Девушка по имени Августа - Вадим Норд

Сегодня в «Прогрессе» было не чинно-чопорно, а суетно-суматошно. Суета без единого клиента – редко наблюдается в частных клиниках. Больше положено суетиться вокруг клиентов, нежели так, самим по себе. Охранника на входе не было, возле стойки ресепшен толпилась кучка оживленно беседующих женщин в халатах, по коридору туда-сюда так и сновали сотрудники. И никто не обратил внимания на Александра, то ли привыкли уже к нему, то ли не до посторонних было. В переводе на медицинский язык период, в котором сейчас находилась клиника, можно было назвать клинической смертью. Если с секунды на секунду не будут начаты реанимационные мероприятия, наступит летальный исход. Судя по всему, никто не собирался реанимировать «Первую реконструктивно-пластическую клинику «Прогресс». Умерла так умерла.

Был небольшой соблазн подойти к стойке ресепшен и познакомиться с сотрудницей, пытавшейся так тупо его шантажировать, но Александр соблазн переборол. Незачем терять время и устраивать публичное комедийное шоу. Импровизированные публичные шоу, независимо от их смыслового содержания, всегда несут комедийный оттенок, сама публичность придает его, что ли.

Оставлять куртку в гардеробе Александр тоже не стал. Какой тут сейчас может быть санэпидрежим?

По закону подлости врач-физиотерапевт Тамара могла уйти за пять минут до прихода Александра, но сегодня у законов подлости, кажется, был выходной день, потому что Тамару удалось застать в ее кабинете, точнее в выгороженном закутке при входе в физиотерапевтическое отделение, да вдобавок и в одиночестве.

Тамара сидела за столом и читала книгу. Судя по яркой обложке – явную беллетристику. Разительный диссонанс – снаружи, в клинике, суета, здесь же полное спокойствие. Ледяное какое-то спокойствие, ненаигранное и недружелюбное.

«Симпатичная, – констатировал Александр с первого взгляда. – Нос слегка маловат и чуть вздернут кверху, скулы немного высоки, но в сочетании с полными губами эти «недостатки» становятся достоинством – подчеркивают чувственность, делают скрытое явным. Но взгляд нехороший…»

Смотрела Тамара действительно нехорошо – равнодушно, с примесью неприязни, некоего скрытого раздражения. Как будто Александр был ей должен или долго и нудно ей досаждал. Врачам частных клиник, да и врачам вообще, прямо противопоказано иметь подобный взгляд, отталкивающий пациентов. И не в «последнем дне Помпеи» было дело, а в характере Тамары.

– Мы уже не работаем, – сказала она, поняв, что взглядом Александра не прогнать.

– Оно и к лучшему, – не здороваясь, ответил Александр (каков привет, таков и ответ, разве не так?) и без приглашения сел на стул для пациентов, приставленный к столу Тамары.

Объяснение цели визита заняло не более двух минут. Тамара слушала молча, никак не реагируя, а когда Александр закончил, холодно и не без ехидства сказала:

– Я вообще-то физиотерапевт. Вы табличку на двери видели?

– Я много чего видел, – в тон ей ответил Александр. – И много чего знаю.

– У нас сегодня было изъятие документов…

Александр слегка скривился – не о тех документах речь.

– И здесь у меня никаких историй болезни нет…

Александр понимающе кивнул.

– К тому же наша клиника, кажется, прекратила свое существование…

– На память о сотрудничестве мне хотелось бы копию истории получить, – Александр выдавил из себя улыбку. – Я целую неделю угробил на это дело и надеюсь, что вы мне не откажете.

– Почему? – Тамара дернула щекой. – Откуда такая уверенность?

– Вы производите впечатление благоразумной женщины, – ответил Александр. – Если история болезни, о которой идет речь, у вас сохранилась, вы дадите мне возможность снять с нее копию.

– Почему?

Александра не столько разозлила дурацкая игра в кошки-мышки, сколько ирония, сквозящая во взгляде Тамары.

– Потому что мне она нужна, а вам нетрудно это сделать.

– Нужна вам, а не мне.

– Вы намекаете на то, что я должен отблагодарить вас за труды? – предположил Александр. – Чем? Назовите, пожалуйста.

– Отблагодарить? – Тамара откровенно забавлялась. – Надо бы подумать, чем вы можете меня отблагодарить…

– Давайте серьезно, – с трудом сдерживая раздражение, попросил Александр.

– Почему я должна быть серьезной?

– Потому что иначе я вам покоя не дам! – Можно было еще и кулаком по столу хлопнуть, но Александр ограничился повышением голоса. – Потому что к вашим проблемам я добавлю еще одну! Потому что теперь я знаю, кто конкретно мне будет должен!

С каждым словом он все больше смущался, но в то же время старался скрывать смущение и казаться напористым до наглости. Странное ощущение, с одной стороны, вроде бы понимаешь, что потом тебе будет стыдно, а с другой – понимаешь, что иначе никак нельзя. Но «я знаю, кто конкретно мне должен», это все же моветон. «Понятийное» выражение из уголовного лексикона.

Моветон не моветон, а сработало. Тамара еще раз дернула щекой, затем вытащила откуда-то из-под стола небольшой пластиковый контейнер с прозрачной крышкой. Из контейнера она достала жесткий диск и подключила его к компьютеру. Монитор на ее столе ожил и замигал бело-голубым.