и начну лечение, позвоню вам позднее и сообщу новости. Но полагаю, что он пробудет здесь пару дней. – Я забрал сверток со стола.

Джесс перегнулась и поцеловала Фредди в голову, которая торчала из полотенца.

– Этот человек сделает тебе лучше, Фредди, – сказала она. А потом, повернувшись ко мне, добавила: – Спасибо, сэр, пожалуйста, присматривайте за ним, я знаю, что он попал в лучшее место.

– Мы сделаем все что сможем, – уверил ее я и, проводив до дверей Джесс и Стива, направился в препараторскую. Я не сомневался, что взаимные упреки продолжатся в машине по пути домой.

Хизер распаковывала хирургические инструменты, чтобы отправить их в автоклав для стерилизации. Она взглянула на меня немного озадаченно, увидев у меня в руках какой-то сверток.

– Это хорек? – поинтересовалась она. – Что с ним? Что нам нужно делать?

– Никогда не догадаешься.

– Что? – спросила Хизер, расчищая стол, чтобы освободить для хорька пространство.

– Он обдолбан! Добрался до запасов марихуаны своего хозяина.

– Ты шутишь! – ответила Хизер и расхохоталась. Но потом, когда я раскрыл полотенце, и она увидела его раскоординированное атактическое пошатывание, добавила: – Бедный малыш, каковы его шансы?

– Ну, они считают, что он съел немного, так что все должно быть хорошо. Собаки обычно легко восстанавливаются. Но я никогда прежде не слышал о хорьках, наевшихся марихуаны. Посмотрим. Думаю, у него все пройдет через день-другой.

– Какой идиот оставил ее там, куда хорек мог добраться?

Я объяснил, что произошло.

– Хорек, естественно, подумал, что рюкзак – хорошее для него убежище, а потом не смог устоять перед манящим запахом!

– Невероятно. Так каков план?

– Капельница. Положим его в темное, теплое и тихое место, чтобы минимизировать любые внешние воздействия, и просто подождем и посмотрим.

– Хорошо, мы можем отправить его в кошачье отделение, там есть матрац с подогревом. Там пока нет кошек, так что будет тихо, и я положу полотенце рядом с его клеткой. – Она уже начала ориентироваться в ситуации.

– Отлично, спасибо.

– Тебя кто-то ждет из посетителей? – спросила она.

Я сверился с расписанием, заглянув в компьютер, стоявший в углу комнаты. Следующий клиент через десять минут.

– Желтый внутривенный катетер, полагаю? Хартмана или хлорид натрия?

– Да, желтый и хартмана, 250 миллилитров.

Цвет катетера означал размер: розовый или зеленый предназначался для собак, голубой для кошек, желтый для котят, щенят, а в данном случае для хорьков.

Разложив все необходимое оборудование и установив капельницу, Хизер одной рукой удерживала Фредди, а другой отвела его переднюю левую ногу, которую я обстриг и промыл, а потом аккуратно вставил внутривенный катетер. В нормальном бодрствующем состоянии провести с хорьком подобную процедуру было бы невозможно, не оказавшись многократно покусанным. Но Фредди почти не оказывал никакого сопротивления. Я соединил катетер с капельницей, а потом примотал и закрепил иглу на лапе.

– Ты взвешивал его? Какую скорость подачи ему установить?

– Нет, извини. Тут все должно быть в порядке, он не обезвожен, но не сможет пить, пока не поправится.

При нормальных обстоятельствах для такого маленького животного, как хорек, скорость подачи лекарства составляла 60 мл на кг веса животного в сутки.

– В кошачьем отделении есть весы. Давай отнесем его туда, а потом я положу его в клетку, – сказала Хизер, поднимая Фредди, все еще завернутого в свое полотенце.

Я взял стойку с капельницей и подвешенными пакетами с лекарством. Они были соединены с трубкой, которая проходила через помпу, четко контролировавшую, какое количество жидкости вводится в час. И мы направились в кошачье отделение, находившееся за соседней дверью.

Уложив Фредди в затемненную клетку, снабдив его теплым матрацем и подоткнув несколько полотенец, чтобы он нечаянно не ударился о стены в своем невменяемом состоянии, я еще раз проверил капельницу и вернулся в кабинет, чтобы продолжить принимать пациентов по списку.

Все остальные случаи в тот день были не столь экзотичны: собака с чесоткой, хомяк с опухолью, пара вакцинаций собак, кошка с аллергией на блох и страдающая запором курица. Закончив все эти дела, я вернулся, чтобы проведать Фредди. На цыпочках зашел в кошачью палату, стараясь двигаться бесшумно, чтобы не напугать его посторонними звуками. Тихонько подойдя к клетке, осторожно вынул полотенце, чтобы оценить его состояние. Я расслышал нечто, похожее на свистящее посапывание. Какое-то мгновение мои глаза привыкали к темноте, но когда я адаптировался, то увидел Фредди. Он лежал на животе, уткнувшись мордочкой в полотенце, со свернутым набок носом и раскинутыми ногами. И я понял, что шум, который я слышал, на самом деле был храпом. Он выглядел так мило, но находился в полнейшей отключке, в самом настоящем коматозном ступоре.

И в нем он пребывал два последующих дня, почти не двигаясь, громко храпя и периодически слегка приподнимаясь на звук открываемой дверцы клетки, когда в нее заводили и выводили хвостатых пациентов. А может быть, он предпринимал попытку узнать своих хозяев, пришедших проведать его: хорек явно выглядел довольным, пребывая в каком-то странном, полуобморочном сонном состоянии.

На третий день, когда я пришел на работу, дежурившая ночью медсестра сообщила, что наш пациент, похоже, отходит от своего продолжительного сна. Я пошел к нему, чтобы проверить его, и эта новость подтвердилась. Он действительно проснулся и был активен, бегая по клетке в поисках выхода.

– Доброе утро, Фредди? Как прошла твоя сиеста?

– Может быть, дать ему немного корма? – спросила Джулия.

– Да, это было бы неплохо. Он уже вполне проснулся для того, чтобы поесть.

– А что ему предложить?

– Лучше всего кошачий корм, пакетик чего-нибудь.

Через несколько минут Джулия вернулась с маленькой миской корма. Когда она открыла дверцу клетки, реакция Фредди ошеломила. Не успела Джулия поставить миску с кормом, как он мгновенно развернулся, воткнулся в миску и в считанные секунды проглотил все до последнего кусочка. После чего начал бешено кружить по клетке в поисках добавки.