Любовь и голуби - Владимир Гуркин

Саня. Как… Свои же кирпичи сам продает, а я у него улицу позорю. Сам-то и позоришь! Тьфу!

Пауза.

Лида. Кому продает?

Саня. Макевне, кому!.. Кода вином берет, а кода за бумажные.

Пауза.

Николай. Иуда.

Саня. Кто Иуда?! Я Иуда?! (Схватил коромысло.) Счас по кумполу как дам, враз забудешь такими словами разбрасываться!

Николай (тоже схватив коромысло). Кто? Ты дашь, давало?! Первым без очереди и получишь. Где там застрял-то?!

Лида и Валя пытаются оттащить мужиков подальше друг от друга.

Валя. Санька! Ты че, обалдел?!

Саня. Пусти, Валя!

Николай. Ну че ты там переминаешься?

Лида. Колька, стой! Колька! Стой где стоял!

Чем активнее женщины пытаются растащить своих мужей, тем сильнее те рвутся друг к другу.

Николай. Ну, где ты там? За баб прятаться да мужиков закладывать – токо это и умеем, да?!

Саня. Да я в жись никогда не прятался! Иди сюда, профост! Пусти его, Лида!

Лида. Валя, держи своего!

Валя. Дак держу! Ты держи!

Наконец, Саня и Николай сцепились. Макеевна кинулась между ними и оказалась в невольных объятиях мужиков, схвативших друг друга за грудки.

Макеевна. Дядь Коля! Дядь Саня! Расцепитесь! Бабы, тащите их! Задушат! Задушат меня! Ой, счас помру!

Мужики кружат вокруг Макеевны, словно вокруг оси. Шум, гвалт. Макеевна, поднырнув под мужиков, бросается к ведрам. Схватив ведро, выливает махом на Николая.

Николай. Ох ты!.. Ох!.. Меня?! Одного?..

Лида. А счас и второго отоварим! (Подхватив ведро, плещет на Саню.)

Саня довольно-таки ловко увернулся, отскочив в сторону, и облитым вновь оказался Николай.

Николай. Да вы че, мативо! С колодца же! Холодная же!

Лида. Дак не стой на дороге! Я-то его хотела…

Николай. Хотела? Хотела – получила… Вот, мативо!

Валя. Че, Санька, тебя теперь полагается. Давай-ка, Лида!

Валя и Лида подхватили оставшиеся ведра, идут к Сане. Тот, пятясь от женщин, натыкается на Николая.

Николай (схватил Саню за плечи, крепко держит). Стой-стой! Не брыкайся!

Саня. Э, э, бросьте! Бабы, я-то при чем?!

Макеевна. Смотрите, и вправду радикулитов нахватают… Старые же.

Лида. Как кирпичи таскать да женами меняться – не старые, а тут…

Саня. Колька, мы, что ли, менялись? Сами же затеялись!

Николай. Стой-стой! Я один мокрый ходить, от простуды загибаться не намерен. Че ждете-то? Быстрее, девки!

Лида и Валя с размаху плещут на Саню, но тот, резко присев и развернувшись, загораживается Николаем.

Валя. Ой, Коля!

Лида. Да что ж ты, мативо! Стоит, расшиперился, как этот…

Все, кроме Николая, начинают хохотать.

Николай (после долгого молчания). Вот так, да? На одного… Да? Ишо смеетесь… Ага. Давайте. Ну, Лидка…

Лида. Лидка… Зачем подставляешься-то?

Валя. А мой-то! Как реактивный! Нырк – и нету! Ну надо же!

Николай. Ну че, все? Похохотали? Теперь так: я счас пойду… (Показывая на Саню.) Этого еврея ко мне на поминки… на похороны мои не пускать. Макевна! Можешь все до одного кирпича утаскивать. Лидка… Лидия, я ведь все ж таки на тебя надеялся… А ты… Ты, Лидия, предательница! Родного мужа на соседа променяла! Я после такого горя, причины такой… Стреляюсь, мативо!!! Кирпичи пожалела… (Со слезами в голосе.) А что зять из нас прислугу дачную хочет заделать… Хошь бы раз внучку на лето привез, мативо… Воспитание вам мое не нравится… Никому не нравлюсь? Да? Ну вот… с им (показал на Саню) обе живите. Гарем тебе, Санька, оставляю! Султанствуйте, мативо… (Быстро убегает со двора.)

Пауза.

Валя. Лид, он че, Николай-то? Заплакал прямо…

Лида. Ниче, стреляться побежал. Слышали? Давай кисель варить.

Макеевна. А ружье-то у вас есть? Впопыхах еще и правда застрелится…

Саня. Да не! У него там боек сломан, с прошлого года!

Лида. Да какое там застрелится! Нас всех переживет.

Валя. Как-то, Лида, говорил он все-таки… У меня мурашки прямо по рукам.

Короткая пауза. Лида, сорвавшись с места, бросив ведро, убегает за Николаем. Через мгновение убегают и остальные.