Луна в кармане - Сара Дессен

– Это просто безумие, Мира, – услышала я голос Изабель, едва переступив порог. – Сегодня утром я проснулась и доехала до самого «Старбакса», чтобы купить этот пафосный кофе, который она так любит, а она заперлась и не пускает меня! Только и делает, что плачет и слушает Пэтси Клайн. Дело плохо, Мира, очень плохо.

Я прошла в дальнюю комнату и увидела Миру за столом для эскизов, а Изабель на диване возле нее. Они сидели с мрачными лицами и пили холодный чай. Через окно, выходящее в сторону маленького домика, доносилась музыка. Грустная музыка.

– Ей разбили сердце, – произнесла Мира, убирая ручку в волосы. – Тебе нужно просто переждать.

– Но я должна быть там, с ней. Я всегда находилась рядом, когда Морган так переживала. Не понимаю, почему внезапно я оказалась виноватой.

Изабель выглядела плохо – с волосами, забранными в небрежный «хвост», в джинсах и рваной красной футболке, и без макияжа. Она увидела меня и воскликнула:

– Я же вышла всего на минутку!

– Ладно, – кивнула я.

– Ей нужно кого-то винить, – объяснила Мира.

– Так пусть винит Марка! – Изабель с грохотом поставила стакан на стол. – Это он изменил ей, женился на другой и собирается завести ребенка! А я только…

– …говорила ей, что он ни на что не годится. Что он врет ей, сделает больно, – закончила за нее Мира и сокрушенно покачала головой. – Неужели ты не понимаешь, Изабель? Ей стыдно. Она унижена. И когда она смотрит на тебя, то сознает, что все это время ты была права.

– Но я не хотела оказаться правой! – возмутилась Изабель. – Не хотела, чтобы ей сделали больно.

– А она хотела, – заметила Мира. – И пока она не оправится от шока, не придет в себя и не разозлится, тебе придется просто соблюдать дистанцию. Да и время выпало неподходящее – с этим лунным затмением все сейчас не так.

Изабель закатила глаза.

– Но это и мой дом тоже, – проворчала она. – Я даже не могу переодеться.

– Дай ей время, – сказала Мира, глядя на столешницу. – А еще лучше, – радостно продолжила она, – подари ей открытку.

– Что?

– Открытку! – Мира обвела жестом коробки. – Существует тысяча способов посочувствовать ее утрате. Выбирай.

– Он не умер, Мира, – напомнила я.

– К сожалению, – мрачно усмехнулась Изабель.

– Давай! – жизнерадостно воскликнула Мира. – Выбирай. Можешь взять несколько.

Изабель подошла к полке и вытащила одну из коробок. Мира так и подпрыгивала в своем кресле, с улыбкой глядя на меня.

– Ну, – сказала она, – ты готова к свиданию?

Я рассказала ей об этом утром за завтраком.

– Наверное, – неуверенно промолвила я, и она улыбнулась.

Изабель раскрыла открытку и зачитала:

– «Я сочувствую твоей ужасной утрате… но знаю, что время и любовь излечат все раны, а твой маленький дружок будет вечно жить в наших сердцах». – Она посмотрела на Миру, приподняв брови.

– Это на смерть хомячка, – объяснила моя тетя. – Выбери другую.

– Ладно. – Изабель взяла следующую открытку. – Как насчет: «Бывают времена, когда все мы должны смириться с утратой того, кто никогда не существовал, но жил в наших сердцах. Я знаю, что эта утрата затрагивает тебя особым образом. Но как твой друг понимаю и сочувствую».

– На смерть персонажа мыльной оперы, – сообщила Мира. – Тоже не подходит.

Она встала, подошла к коробкам и принялась рыться в них.

– Посмотрим. Как насчет смерти мужа? Или бывшего возлюбленного?

– Они все слишком ласковые, – заметила Изабель. – Нам нужна хорошая, злобная, вдохновляющая открытка. Но таких не делают.

Мира обернулась, доставая ручку из волос, и тут же воткнула ее обратно под другим углом. Она напряженно размышляла.

– Но мы можем ее сделать, – внезапно произнесла она. – Изготовим специальную открытку. Какая же я глупая! – Мира вернулась к стулу, рывком отодвинула его и, вытащив чистый лист для набросков, сложила его пополам. – Итак, – сказала она, послюнявив кончик ручки. – Что напишем? – Она посмотрела на Изабель.

Изабель взглянула на меня.

– Правду, – предложила я. – Нужно написать правду.

– Да, – кивнула Мира. – Тогда для начала можно сказать что-то вроде… «Мне жаль, что тебе разбили сердце».

– Отлично, – одобрила Изабель.

Мира склонилась над открыткой, выписывая слова широкими штрихами. Внизу она нарисовала сердце, разделенное ломаной линией.

– Хорошо, – улыбнулась Мира. – Теперь нужно сочинить внутреннюю часть. Это всегда самое сложное.

В студию зашел кот Норман, посмотрел на нас и уселся на пол.

– «Мне жаль, что тебе разбили сердце… – зачитала Мира, – но…»

– Но, – сказала Изабель, – он грязный лживый крысеныш, и ты заслуживаешь лучшего.

– Да! – обрадовалась Мира, вытаскивая из волос еще одну ручку. – Отлично. И…

– И, – сказала я, – как твоя подруга я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя и верю, что ты справишься.

– Чудесно. – Мира писала с бешеной скоростью. – Знаете, мне нравится эта концепция – открытки для обиженных. В них все четко и по делу.

– Ты можешь начать новую линию, – заметила я, когда она закончила витиеватый текст и перевернула открытку, чтобы оставить подпись на обороте. – Придумаешь звучное название. Оставишь похоронные дела и займешься воодушевлением.

Мира подняла голову.

– Ты права! Придумала! – радостно объявила она, указывая на меня ручкой. – «Диета для разбитых сердец». Вот как я ее назову. Я могу заработать миллионы.

– И заработаешь, – улыбнулась я. – Сердца разбивают даже чаще, чем умирают.

– Ну ладно, – промолвила Изабель, подходя к столу. Она подписала открытку красным фломастером и сунула ее под мышку. – Пожелайте мне удачи. Надеюсь, сработает.

– Удачи! – откликнулась Мира.

– Удачи! Наш план на вечер в силе? – поинтересовалась я.

– Какой план? – спросила Изабель.

– Ты сказала, что поможешь мне подготовиться, – напомнила я. – К свиданию.

– Конечно, – кивнула она. – Приходи чуть позднее. Дай мне время разобраться.

– Ладно, – сказала я и скрестила пальцы за них обоих, глядя, как Изабель через двор направляется к своему дому.

Около восьми часов, когда начало темнеть, подъехал Норман. Я стояла у окна и смотрела, как он выгружает пакеты с продуктами – из одного торчал сельдерей. Очки Нормана были сдвинуты на лоб. Повернув за угол, он поднял голову. Я отступила от окна. Я уже дважды переоделась и наконец решила взять с собой запасную футболку, чтобы Изабель помогла мне принять окончательное решение.