Не обещай себя другим - Кэрри Лонсдейл

– Спасибо. – Лэйси берет свой стакан.

Она почти не изменилась с момента нашей первой встречи. Лишь стала постаревшей версией самой себя. Волосы приобрели не столько платиновый, сколько серебристый оттенок, а загадочные, лавандовой синевы глаза чуть выцвели с годами и стали просто голубыми. У глаз и рта тянется сеточка морщин. Руки тоже выдают возраст.

Эйми подвигает мне лимонад, и я тут же осушаю полстакана.

Чего бы я не отдал сейчас за скотч! Не знаю почему, но в присутствии Лэйси мне как-то не по себе. Просто с ней связано слишком много загадок.

Эйми бросает на меня вопросительный взгляд, и я ободряюще сжимаю ее руку.

– Я не ошиблась насчет вас двоих.

Мы с Эйми разом поворачиваемся к Лэйси.

– Вам и правда предназначено быть вместе.

– Предназначено свыше, ты это имеешь в виду? – уточняет Эйми.

Лэйси вновь бормочет что-то утвердительное. Вот она смотрит на меня, затем сквозь меня, отчего я невольно пытаюсь унять нервную дрожь. Судьба и предназначение – это, конечно, здорово, но хотелось бы уже перейти к делу. Что ей известно про мою маму и что такого важного должен сообщить отец? Его, кстати, до сих пор нет.

– У тебя ко мне масса вопросов, Ян. У вас обоих, если уж на то пошло.

Я выжидательно молчу.

– Ты пытаешься понять, почему я направила тебя в Мексику, – говорит она Эйми. – А ты, Ян, стараешься разгадать, как я нашла тебя в то лето. И оба вы думаете, как все это связано между собой.

Меня так и подмывает съязвить что-нибудь на тему хиромантии или карт Таро, когда в разговор вступает Эйми.

– Разве что чуточку, – говорит она.

– Приходилось ли вам слышать про Красную нить Судьбы?

– Нет, – качает головой Эйми.

Я с трудом сдерживаю раздражение. Неужели мы приехали сюда ради этой чепухи?

– Это древний китайский миф о духовных половинках, – поясняю я. – Красная нить соединяет ту пару, которой предназначено прожить общую жизнь.

– Верно, Ян, хотя в мифе все трактуется немного шире. Такая нить соединяет людей по самым разным причинам. Например, она связывает тех, кому предназначено встретиться при особых обстоятельствах, или тех, кто может помочь друг другу. Некоторые из этих связей особенно сильны, и я могу почувствовать их.

Я бросаю взгляд на Эйми. Ну и как ей такое? Но Эйми неотрывно смотрит на Лэйси.

– Несколько лет назад я встретилась с Имельдой Родригез. Я сразу поняла, что призвана помочь ей, только не знала, в чем именно. Со временем мы подружились, и однажды Имельда рассказала мне о сделке, которую заключила с Томасом. Ей ужасно не хотелось обманывать Джеймса, но Томас запугал ее, загнал в ловушку. И я поняла: единственный выход – добиться, чтобы Джеймс вернулся домой.

– Тогда ты и нашла меня, – говорит Эйми.

– Именно. Я рассказала Имельде, как пыталась поговорить с тобой на похоронах Джеймса.

– Я бы не назвала это беседой.

Это верно. Лэйси своими намеками до смерти напугала Эйми.

– Тоже правда, – вздыхает Лэйси. – Надо было выждать более удачного момента.

С другой стороны, если бы она подождала, я бы не сидел сейчас рядом с Эйми.

– Спустя какое-то время я решила вновь попытать счастья и поговорить с тобой. Имельда дала согласие с трудом, до того она боялась разозлить Томаса. – Рассказывая, Лэйси рассеянно водит пальцем по столу.

– И что случилось? – спрашиваю я.

– Томас увидел на открытии кафе тебя и обо всем догадался, – произносит Эйми.

Я в изумлении смотрю на жену, затем перевожу взгляд на Лэйси. Та кивает.

– Но в кафе случилось еще кое-что. Капризы судьбы неисповедимы. Только представьте мое удивление, когда я увидела там Яна. – Лэйси окидывает меня взглядом, от которого по спине бегут мурашки. – Я сразу поняла, что вы с Эйми предназначены друг другу, как поняла и то, что все мы связаны Красной нитью. Мне стало ясно, что я должна помочь вам. Я решила ускорить процесс, отправив Эйми картину Джеймса. Ей следовало самой убедиться в том, что Красная нить соединяет ее не с Джеймсом, а с тобой, Ян.

Мы с Эйми обмениваемся взглядами. Не знаю, как там насчет красной нити, но в одном я просто уверен: никому другому я бы не смог пообещать свою жизнь, Эйми – та единственная, с которой я хочу быть рядом.

Лэйси тем временем с любопытством изучает столовую. Взгляд ее задерживается на хрустальной люстре и выцветших от времени занавесках.

– Мне всегда хотелось знать, как выглядит дом Сары.

Про мою мать она говорит, как про давнюю знакомую. Чего-чего, а этого я не ожидал.

– Откуда ты ее знаешь?

Лэйси улыбается, светло и немного печально.

– Сара – моя сводная сестра.

Эйми охает, а у меня кровь отливает от лица. Оказывается, женщина, сидящая с нами за одним столом, дочь того самого Фрэнка, которого когда-то пыталась убить Джеки. Мама терпела его домогательства с двенадцати лет, когда ее мать, моя бабка, вышла замуж за Фрэнка и тот переехал в их дом. В конце концов мама просто сбежала. На тот момент ей исполнилось восемнадцать.

И тут я вспоминаю кое-что еще. Настоящее имя Лэйси, которое удалось разыскать Томасу. Черити Уотсон. Черити.

– Неправда, – шепчу я Эйми. – Не может она быть ее сводной сестрой.

– Почему? – так же шепотом спрашивает она.

– Позже объясню.

– Отец всегда был склонен к насилию. Сара – не единственная его жертва, – говорит Лэйси.

– Бог ты мой, – вырывается у Эйми.

– Счастье еще, что его наконец-то поместили в тюрьму.

Перед глазами у меня проносятся события той давней ночи. Грохот выстрелов, вой полицейских сирен…

– По версии Яна, вы встретились тогда со Стью в кафе и предложили ему помощь в поисках сына. Но все было не так, верно? – спрашивает Эйми. – И экстрасенсорные способности тут тоже ни при чем.

Я удивленно смотрю на жену:

– О чем это ты?

– Если она действительно сводная сестра Сары, ей могли сказать, где ты находишься. Наверняка это облегчило поиски.

– Это так? – спрашиваю я Лэйси, и та кивает в ответ.

Похоже, моя жена сообразительней меня.

– Сара приехала ко мне домой. Я сразу заметила, что она сама не своя. Тогда я еще не знала про ее болезнь. Думала, она что-то замышляет. Вела она себя на редкость сумасбродно.

– Это была Джеки.

– Она искала Фрэнка. Сара оставила Джеки записку с моим адресом. Ей казалось, я знаю, где он может быть. Но тогда я этого не знала, да и не желала знать. Я ненавидела то время, которое мне приходилось проводить с отцом в доме Сары. Но это уже другая история. Джеки в красках описала, как выкинула тебя из машины. Сказала, что такой дурачок, как ты, наверняка пошел домой пешком. Потом она уехала, а я позвонила твоему отцу. Он подтвердил, что тебя действительно нет дома. Благодаря тому, что я узнала от Джеки, нам все-таки удалось разыскать тебя.