Куриный бульон для души. Сила «Да». 101 история о смелости пробовать новое  - Эми Ньюмарк

Что делает скромная библиотекарша средних лет на популярнейшем ток-шоу TODAY^[54]? Я написала очерк «Примирение с телом, которое борется с силой тяжести». В нем я делилась наблюдением: в пятьдесят восемь лет я чувствую себя в купальнике увереннее, чем в юности, когда у меня была почти идеальная фигура. Тема оказалась настолько необычной, что после публикации очерка в The New York Times мне позвонил продюсер шоу и предложил выступить.

– Я не против, – ответила я, – только не в купальнике.

У меня были серьезные сомнения – как библиотекарша, пусть и написавшая очерк, будет выступать на телевидении? На бумаге я остроумная, в жизни – застенчивая. Меня никогда не считали «душой компании». Кроме того, передача на национальном телевидении, мягко говоря, пугала. На работе я без труда развлекала группы малышей забавными играми и книжками. Но развлекать миллионы людей в прямом эфире? Так и до инфаркта недалеко.

Коллеги считали, что я со всем справлюсь.

– Если ты справляешься с толпой малышей, – говорили мне, – то справишься с чем угодно.

Каково же это, выступать в шоу TODAY?

Это мало похоже на мою обычную жизнь.

В пять утра к нашему дому подъехал лимузин, и мы с моей сестрой Дианой отправились из пригорода Филадельфии в дом 30 на Рокфеллер-Плаза. (Поверьте, обычно библиотекари добираются до работы совсем не так.)

Когда мы приехали, нас отвели в Зеленый зал (вообще-то, он не зеленый, а оранжевый с фиолетовым). Там накрыли отличный бранч, но я слишком нервничала, чтобы есть. На стенах висели экраны, и я могла наблюдать шоу, в котором буду участвовать.

Следующие полтора часа я переходила от одного специалиста к другому.

– Роз Уоррен? Вы здесь – на двадцать минут, а потом мы ведем вас к парикмахерам и на макияж.

Парикмахеры и гримеры работали, как в обычном салоне красоты, – но с головокружительной скоростью. Через пятнадцать минут после того, как я села в кресло, мои прямые светлые волосы приобрели невероятную форму и объем. Лицо намазали какой-то гламурной гадостью – губы стали темно-винного цвета, а ресницы отяжелели от туши. Когда я вышла к сестре, та сурово заклеймила:

– Пошло! – Впрочем, тут же добавила: – Но на экране это будет смотреться отлично. (Так и вышло.)

Мы сидели в новом зале со множеством безвкусно накрашенных незнакомцев и продолжали смотреть шоу TODAY. На экране появилась женщина, которую мы видели за бранчем. Она рассказывала о книгах для родителей.

Я оказалась на телевизионном конвейере, постепенно приближающем меня к трем минутам славы.

– Ваш сюжет назначен на 8.35, – сказал мне ассистент режиссера. – Сегодня отличная погода, вас будут снимать на улице, а не в студии.

В 8.15 меня привели в «костюмерную», чтобы переодеть в костюм от Эйлин Фишер, который я привезла с собой на съемки. (Когда в бутике я сказала, что покупаю костюм для выступления в TODAY, мне сделали огромную скидку!) Что ж, даже если на телевидении я провалюсь, я буду выглядеть при этом отлично.

Продюсер подошел пожелать мне удачи. Сотрудники телестудии предложили всем зрительницам старше шестидесяти поддержать мое выступление, подняв яркие плакаты со своим возрастом. Так что когда я направилась к диванчику, меня приветствовала радостная группа моих ровесниц! Конечно, они понятия не имели, кто я такая, но знали, что благодаря мне их снимут крупным планом.

За две минуты до эфира стройная Саванна Гатри в потрясающем бирюзовом платье расположилась напротив меня и пожала мне руку. (Меня часто потом спрашивали, действительно ли она так хороша, как на экране. Поверьте, она – потрясающая!)

– Я – Саванна, – представилась она. – И мне понравилась ваша статья!

Знакомая писательница, часто выступавшая на ТВ, посоветовала мне казаться максимально оживленной.

– Тебе будет казаться, будто ты улыбаешься, как идиотка, – сказала она, – но на экране это будет смотреться прекрасно.

Улыбаться оказалось несложно. Все вокруг было просто великолепным. Кто-то считал вслух. Пять… четыре… три… два…

Мы в эфире!

Несомненно, Саванна Гатри стоит каждого пенни, которое ей платят. Теперь я – страстная ее поклонница. Гатри сумела сделать так, чтобы на экране национального телевидения я не выглядела идиоткой. Каждый вопрос раскрывал меня как остроумную собеседницу. А когда стало ясно, что я не успеваю закончить анекдот вовремя, она его подхватила, произнесла заключительную шутку и закончила сюжет под громкий смех зрителей. Да-да, я пристрастна, но мне кажется, все получилось просто здорово.