Когда мы были сиротами - Кадзуо Исигуро

Свою сегодняшнюю утреннюю встречу с Макдоналдом в британском консульстве я провел из рук вон плохо и, вспоминая о ней теперь, испытываю страшное разочарование. Дело в том, что он хорошо подготовился к разговору, а я – нет. Я снова позволил ему обвести себя вокруг пальца, заставить впустую тратить силы на споры о тех вещах, в которых он с самого начала решил мне уступить. Сказать по правде, четыре недели назад в бальном зале отеля «Палас», когда я впервые обратился к нему с просьбой устроить мне встречу с Желтым Змеем, мы были ближе к цели. Тогда мне удалось застать Макдоналда врасплох и по крайней мере вынудить, хоть и в завуалированной форме, признать его истинную роль здесь, в Шанхае. Сегодня же утром он не счел нужным отказываться от претензии на то, что является лишь сотрудником протокольного отдела.

Думаю, я недооценил его. Мне казалось, достаточно будет прийти и попенять ему за то, что он медлит с выполнением моей просьбы. И только теперь вижу, как искусно он расставил ловушки, сообразив, что легко одержит верх, приведя меня в раздражение. С моей стороны было глупо так откровенно демонстрировать ему недовольство, но после многих дней напряженной работы я, видимо, плохо владел собой. И потом, конечно, еще эта неожиданная встреча с Грейсоном из муниципального совета по дороге в кабинет Макдоналда. В сущности, именно она больше, чем что-либо другое, вывела меня из равновесия, и в результате в течение почти всей беседы с Макдоналдом я не мог сосредоточиться. Сначала меня попросили несколько минут подождать в маленькой комнате на втором этаже консульства. Потом наконец пришла секретарша и сообщила, что Макдоналд готов принять меня. Я пересек мраморную лестничную площадку и уже подошел к лифту, когда меня окликнул быстро спускавшийся по лестнице Грейсон:

– Доброе утро, мистер Бэнкс! Прошу прощения, наверное, это не самый подходящий момент…

– Доброе утро, мистер Грейсон. Откровенно говоря, сейчас действительно не очень удачное время. Я направляюсь на встречу с мистером Макдоналдом.

– Ах, тогда не буду вас задерживать! Просто я оказался тут и случайно услышал, что вы тоже здесь. – Его бодрый смех эхом отразился от стен.

– Очень рад видеть вас, мистер Грейсон, но именно сейчас…

– Я не задержу вас ни на секунду, сэр. Но если позволите заметить, вас было немного трудно поймать в последнее время.

– Ну что ж, мистер Грейсон, если это имеет отношение к делу… Только очень коротко, пожалуйста.

– О, разумеется, совсем коротко. Видите ли, сэр, понимаю, что это может показаться преждевременным, но в подобных случаях необходимо некоторые вещи планировать заранее. Если к столь важному событию не подготовиться загодя, пусть даже наши действия порой представляются недостаточно умелыми и профессиональными…

– Мистер Грейсон…

– Простите, простите. Просто я хотел узнать ваше мнение по поводу некоторых деталей церемонии встречи. Итак, мы уже договорились, что местом действия станет Джессфилд-парк. Там будет возведен шатер со сценой и микрофонами… Ох, простите, перехожу к делу. Мистер Бэнкс, на самом деле я хотел бы обсудить с вами вашу роль в церемонии. Нам кажется, она должна быть простой. Думаю, вначале вам следовало бы сказать несколько слов о том, как удалось расследовать это дело, найти важнейшие нити, приведшие вас в конце концов к родителям, – что-то в этом духе. Всего несколько слов, а публика будет в восторге. В конце вашей речи они, надеюсь, не откажутся выйти на сиену.

– Они, мистер Грейсон?

– Ну, наши родители. Моя идея заключается в том, чтобы они поднялись на сцену, поприветствовали собравшихся, поблагодарили за встречу и удалились. Но разумеется, это всего лишь предложение. Не сомневаюсь, у вас есть другие, более интересные соображения…

– Нет-нет, мистер Грейсон. – Я вдруг почувствовал, как на меня наваливается страшная усталость. – Все, что вы говорите, замечательно, замечательно! А теперь, если это все, я действительно должен…

– Еще только один вопрос, сэр. Дело пустяковое, но может лишить церемонию весьма эффектного штриха. Моя идея заключается в том, чтобы в момент, когда ваши родители поднимутся на сцену, заиграл духовой оркестр. Что-нибудь вроде «Страна надежд и славы». Кое-кому из моих коллег эта идея не кажется такой уж удачной, но я думаю…

– Мистер Грейсон, ваша идея превосходна. Более того, я чрезвычайно польщен вашей непоколебимой верой в мою способность раскрыть дело. Однако сейчас прошу извинить – я заставляю мистера Макдоналда ждать.

– Да-да, конечно. Сердечно благодарю вас за то, что уделили мне время.

Я нажал кнопку вызова лифта, но, пока кабина не пришла, Грейсон продолжал суетиться вокруг меня. И тут, стоя уже практически спиной к нему в ожидании, когда откроются двери, я вдруг услышал:

– Еще только одна деталь, о которой я хотел вас спросить, мистер Бэнкс. Думали ли вы о том, где будут находиться наши родители в день церемонии? Видите ли, нам нужно организовать их сопровождение в парк и обратно так, чтобы толпы любопытных как можно меньше им досаждали.

Не помню, что я ему ответил. Вероятно, в тот момент пришел лифт, и это спасло меня – я смог отделаться ничего не значащим замечанием. Но именно этот последний вопрос сверлил меня на протяжении всей встречи с Макдоналдом и, как я уже говорил, именно он мешал мне ясно рассуждать о том, зачем я к нему пришел. И вот теперь, вечером, когда день уже завершен, тот же вопрос снова и снова приходит на ум, не давая покоя.

Не то чтобы я вовсе не думал о том, где в конце концов поселятся мои родители. Просто мне всегда казалось, что рано – и даже нежелательно из суеверных соображений – задумываться над этим, пока сложные перипетии дела все еще не разгаданы. Единственный за минувшие недели раз я действительно всерьез озаботился этим вопросом лишь в тот вечер, когда встречался со старым школьным приятелем Энтони Морганом.