Любовь и голуби - Владимир Гуркин

Берег лесной реки. На берегу небольшая группа Музыкантов во главе с Маэстро. Они с тревогой и вниманием смотрят на реку. Слышен плеск весел.

Гростен. Он никого не пускает на весла.

Дикто. Да, старик чудит или надеется содрать за перевоз побольше монет.

Маэстро. Какие-нибудь деньги у нас еще есть, Гростен? Надо было с ним условиться на том берегу.

Гростен. Я не думал, что он так заупрямится. На один заплыв пара монет у меня бы нашлась, но на пять… Когда мы предлагали сменить его на веслах, у него не было сил даже ответить: хрипит что-то да головой машет.

Дикто. Перевезти на маленькой лодке пятнадцать человек через такую широкую реку… Любой из нас мог бы запариться.

Гростен. Маэстро…

Маэстро. Да…

Гростен. Может, ему нужна помощь по хозяйству?

Дикто. Вряд ли он обменяет деньги на помощь. Видишь, как старается.

Маэстро. Неловко. Придется предложить что-нибудь из инструментов.

Гростен. На кой они ему?

Маэстро. Пусть продаст, а это уже неплохие деньги.

Дикто. А он согласится ждать?

Маэстро. Посмотрим.

Подошли еще музыканты. Собрались около Маэстро, смотрят в сторону, откуда пришли. Появляется Старик. На нем выгоревшие на солнце, почти белые штаны поверх сапог, серый в дырках свитер, шляпа. Он останавливается перед музыкантами.

Пауза.

Гростен. Отец…

Старик снял шляпу, смахнул со лба пот. Остается с непокрытой головой.

Гростен. Мы должны расплатиться, но те деньги…

Старик. Сколько вас человек?

Гростен. Двадцать.

Старик. Хорошо.

Гростен. Вряд ли они тебя устроят.

Старик. А?

Гростен. Денег, говорю, у нас мало. Мы их тебе отдадим, но вряд ли они тебя устроят.

Старик (кивнув). А-а.

Гростен. Мы можем поработать у тебя в доме.

Старик. Не-ет. Не надо.

Маэстро. Отец, мы дадим тебе что-нибудь из инструментов. Ты сможешь продать его. Или мы продадим сами, но тогда придется подождать.

Старик. Что?

Маэстро. Юн, принесите тарелки.

Юн уходит и возвращается с тарелками.

Гростен (берет у него тарелки). Послушай. (Бьет в тарелки.) Ну, как?

Старик. Еще.

Гростен (повторяет). Хорошо?

Старик. Хорошо.

Гростен. Значит, договорились?

Старик. Не-ет. Я не беру плату.

Пауза.

Маэстро. Чего же ты хочешь?

Старик. Ваши парни, они все здесь?

Маэстро. Да. Отец, поверь, нам больше нечем платить.

Старик. Не-ет. Я не беру плату.

Пауза.

Я… Если можно… Вы у Него (показывает пальцем вверх) смерти мне легкой… попросите. Я ни у кого тридцать лет не просил платы. Давали… Я не брал. Только смерти у Него легкой для меня чтоб попросили. Это не трудно. «Дай, Бог, перевозчику легкой смерти», – вот и все. Денег я не беру. (К Маэстро.) Если в них (показывает на тарелки) ударить там, на том берегу, здесь будет слышно?