Иди сквозь огонь - Евгений Филимонов

Грай аккуратно притворил дверь, стремясь избежать шума. Разговор мог и подождать, а разговаривать с Кириллом в таком состоянии не имело смысла, как и пытаться что-то сделать. Брат не любил, когда к нему лезли с совершенно ненужной помощью. Сергей знал, почему. Кайзер становился в такие моменты уязвимым, превращаясь в разбитого душевной болью человека, мучимого демонами прошлого. Да, у каждого имеется застарелая боль и скелеты в шкафу, но не каждый мог позволить выказать свою слабость. Братья могли предложить помощь, но предпочитали не ранить самолюбие вожака.

Он вернулся мыслями к отданным с утра распоряжениям. Принятое вчера решение об установлении наблюдения слегка царапало, вызывая внутренний конфликт из-за согласия с требованием Палыча оставить в покое школу и учеников. Но, что решено, то решено.

Грай не стал даже и думать, кого и как выбирать. Проблему стоило решать внутренним кругом стаи, и выбор не представлялся иным – Малыш Дэн. Жилистый, невысокий, совершенно неприметный для не намётанного глаза человечек, таящий в себе смертельную угрозу. Мастер слежки, спец по боёвке. Колючка, норовящая вонзиться в любого, кто встал поперёк.

Сергей знал, кто принимал Кирилла в дом. Знал и то, что пацаны не раз ещё сходились на кулаках, выясняя, была ли та победа случайностью.

Весы постоянно колебались, и, в конце концов, поединщики забросили пустую борьбу, став настоящими друзьями. В той, детдомовской стае не было случайных людей.

Вот на него и выпал выбор. Объяснять причины не требовалось, братья знали, что если нужно, то нужно, и вопросов не задавали. На досуге Малыш, конечно же, подумает о причинах посылки на задание, что-то надумает, но оставит мысли при себе. Зато вопросы о нюансах наблюдения из него лились потоком. Грай даже вспотел слегка, давая ответы на каждый из них, подозревая в душе, что Дэн попросту оттягивается от нечего делать.

Да и пусть. Отвечая товарищу, Кирилл сам понял зыбкость ожиданий. Они не знали, кого ищут, надеясь на нечто зыбкое. Да, быть может, на самом деле Роза повела свою, непонятную никому, игру – тогда её стоит ожидать в школе. Она и станет тем камнем, что породит волну.

Грай расслаблено вздохнул. Вроде всё логично. Но с учётом творящейся в последнее время мистики и появлением облечённых силой особ из далёкой юности – нет никаких надежд на нормальное течение дел.

И, словно в подтверждение неприятной мысли, зазвонил телефон. Номер абонента Серый не знал и хотел уже скинуть, но передумал.

– Грай, слушаю.

На том конце что-то зашебуршало, кто-то кашлянул, а потом Грая словно двинули под дых.

– Сергей? – хриплый и неуверенный, голос в трубке сотряс его до самых пяток. Узнать Пал Палыча, пусть и осипшего почему-то, наверное, от волнения – не составляло труда. Сердце ворохнулось куском плавящегося гудрона, и замерло на миг. В ушах прозвучали недавние слова, лёгшие бетонной плитой на плечи – «Уходи. И забудь, что я был и есть».

Что же заставило старика изменить собственным словам? Снова всплыла дурацкая надежда, неожиданное появление которой в разговоре с Кайзером поразило обоих, каждого по-разному. Кирилл ожесточился, Грай – задумался. Не прогнав, а лишь задвинув на время появившееся из ниоткуда желание измениться, стать прежним пацаном. Как Валет.

Да – точно, Валет. Неужели что-то там стряслось с Валеркой?

– Пал Палыч? Узнал… да узнал, конечно же, как не узнать. Что стряслось?

Грай буквально ощутил, как на той стороне Палыч хмурится и не знает, как начать разговор с изгнанником. И решил не давить на любимого мастера, да это и не требовалось совершенно.

– С Валеркой что-то? Пал Палыч, что с ним? Вы ведь… – он осёкся, горло перехватило огнём.

– Я ведь прогнал тебя, да… – Палыч уловил недоговоренное, как и всегда.

В прошлом пацанам не требовалось рассказывать трудовику всё и вся, хватало и короткого изложения, из которого он выцеплял самое важное, о чём и расспрашивал заглянувших на огонёк гостей, уже зная, что случилось – и что требует уточнения.

– Прогнал, и слов назад не воротишь. Только вот сейчас не знаю – может, погорячился я с тобой, а?

Грая вновь окатило надеждой. Глупое чувство вынырнуло мгновенно, словно поплавок, едва услышало призыв. И Сергей молчал, боясь спугнуть момент.

– Что молчишь? Ну, ты там сильно не переживай. С Валеркой всё нормально, я по другому поводу звоню, касательно разговора нашего.

Грай облегчённо выдохнул. С Валеркой порядок, отлично. Но, тогда, что случилось-то?

– Звоню напомнить, о чём я тебя просил. Ты ведь не забыл, надеюсь, что старик тебе на прощание сказал, какую просьбу передал?