И пели птицы... - Себастьян Фолкс

Джек уже ушел в боевой туннель. Стивен смотрел в темноте на жалкое лицо Ханта. На миг он представил себе, каким был этот солдат в мирной жизни. Чернорабочий на стройках Лондона и Хартфордшира; конечно, ему не хотелось умереть в сорока футах под землей чужой страны. Стивен ощутил смягчившее его сердце сострадание.

И сказал:

— Идите туда, Хант. Я за вами.

— Я не могу, не могу, — невнятно пролепетал Хант.

— Если не пойдете, нас всех убьют. — Стивен вынул из кобуры револьвер, взвел курок. — Вы же ненавидите немцев, так?

— Да.

— Они убили многих ваших друзей. И пытаются убить вас. Убили Ривза и его брата. Уилкинсона. Дугласа. Все это ваши друзья. А теперь вам выпала возможность убить кого-то из них. Идите.

Он указал револьвером на вход в туннель, а затем взял на прицел голову Ханта. Жестокость, с которой он себя вел, удивляла самого Стивена, — надо полагать, причиной ее был страх.

Хант медленно заполз в туннель, Стивен последовал за ним. Он видел перед собой только подошвы сапог, слышал дыхание ползущего следом Бирна. Если что-то случится, ему конец. Ни двинуться вперед, ни повернуть назад он не сможет. Стивен крепко зажмурился и принялся сквернословить. Про себя.

Потолок туннеля находился футах в пяти над его головой. Стивен безмолвно повторял гнуснейшие слова в самых жутких сочетаниях, какие мог придумать, осыпал непристойностями весь мир, всех его обитателей и воображаемого творца.

В конце концов туннель расширился, потолок стал повыше. Здесь уже можно было стоять, правда пригнувшись. Бирн, вытащив из кармана сигарету, посасывал ее. Стивен одобрительно кивнул ему. Бирн улыбнулся.

Джек зашептал, обращаясь к Стивену:

— Мы думаем, что в этом месте немцы подобрались к туннелю ближе всего. Наши ребята, те, что закладывают мину, боятся, как бы немцы не докопались до их камеры. Я сейчас пойду на пост прослушки. Возьму одного для охраны. Второй пусть остается здесь с вами.

— Хорошо, — ответил Стивен. — Берите Бирна.

Он проводил уходящих взглядом и повернулся к Ханту, сидевшему на земле, обхватив руками колени.

Хант тихо проскулил:

— Узкий участок, который мы проползли. А вдруг его подорвут? Мы не сможем вернуться. Пропадем здесь.

Стивен присел рядом с ним.

— Послушайте, — сказал он. — Не думайте об этом. Мы должны провести здесь два часа, пока наши не заложат мину. Два часа пройдут быстро. Думайте о том, как летит время. О том, как вам иногда хотелось, чтобы оно шло помедленнее. Нам осталось пробыть здесь столько, сколько длится футбольный матч, — полчаса уже позади.

Стивен сжал руку Ханта, обнаружив вдруг, что слова, которые он произносит, помогают отгонять страх, грозивший захлестнуть и его.

— А вы бошей ненавидите? — спросил Хант.

— Да, — ответил Стивен. — Посмотрите, что они натворили. Посмотрите, во что обратили нашу жизнь — это же сущий ад. Я перебил бы их всех, если бы мог.

Хант застонал, стиснул руками голову, поднял лицо к Стивену. Простецкое открытое лицо с полными губами и гладкой кожей. Лицо молящее, перепуганное, зажатое между большими мозолистыми ладонями в шрамиках и следах от ожогов, полученных на несчетных стройках.

Стивен, отчаявшись, тряхнул головой и протянул Ханту руку. Тот стиснул ее ладонями и зарыдал. Он подполз к Стивену вплотную, прижался головой к его груди. Стивен обнимал его, чувствуя, как легкие Ханта хватают воздух и выталкивают его вместе с рыданиями, сотрясавшими все тело солдата. Он надеялся, что Ханту удастся разрядить таким образом скопившийся в нем страх, но прошла минута, а рыдания становились лишь громче. Стивен оттолкнул его от себя, приложил к губам палец. Хант лег лицом в землю, чтобы приглушить шум.

Стивен услышал стук приближавшихся к ним по туннелю шагов. Вскоре показалась долговязая фигура Бирна, согнувшегося вдвое, но почти бежавшего.

В лицо Стивену ударило его густо пропитанное табачным запахом дыхание.

— Фриц пробил стену нашего туннеля. Файрбрейс на прослушке, в тридцати ярдах отсюда. Прислал меня за вами.

Стивен сглотнул.

— Хорошо, — он сжал плечо Ханта, потряс его. — Пора убивать немцев. Вставайте.

Хант поднялся на колени, покивал.

— Ну, пошли, — сказал Бирн.

Все трое углубились в темноту. У них ушло пять минут на то, чтобы добраться до Джека, сидевшего на корточках, прижавшись ухом к стене. В конце обшитого досками туннеля различалась рваная дыра, пробитая немецкими проходчиками.

Джек приложил палец к губам, прошептал: «Фрицы» — и указал на дыру.

Наступила тишина. Стивен вглядывался в профиль слушавшего ее Джека, в его выцветшую, мокрую от пота рубашку с закатанными рукавами, в щетину на толстой выбритой армейским парикмахером шее.

Там, откуда они пришли, раздался взрыв, а следом шелест осыпавшейся земли и стук камней. Все четверо остались неподвижными. Теперь они слышали шаги в туннеле, который тянулся параллельно их собственному. Шаги вроде бы удалялись в направлении британских окопов.

Внезапно Хант завопил:

— Мы заперты! Заперты! Они подорвали туннель! Иисусе, я так и знал. Я…

Стивен залепил рот Ханта ладонью, прижал его голову к стене. Шаги замерли, потом стали возвращаться к ним.

— Сюда, — сказал Стивен и шагнул в сторону выхода. — Нужно отрезать их, пока они не добрались до наших.

Ближе к концу боевого туннеля, перед его соединением со штольней, образовался завал из досок и земли, которую выбросил услышанный ими взрыв. Стивену и Джеку удалось перебраться через груду мусора, и тут позади защелкали выстрелы.

— Они пробились, пробились! Они пролезли в дыру! — заголосил Хант.

Стивен перетащил через завал Бирна. Он увидел, как Хант бросил покатившуюся по земле гранату и кинулся перебираться через груду земли. Ярдах в тридцати от них ударили винтовки. Показались четверо немцев, но тут граната Ханта взорвалась с громовым, сотрясшим землю хлопком. Двоих немцев отбросило в глубь туннеля, третьего вбило боком в стену, однако через несколько секунд стрельба возобновилась. Стивен взобрался на груду и начал стрелять в темноту. Бирн занял позицию рядом с ним, подтянул к себе громоздкую винтовку. Оба стреляли и стреляли, целя по вспышкам вражеских выстрелов. Стивен потянулся к висевшим на его поясе гранатам. Попасть во что бы то ни было из винтовки было невозможно, тогда как граната способна причинить врагу гораздо больший ущерб; может быть, она перекроет проход, позволив минерам, которые закладывали заряд в параллельном туннеле, невредимыми выбраться наружу. Возясь с ремнем, он крикнул другим, чтобы они тоже бросали гранаты. Собственная его отцепляться от ремня не желала. Стивен отчаянно ковырял ее пальцами, стрельба впереди усиливалась, а затем ему показалось вдруг, что на него обрушился дом. Какая-то сила швырнула его назад.