Сильнодействующее лекарство - Артур Хейли

Селия молчала. Все было слишком серьезно, чтобы принимать какие-либо скороспелые решения. Ведь, по сути дела, Сэм в свойственной ему изящной, легкой манере предложил ей достойный путь к отступлению. Все, что от нее требовалось, – это лишь несколько слов. Короткая фраза, и выход из тупика будет найден; кризис минует так же быстро, как и возник. Как заманчиво было предложение Сэма!

Пока она обдумывала ответ, Сэм добавил:

– Для тебя очень многое поставлено на карту.

Она отлично понимала, что он имеет в виду. Назначение Селии на пост вице-президента по коммерции и торговым операциям еще не было утверждено. И если то, что здесь происходит, дойдет до своего логического финала, это может никогда не случиться.

Сэм был прав. На карту действительно поставлено очень многое.

Она еще какой-то момент сидела задумавшись, затем спокойно и решительно сказала:

– Прости меня, Сэм. Я все тщательно взвесила. И я знаю, что именно поставлено на карту. Но я по-прежнему настоятельно рекомендую отложить выпуск монтейна.

Итак, дело сделано. Лицо Сэма помрачнело, затем исказилось от гнева, и Селия поняла, что назад пути нет.

– Очень хорошо, – едва сдерживаясь, сказал Сэм, – по крайней мере мы знаем, кто на чем стоит, – Он на минуту задумался, затем продолжил:

– Я тут говорил, что у нас не будет формального голосования. Забудьте об этом. Я хочу, чтобы все было зафиксировано. Сэт, займитесь, пожалуйста, протоколом.

Начальник финансового отдела все с тем же грустным выражением на лице извлек свой карандаш и приготовился писать.

– Я уже достаточно ясно изложил свою позицию, – начал Сэм. – Естественно, я за то, чтобы продолжать начатое нами производство монтейна, как и запланировано. Я хочу знать, кто из вас «за», а кто «против». Пусть те, кто поддерживает меня, поднимут руки.

Первым вскинул руку Винсент Лорд. За ним последовали доктор Старбат, Хэммонд и два других вице-президента. Николсон, явно преодолевая свои сомнения, также проголосовал «за». Билл Ингрэм пребывал в нерешительности: он вопрошающе смотрел на Селию.

Но она отвернулась. Селии не хотелось помогать ему с выбором. Пусть Билл сам принимает решение. Еще мгновение, и рука Билла тоже поднялась.

Сэм и все остальные смотрели на Сэта Фейнголда. Пожилой финансист вздохнул, отложил свой карандаш и нехотя поднял руку.

– Итак, девять против одного, – сказал Сэм. – Таким образом, не остается никаких сомнений, что наша компания будет продолжать подготовку монтейна к производству.

И снова наступила тишина; на этот раз молчали от неловкости, словно никто не знал, что сказать или сделать. Среди молчания Сэм поднялся из-за стола.

– Как вам известно, – сказал он, – когда все это началось, я собирался отправиться в госпиталь, чтобы навестить дочь и внука. Вот я и поеду туда. – Сэм коротко кивнул мужчинам, но при этом как бы невзначай не попрощался с Селией.

Она продолжала сидеть. Билл Ингрэм поднялся со своего места и направился к ней.

– Я хочу извиниться… – начал было Билл. Она остановила его движением руки:

– Какая разница! Я ничего не хочу слушать. Внезапно, неожиданно для самой себя, Селия поняла: все, чего ей удалось достичь в компании – авторитет, репутация, перспектива на будущее, – все рухнуло, словно карточный домик. Удастся ли ей сохранить свое положение? Селия в этом сомневалась.

– Я просто должен вас спросить, – обратился к ней Билл, – что вы намерены делать? – Не получив ответа, он заговорил вновь:

– Конечно же, теперь, когда вы выразили свой протест и все знают, что вы думаете о монтейне.., вы уверены, что сможете и дальше возглавлять торговые операции?

– Не знаю. Я просто ничего не знаю, – едва вымолвила Селия. Она не хотела принимать никаких решений в эту минуту. Она была уверена только в одном: сегодня вечером, дома, ей придется тщательно обдумать создавшееся положение.

– Мне было крайне неприятно голосовать против вас, Селия, – сказал ей Сэт Фейнголд. – Но вы ведь сами понимаете, как обстоит дело – я ни черта не смыслю в науке.

– Тогда чего вы голосовали? – взорвалась Селия. – Могли бы так и сказать и вообще воздержаться.

Сэт виновато покачал головой и вышел из комнаты. За ним поодиночке потянулись остальные. Селия осталась одна.

* * *

– Я чувствую, что-то не так, – нарушил длительное молчание, воцарившееся за обеденным столом, Эндрю, – и, как мне кажется, дело обстоит весьма серьезно.

Тут он замолчал, но, поскольку Селия не торопилась с ответом, заговорил снова:

– Ты ни слова не проронила с тех пор, как я сюда вошел, а я тебя знаю достаточно хорошо и приставать с расспросами не буду. Но когда ты захочешь выговориться и я тебе понадоблюсь.., что ж, дорогая, я всегда рядом.

Селия положила приборы рядом с блюдом, к которому едва притронулась. Она повернулась к Эндрю, глядя на него глазами, полными слез:

– Дорогой ты мой! До чего же ты мне сейчас нужен! Эндрю потянулся к ней, накрыл ладонью ее руку и мягко сказал:

– Не торопись. Пообедай сначала.

– Я не могу есть, – ответила Селия.

Вскоре, перейдя в гостиную, Селия рассказала ему о событиях последних двух дней, закончившихся неудачной попыткой убедить Сэма и других руководителей компании отложить запуск монтейна.

Эндрю внимательно слушал, время от времени задавая вопросы. В конце ее рассказа он сказал Селии:

– Я просто не представляю себе, что ты могла поступить иначе.

– Да в том-то и дело, что выбора не было, – ответила Селия. – Но теперь-то приходится решать другое: свою судьбу.

– Разве решение должно быть столь поспешным? Почему бы немножко не повременить? Я бы тоже оторвался от работы на какое-то время, и мы могли бы отправиться куда-нибудь в путешествие. Вдали от всей этой кутерьмы ты сможешь все спокойно обдумать, а когда вернешься, поступишь так, как сочтешь нужным.

– Если бы только все можно было отложить! – ответила ему с благодарной улыбкой Селия. – Но в данном случае это невозможно.

Эндрю подошел к Селии. Он поцеловал ее и сказал:

– Ты сама знаешь, я готов помочь всем, чем могу. Помни лишь одно: я всегда гордился тобой и независимо от твоего решения дальше буду гордиться.

Задумавшись, Селия вспомнила один совет, данный ей многие годы тому назад.

«Вы обладаете особым качеством.., даром, чутьем, что ли. Умеете распознать, где правда, а где нет… Воспользуйтесь своим даром.., а когда добьетесь власти, будьте крепки духом, не отступайтесь от своих убеждений…»

Волнение охватило Селию при воспоминании об Эли Кэмпердауне. Старый президент компании «Фелдинг-Рот» сказал ей эти слова накануне смерти.