Записки путешествующего ветеринара: нескучные истории о диких пациентах  - Джонатан Крэнстон

– Спасибо, Мэри, я справлюсь сам.

– Без проблем, – ответила она, вернувшись к своему столу.

– В самом начале я привык каждый вечер одеваться, как какой-то граф, – прошептал он мне. – Все это было так странно, но теперь мне все это знакомо и я предпочитаю делать все сам. Он начал обустраивать гнездышко из соломы для Полианны и распаковывать ее сумку со щетками. А я тем временем вернулся к лифту, чтобы забрать вторую клетку с курицами.

– Там маленькая поилка и бутылка с водой, так что можно налить воды курам в обеих клетках, – проинструктировал меня Джон.

Когда мы расположили своих питомиц в их временном прибежище, рабочие сцены, заметив наше присутствие, стали подходить и с радостью приветствовать Полианну. Было очевидно, что она весьма популярное дополнение к представлению. Один пожилой мужчина неожиданно появился с двумя полными полиэтиленовыми пакетами – в одном лежали сладости, в другом – яблоки, морковь и прочие ослиные деликатесы.

– А вот и ваши запасы на вечер, Джон.

– Спасибо вам от всего сердца, сэр, – поблагодарил его Джон, принимая пакеты. А потом повернулся ко мне и прошептал:

– Это Ричард, он каждый раз так. Приносит нам все эти сладости. Я их не могу съесть, но он настаивает, чтобы мы забрали домой и раздали нашим волонтерам в питомнике, и, конечно же, Полианна получит свой отдельный пакет.

А затем чуть более серьезным тоном добавил:

– Как видите, каждый здесь готов избаловать ее, и мне приходится отслеживать, что она ест, чтобы не набрала лишний вес.

На этот раз среди маленькой толпы доброжелателей появилась некая леди, которая, судя по ее внешнему виду, не относилась к техническому персоналу.

– Привет, Джон, все хорошо? – спросила она, прежде чем повернуться к Полианне.

Джон поднял на нее взгляд, а когда узнал, его лицо озарилось приветливой улыбкой.

– Привет, Кей, все отлично. Позволь представить тебе Джона, он наш ветеринар. Я решил привести его и показать нашу звезду за работой!

Он повернулся ко мне:

– Кей – агент Полианны, та, что ввела нас в этот мир почти двадцать лет назад, можешь в это поверить?

– Приятно познакомиться, – сказал я, пожимая ей руку.

– Как замечательно, что вы смогли прийти в этот вечер. Вы должны пойти и посмотреть на Луи, доброго великана, он еще одна звезда нашего шоу.

– Да, Луи – красавец, – согласился Джон. – Кстати, Кей, ты не против побыть с Полианной минутку-другую, чтобы я смог показать Джону, как тут все устроено?

– Конечно, без проблем, – ответила Кей и мгновенно переключила свое внимание, начав суетиться вокруг Полианны, которую теперь больше интересовало ее гнездышко из соломы.

– Идем, Джон, еще только 18.30, так что у нас уйма времени, чтобы осмотреться, прежде чем я начну готовиться.

Сначала он подвел меня ближе к краю безупречно подготовленной сцены, где маленькая команда рабочих сцены завершала последние приготовления. Огромный темно-красный занавес был опущен, и из-за него из зрительного зала пока еще доносился слабый шум. Первые зрители, которые уже прибыли, наверняка заполняли бары и рестораны, а не свои места. Я заметил на полу желтую ленту, о которой упоминала Эмили. Несмотря на то что она находилась примерно в метре от выхода на сцену, отсюда все равно было видно больше половины сцены. За линией в углу стояло шесть стульев, выставленных в два ряда по три.

– Вы обязательно должны смотреть представление отсюда, – сказал мне Джон. – Это места для особых гостей артистов.

Затем он повел меня обратно мимо загона Полианны к задней правой части сцены, откуда открывалось гораздо большее пространство. В центре огороженного канатом участка стоял огромный, величавый, черный, как уголь, жеребец шайрской породы. А его хозяйка причесывала и прихорашивала его.

– Добрый вечер, Саманта, как поживаете? – спросил Джон, приветствуя ее и представляя нас друг другу.

– Это товарищ Полианны, Луи, – сказала она мне. – Эти двое участвовали в каждом представлении «Кармен», начиная с самого первого, верно, Джон?

– Да, правда, и они оба обожают свою работу.

– Какое красивое животное, – сказал я, погладив лошадь.

– Спасибо, он – настоящая звезда, и это не только мое мнение. За все девять лет ни разу не сделал ни одного неверного шага.

– Луи играет лошадь, которая принадлежит возлюбленному Кармен, тореадору Эскамильо, – объяснил Джон. Он должен провезти Эскамильо по сцене, пока тот исполняет арию «Тореадор». Впечатляющее зрелище.

Я задумался о том, много ли оперных певцов способны предположить, что их профессиональная карьера будет связана с выступлением верхом на лошади. Мы оставили Луи, и Джон повел меня обратно. Только сейчас я полностью оценил, насколько велико пространство сцены. Но как только я подумал об этом, мы достигли ее задника и вышли в огромный дверной проем. Когда мы проходили, я догадался, что мы находимся на другой громадной сцене. А позади нее была сооружена третья с целым набором декораций: тронный зал, балкон, большие картины, впечатляющие расписные галереи.

– Это невероятно, Джон, – сказал я потрясенно. – Я даже не догадывался, что пространство за сценой такое обширное.

– Да, это пространство даже больше передней части сцены, это очевидно. И эти сцены установлены на гигантском вращающемся механизме, так что части пола или даже целые декорации можно менять в паузах между актами или спектаклями. Здесь может одновременно храниться множество различных декораций, а это означает, что в театре могут идти в одно время несколько разных постановок. В конце 1990‑х здесь был проведен масштабный капитальный ремонт, и именно тогда была внесена масса разных усовершенствований. Ну, думаю, мне пора готовиться, а Полианна уже ждет, когда я ее причешу, – закончил он, напомнив мне снова о цели нашего присутствия здесь.

Мы пустились в обратный путь и обнаружили Кей сидящей на стуле рядом с загоном и занятой беседой по телефону. А Полианна довольно тыкалась мордой в сено.

– Спасибо, Кей, – поблагодарил ее Джон, забирая с вешалки свой костюм. – Я, пожалуй, пойду переоденусь.

– Хотите, я причешу Полианну, пока вы переодеваетесь? – спросил я.

– Если есть желание, то вы мне очень поможете, спасибо.

Он исчез, отправившись искать свободную гримерную среди лабиринта коридоров, комнат и офисов, расположенных под сценой.

Я забрался в загон к Полианне и принялся вычесывать ее. Она мгновенно среагировала, оставив свое гнездышко и повернувшись лицом к сцене с навостренными ушами.

Кей засмеялась:

– Она прекрасно понимает, что происходит, не правда ли?

– Абсолютно, она – настоящая артистка, разве нет? – ответил я.

– Должна сказать, что по работе я занимаюсь самыми разными животными, но Полианна – одна из моих любимиц, большой оригинал. Я уверена, Джон рассказал вам о том вечере, когда «Радио Три» записывало оперу «Паяцы» с Пласидо Доминго, и Полианна выдала сильнейший рев во время дуэта. Джон сгорал со стыда, но все остальные посчитали этот эпизод забавным.