Куриный бульон для души. Сила «Да». 101 история о смелости пробовать новое  - Эми Ньюмарк

Думаю, все началось с подначивания. В день города любой желающий мог бесплатно пройти однодневные курсы прыжков с парашютом. Нам с приятелем было по 17 лет, и мы подначивали друг друга. Я записался, он струсил.

Я приехал в аэропорт очень рано. Двое других учеников, оба – намного старше, уже были на месте. Нас ждал инструктор, опытный парашютист Гордон Ринер, бывший десантник. Мы проделали несколько упражнений. Гордон учил нас приземляться, группироваться и перекатываться, упаковывать парашют, упаковывать запасной парашют и другим полезным навыкам. Кто бы мог подумать, что прыжок с парашютом с высоты 5000^[55] футов окажется таким трудным делом?

После обеда все повторилось: тренировка, тренировка и еще тренировка. Ноги горели от кувырков и перекатываний. Июньский день на юге Делавэра выдался жарким и влажным, мы все потели. Но все шло гладко, и моя уверенность росла – пока инструктор не озадачил важнейшим вопросом.

– Дэвид, ты как-то молодо выглядишь, сынок… А тебе точно есть восемнадцать? – поинтересовался Гордон, подняв брови.

– Нет, сэр. Мне семнадцать. Восемнадцать исполнится в следующем месяце.

– Прости, Дэвид, но если твои родители не дадут согласия, я не могу взять тебя в небо. Дозвонись до них и попроси приехать подписать документы.

Все происходило в конце 70-х, мобильных телефонов еще не было. Я нашел пару монет в кармане и побежал к таксофону. Позвонил домой, никто не ответил. Два остальных ученика уже одевались для прыжка. В отчаянии я набрал еще раз. Ответила мама. Они с отцом ездили за покупками.

Это было нелегко, но мне удалось уговорить маму приехать в аэропорт как можно быстрее. Пока я ждал родителей, на взлетную полосу вырулил самолет, разогнался, поднялся в воздух и скрылся в облаках. Позже от одного из работников аэропорта я узнал, что у обоих моих напарников возникли проблемы с прыжками, и забеспокоился.

Оказалось, первый парашютист промахнулся мимо зоны приземления почти на две мили. Он забыл, как управлять парашютом, и просто дрейфовал, пока не приземлился на кукурузном поле. Второму повезло меньше. Она приземлилась в густом лесу, и ей пришлось высвобождаться из парашюта и слезать с высокого дуба. К счастью, никто не пострадал.

Когда мама все подписала, Гордон объявил, что я лечу с группой опытных парашютистов. Я прыгну первым с небольшой высоты, а потом самолет поднимется выше, и оттуда уже будут прыгать те, кто занимается несколько месяцев. Пришлось признаться: я никогда прежде не летал на самолете. До сих пор помню, как расхохотался Гордон:

– Сынок, сегодня адреналиновый коктейль тебе обеспечен!

Скрестив ноги, я сидел на полу рядом с пилотом маленькой «Сессны» и Гордоном.

– Когда я дам тебе первый сигнал, мы откроем дверцу. Ты выходишь вперед и хватаешься за трос. А потом я поднимаю большой палец вверх – и ты прыгаешь!

Я кивал, лишившись дара речи.

Когда дверца открылась, я чуть не получил инфаркт! Подо мной проносились пейзажи, лоскутное одеяло полей, крохотные домики и миниатюрные «муравьи» – вообще-то это были машины на проселочных дорогах. Я видел зону приземления. Сверху казалось, она не больше монетки. Мне стало ясно, почему мои напарники так сильно промахнулись.

Внутренний голос вопил, чтобы я не делал такой глупости. Но я все же поднялся и, шаркая ногами, поплелся к открытой дверце. Мне нужно было схватиться за трос, соединенный с нижней поверхностью правого крыла, и спуститься на ступеньку размером два фута на фут. Каким-то чудом мне все это удалось. Но, оказавшись снаружи, я почувствовал ураганный ветер, бьющий в лицо. Двигатель и пропеллеры гудели, меня окружала какофония ревущего металла, стучащих цилиндров и поршней. Я собственных мыслей не слышал, но повернулся к Гордону. И вот он дал мне сигнал. Прежде чем успел передумать или описаться, я выгнул спину и упал назад.

Мгновенно все стихло. Я открыл глаза и обнаружил, что парю в небе, почти не двигаясь. Меня держала не вода, но воздух. Самолет удалялся. К счастью, новички начинают с прыжков с тросом – трос соединен с большим железным крюком в самолете. Если они прыгают, парашют раскрывается автоматически. Со мной так и произошло.

Я начал медленно дрейфовать, но потом вспомнил о рычагах управления, расположенных слева и справа от шлема. Я кружил над зоной посадки и через несколько минут приземлился, сгруппировался и перекатился – и торжествующе поднялся на ноги! На поле выбежали добровольцы, случайные зрители и мои родители. Все поздравляли меня. Я только что совершил первый полет на самолете и идеальный прыжок с парашютом. Вряд ли я когда-нибудь был счастливее.

Этот прыжок укрепил во мне уверенность, которая очень пригодилась в будущем. Я стал первым членом нашей семьи, окончившим колледж. Я стал писателем и добился успеха. Потом я был рукоположен в сан диакона англиканской церкви в Северной Америке. А все началось с простого подначивания.