Милые обманщицы - Сара Шепард

Эмили нагнулась. Что-то застряло между спицами в колесе. Этобыла бумажка. Она вытащила его и прочитала несколько строк. Стоп. Это был еесобственный почерк.

... Я люблю смотреть на твой затылок в классе. Я люблю, какты жуёшь жвачку, когда мы говорим по телефону. Я люблю, как ты покачиваешьногу, пока миссис Хэт начинает говорить о своих любимых судебных делах Америки.Я знаю, что тебе скучно в такие моменты.

Эмили окинула глазами пустой двор. Было ли это, о чём онадумала? Она нервно просмотрела записку, во рту у неё пересохло...

...И я очень часто думаю о том, почему я поцеловала тебятогда. Я поняла, что это не шутка, Эли. Мне кажется, я люблю тебя. Я пойму,если ты больше никогда не захочешь говорить со мной, но я должна была сказатьтебе. - Эм.

Что-то ещё было написано на обратной стороне. Онаперевернула его.

Думала, что ты захочешь это вернуть.
Люблю, Э.

Эмили перестала держать велосипед, и он упал на землю.

Это было её письмо Эли, то самое, которое онапослала ей после того поцелуя. То самое письмо, которое она думала, что Эли таки не получила.

- Успокойся, - говорила сама себе Эмили, понимая, что у неётрясутся руки. - Должно быть логичное объяснение.

Наверное, это Майя. Она жила в комнате Эли. Прошлой ночьюЭмили рассказала Майе об Элисон и о письме. Может, она просто отдала его?

Но эта подпись: "Люблю, Э". Майя не написала быэтого.

Эмили не знала, что делать или с кем можно было поговоритьоб этом. Вдруг она подумала об Арии. Так много всего случилось, после того, какона столкнулась с ней, что Эмили уже забыла их разговор. К чему были тестранные вопросы Арии об Элисон? И что-то было не так в Арии вчера. Ариянервничала.

Эмили села на землю и вновь взглянула на сообщение: "думала,что ты захочешь это вернуть". Если память не подводила Эмили, то Арии былвитиеватый почерк, который похож на этот.

За несколько дней до своего исчезновения Эли поцеловалаЭмили, заставляя её сделать всё то, о чём Эмили когда-либо мечтала. Ей даже вголову не могло придти, что Эли могла рассказать всё подругам. Но может быть...

- Милая.

Эмили подпрыгнула. Её родители стояли рядом с ней, одетые вфутболки пастельных тонах, белые шорты, белые кроссовки. У её отца была краснаяпоясная сумка, а мамина бирюзовая сумочка качалась на её руке.

- Привет, - хрипло сказала Эмили.

- Едешь на прогулку? - спросила её мать.

- Да.

- Ты наказана. - Её отец надел очки, как будто не видел её ине мог ругать её. - Мы разрешили пойти на вечеринку вчера, только потому, чтоты шла с Беном. Мы надеялись на него. Но прогулки на велосипеде запрещены.

- Хорошо, - глухо сказала Эмили, вставая. Если бы ей тольконе пришлось объяснять всё родителям. Но тогда... Будь, что будет. Она не будетобъяснять ничего. Не сейчас. Она перекинула ногу через перекладину и села насидение велосипеда.

- Мне нужно уехать, - пробормотала она, выезжая на проезжуючасть.

- Эмили, вернись, - грубо закричал её отец.

Но в первый раз в своей жизни Эмили продолжала крутитьпедали.