Только слушай - Елена Филон

Замерла наверху и автоматически повернула голову. Калеб смотрел на меня. На меня и на Шейна держащего мои ноги. И выражение у красавчика-шатена было совершенно не радостным.

– Я же сказал, Миллер: Калеб к тебе неравнодушен.

Повернулась обратно к Шейну, тяжело дыша и с вызовом глядя ему в лицо:

– Тогда что ты сейчас делаешь?

Ухмылка Шейна стала шире:

– Ты хоть иногда слушаешь, что тебе говорят?.. Я же сказал: Калеб мой друг, а ты – проблема. Проблема для него, а значит, и для всех нас. Ты вообще была на инструктаже?

Я наклонилась ближе, настолько, насколько это было возможно до столкновения носами, и с угрозой зашипела:

– А ты? Где был, когда я сказала, что мне плевать?! На тебя, на FB, на Калеба. Вообще плевать, ясно? Меня не интересуют звёздные мальчики.

Шейн приподнял и опустил брови:

– Тем лучше. Для всех. Будешь в моей группе, чтобы быть подальше от Калеба.

– Если так о нём заботишься, зачем вообще пропустил меня во второй тур?!

– Откуда мне было знать, что всё настолько серьёзно?

Не сдержала смешка:

– О чём ты говоришь?! Серьёзно для кого?

– Для Калеба, – спокойно ответил Шейн. – Он сейчас как раз уничтожает меня взглядом. Чёрт, у меня уже мозг от всего этого болит, Миллер, – Шейн придирчиво сдвинул брови. – Я даже спать нормально не могу… Есть не могу! Всё думаю: что этот парень нашёл в такой, как ты? Прямо загадка века какая-то!

Резко дёрнула ногами. Шейн сжал их сильнее, но руки-то были свободны. Почти удалось толкнуть его, но придурок отпустил мои лодыжки и схватил за запясться.

– Да что ты за урод такой?! – прошипела с омерзением.

Шейн облизал губы и в этот раз его лицо наполнилось неожиданной серьёзностью.

– Это не шутка, Миллер. Я чувствую от тебя угрозу. Для Калеба, для группы. Нам не нужны скандалы, их было достаточно. Знаешь, как это изматывает?.. – мрачный смешок. – Хотя… тебе-то откуда знать… Журналисты не оставляют в покое. Менеджеры придумывают оправдания. Собираются пресс-конференции и ты сидишь, как последний кретин, и в сотый раз повторяешь чушь, которую тебя заставили выучить…

Я твёрдо смотрела Шейну в глаза:

– И зачем ты мне это рассказываешь? Я всего лишь в шоу приехала участвовать! Плевала я на тебя и твою группу! Чего ты хочешь?! Чтобы я убралась из шоу и оставила Калеба в покое?.. Серьёзно? Ты совсем идиот? Я даже не смотрю в его сторону! Понимаешь, в чём разница?! Я не собираюсь участвовать в скандалах! И если уж ты чего-то там опасаешься, то, может, тебе лучше поговорить с самим Калебом?

– Он не станет меня слушать, – удивительно, но Шейн был по-прежнему серьёзен.

– Почему? Разве не ты лидер группы?

– Именно поэтому я и занимаюсь всем этим дерьмом, Миллер, – резко приблизившись, прошипел Шейн.

Интересно, камеры снимают всё это?..

Где они вообще? Ушли на перерыв? Почем со мной всегда так происходит?

– В первую очередь вздёрнут меня! – продолжал Шейн. – И уже только потом Калеба! Но он не будет меня слушать!

Иронично усмехнулась. Нет, вся эта ситуация покидает пределы здравого смысла. Не знаю, плакать или смеяться! Да это бред какой-то!

– Почему он не будет тебя слушать?!

– Я же сказал! – громче прошипел Шейн. – За все годы ты первая, на кого Калеб так смотрит. Я отлично знаю этого парня! Не веришь? Поверни голову.

Голову я не повернула.

– Хочешь, докажу тебе, насколько сильно он в тебе заинтересован, Миллер? – уголок рта Шейна приподнялся в злой ухмылке. – Показать, насколько всё серьёзно? Показать, какую угрозу ты представляешь для Калеба?.. – Шейн отпустил запястья и нежно коснулся ладонью моей щеки.

Вздрогнула, но почему-то не стала убирать его руку, лишь вновь проверила наличие съёмочной группы поблизости. Анемоны не было, лишь один оператор проводил какие-то манипуляции со своей камерой.

– Молодец, Миллер, не дёргайся, – мягко улыбался Шейн, – сейчас увидишь, что будет.

– А ты скандалов не боишься? – злобно прошипела я, чувствуя, как тёплые пальцы Шейна скользят по щеке к моему уху и аккуратно убирают за него прядь волос.

И если честно – да, мне было любопытно, какую из своих больных фантазий этот недоумок сейчас пытается мне доказать! Потому что нечего доказывать! Этот парень спятил! Окончательно и бесповоротно! У него очевидная паранойя, раз решил, что его друг и согруппник обратил какое-то повышенное внимание на простую девчонку, которая раньше и слова о FB не слышала! А это болезнь, знаете ли. Шейну надо лечиться.

– Камеры нас не снимают, Миллер. Никто даже не смотрит. Поверь, за все годы я научился идеально контролировать эти вещи, – улыбался Шейн.

Даже взгляд его изменился – больше не казался таким острым и демоническим. Тёмно-карие глаза смотрели тепло, даже ласково… Лицо расслаблено, безмятежно. Хорошо играет, засранец! Я бы, возможно, даже купилась, если бы не знала, какое ничтожество на самом деле он из себя представляет! Так вот как великая рок-звезда завлекает «девочек на одну ночь», хотя… столь известной личности можно просто подмигнуть фанатке, чтобы она тут же перед ним разделась.

Ладонь Шейна оказалась на моей шее и внезапно замерла.

Он смотрел на меня. Я на него – с самым обычным выражением лица, только без привычной агрессии. Я ждала эффекта. Последствий, которые он обещал продемонстрировать. Но ничего не происходило. Как я и думала.

Брови Шейна слегка сдвинулись, словно только что в голове заработали хрупкие механизмы и родили сложную для восприятия мысль. Его новый взгляд даже слегка вводил в замешательство, оттого, что слишком неожиданно изменился. Он стал… слишком обычным, живым… Не пугающим, как это всегда бывает, – что и казалось странным. Простота на лице этого парня всё равно что солнце, садящееся на востоке, – абсолютно невозможное зрелище.

Внезапная прохлада на шее заставила ожить – Шейн медленно убрал руку, и эта прохлада почему-то очень быстро расползлась по всему тему. Стало зябко и некомфортно.

– Не вышло ничего, да? – тихо поинтересовалась я.

Шейн не отводил от меня взгляда, выглядя всё так же странно:

– Я скажу, что тебе стало плохо, – сухо отозвался он, едва шевеля губами.

Мои брови резко сдвинулись, взгляд наполнился недоумением:

– Что? Это ещё зачем?

– Скажу, что Калеб повёл тебя в медпункт, – уголки губ приподнялись в слабой улыбочке. – А ты не верила мне, Миллер. Только я никогда не ошибаюсь, запомни это.

В эту же секунду всё ещё висящую в воздухе руку Шейна отшвырнула другая рука, и лидер группы шлёпнулся на задницу, тут же расплывшись в довольной улыбке.